• Текст документа
  • Статус
Оглавление
Поиск в тексте


Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный)

Комментарий к части первой. Общие положения

Комментарий к разделу I. Основные положения

Комментарий к главе 1. Уголовно-процессуальное законодательство

Комментарий к статье 1. Законы, определяющие порядок уголовного судопроизводства

1. Уровень демократии в обществе традиционно определяется степенью защиты основных прав и свобод в уголовном судопроизводстве. В действующей Конституции России содержится около 40 статей (ст.10, 11, 15, 17-26, 45-55, 61-63, 67, 72, 77, 93, 98, 118-129), которые непосредственно определяют идеологию действующего Уголовно-процессуального кодекса РФ. Конституция РФ обладает высшей юридической силой и имеет прямое действие на всей территории Российской Федерации. Нормы УПК РФ не должны противоречить конституционным принципам осуществления правосудия, а также основным положениям Конституции РФ, определяющим основные права и свободы граждан, вовлеченных в уголовное судопроизводство.
     

2. Уголовно-процессуальная деятельность по уголовным делам регламентируется на территории Российской Федерации Уголовно-процессуальным кодексом РФ. При этом положения уголовно-процессуального кодекса РФ не должны противоречить Конституции РФ. В тех случаях, когда нормы УПК РФ противоречат Конституции РФ, в соответствии с положениями ч.1 ст.15 Конституции РФ, регламентирующими высшую юридическую силу по отношению к другим нормативным правовым актам, а также прямое действие на всей территории России, производство по уголовному делам производится с соблюдением норм Конституции РФ. При этом нормы, составляющие Уголовно-процессуальный кодекс РФ, формируются и принимаются на основе положений самой Конституции РФ и в соответствии с ней. Кроме того, сам процессуальный порядок уголовного судопроизводства на территории России в соответствии с п."о" ст.71 Конституции РФ находится в ведении самой Российской Федерации, а не в ведении субъектов РФ.
     

3. УПК РФ, представляя собой обычный федеральный закон, не имеет преимущества перед другими федеральными законами с точки зрения определенной непосредственно Конституцией РФ иерархии нормативных актов. Но при этом уголовно-процессуальная деятельность при производстве по уголовному делу регламентируется по правилам, установленным УПК РФ. Кроме того, для УПК РФ очень важное значение имеют положения, которые определены в постановлении Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П. Дело в том, что для УПК РФ как для обычного федерального закона, который не имеет преимуществ перед другими федеральными законами, обладающими одинаковой юридической силой, применяется правило lex posterior derogat priori ("последующий закон отменяет предыдущие"). Данное правило означает, что даже если в последующем законе отсутствует специальное предписание об отмене ранее принятых законоположений, в случае коллизии между ними действует последующий закон; вместе с тем независимо от времени принятия приоритетными признаются нормы того закона, который специально предназначен для регулирования соответствующих отношенийКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы" // СПС.
     
     

4. При производстве по уголовному делу суды, органы прокуратуры, органы предварительного следствия и органы дознания, а также иные участники уголовного судопроизводства должны учитывать положения Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществления правосудия" (в ред. постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 года N 5, от 16 апреля 2013 года N 9, от 3 марта 2015 года N 9). Так, в соответствии с п.2 Пленума ВС РФ N 8 от 31 октября 1995 года при рассмотрении дел следует оценивать содержание закона или иного нормативного правового акта, регулирующего рассматриваемые судом правоотношения, и во всех необходимых случаях применять Конституцию РФ в качестве акта прямого действия. При этом суд, разрешая дело, применяет непосредственно Конституцию, в частности:
     
     а) когда закрепленные нормой Конституции положения, исходя из ее смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность ее применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие положения;
     
     б) когда Конституционным Судом РФ выявлен пробел в правовом регулировании либо когда пробел образовался в связи с признанием не соответствующими Конституции нормативного правового акта или его отдельных положений с учетом порядка, сроков и особенностей исполнения решения Конституционного Суда РФ, если они в нем указаны.
     
     В случаях, когда статья Конституции РФ является отсылочной, суды при рассмотрении дел должны применять закон, регулирующий возникшие правоотношения. Наличие решения Конституционного Суда РФ о признании неконституционной той или иной нормы закона не препятствует применению закона в остальной его части. В случае неопределенности в вопросе о том, соответствует ли Конституции подлежащий применению по конкретному делу закон, суд обращается в Конституционный Суд РФ с запросом о конституционности этого закона. Такой запрос в соответствии со ст.101 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" может быть сделан судом любой инстанции и в любой стадии рассмотрения дела.
     

5. Положения норм комментируемой статьи находятся в причинной связи с положениями норм ст.7 УПК РФ. При этом весь процессуальный порядок производства по уголовным делам должен соответствовать только положениям норм УПК РФ. Это означает, что порядок проведения доследственной проверки, возбуждения уголовного дела, производства предварительного расследования, определения подсудности, подготовки к судебному заседанию, судебного разбирательства, апелляционного производства по уголовному делу, исполнения приговора, кассационного и надзорного производства по уголовному делу и т.д. должен быть определен только положениями норм уголовно-процессуального кодекса РФ. Кроме того, процессуальный статус всех участников уголовного судопроизводства, их уголовно-процессуальная деятельность, а также и само назначение уголовного судопроизводства тоже определяются в положениях только норм УПК РФ. В этой связи является существенным обязательный и единообразный характер уголовно-процессуальной деятельности на территории России судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, а также иных участников уголовного судопроизводства. Обязательный характер уголовно-процессуальной деятельности участников уголовного судопроизводства, регламентированный в нормах УПК РФ, определяется исходя из полномочий самих участников уголовного судопроизводства, которые определены в положениях норм УПК РФ. Единообразное применение уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с п.1 ст.7 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года N 3-ФКЗ "О Верховном Суде РФ" обеспечивает Верховный Суд РФ, посредством изучения и обобщения судебной практики.
     

6. Уголовно-процессуальный закон является основным источником уголовно-процессуального права. Однако в ходе производства по уголовным делам иногда возникает необходимость обращаться и к другим источникам, к которым следует отнести принципы и нормы международного права, международные договоры России в той части, в которой они не противоречат Конституции РФ, национальным интересам и интересам безопасности страны.
     

7. В правоприменении важным является толкование норм процессуального права, в ходе которого правоприменитель обязан уяснить волю законодателя, сформулированную в норме права. Нормы права необходимо толковать в их взаимосвязи, систематическое правило толкования норм права является одним из основных в уголовном судопроизводстве.
     

8. Важную роль в процессе толкования права и правоприменения играют постановления Пленума Верховного Суда РФ, а также решения Конституционного Суда РФ. Признавая те либо иные нормы УПК РФ не соответствующими Конституции, Конституционный Суд РФ способствует обеспечению и защите конституционных прав личности, его решения обязательны для всех органов государственной власти, в том числе и для суда.
     

9. Важнейшее значение для уголовного судопроизводства имеют международно-правовые акты, определяющие важнейшие стандарты уголовного судопроизводства. К ним относятся Всеобщая декларация прав и свобод человека (1948), Международный пакт о гражданских и политических правах (1966), Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (принятая в 1984 году и вступившая в силу в 1987 году), Минимальные стандарты правил Организации Объединенных Наций, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних ("Пекинские правила") (принятые резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/33 от 10 декабря 1985 года), и др. Особое значение с точки зрения определения стандартов уголовного правосудия в последние годы приобретают положения Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950). Данная Конвенция и Протоколы к ней являются международными договорами Российской Федерации. При этом толкование и интерпретация этих норм осуществляется Европейским Судом по правам человека. Из положений ст.46 Конвенции, ст.1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в окончательных постановлениях Европейского Суда, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов в РФ. Кроме того, в соответствии с п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней" с целью эффективной защиты прав и свобод человека судами учитываются правовые позиции Европейского Суда, изложенные в ставших окончательными постановлениях, которые приняты в отношении других государств - участников Конвенции. При этом правовая позиция учитывается судом, если обстоятельства рассматриваемого им дела являются аналогичными обстоятельствам, ставшим предметом анализа и выводов Европейского Суда. Так, например, Президиум Верховного Суда РФ в 2014 году возобновил производство по уголовному делу ввиду новых обстоятельств в отношении К., осужденного за разбой и убийство, сопряженное с разбоем, в связи с тем, что по данному уголовному делу ЕСПЧ установил нарушение п.1 и подп."с" п.3 ст.6 Конвенции. При этом Президиум Верховного Суда РФ кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 декабря 2003 года в отношении К., а также определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 декабря 2003 года об оставлении без удовлетворения ходатайства осужденного К. об участии в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции отменил и передал уголовное дело на новое кассационное рассмотрениеКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). При этом, уже при повторном судебном рассмотрении данного уголовного дела, суд должен устранить выявленные ЕСПЧ нарушения правовых норм Конвенции и рассмотреть уголовное дело в соответствии с требованиями правовых норм Конвенции.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Президиума ВС РФ от 30 июля 2014 года N 83-П14 // СПС.
     
     

Комментарий к статье 2. Действие уголовно-процессуального закона в пространстве

1. Любой нормативный правовой акт действует на определенной территории. Как правило, пределы пространственного действия нормативно-правовых актов определяются в зависимости от органа, который издал тот или иной нормативный правовой акт. Не является исключением и уголовно-процессуальный закон, который имеет пределы пространственного действия и распространяет свои нормы в определенном пространстве. В связи с тем, что в соответствии с п."о" ст.71 Конституции РФ уголовно-процессуальное законодательство находится в ведении Российской Федерации, то и действия уголовно-процессуального закона при производстве по уголовным делам ограничены пределами территории Российской Федерации. В соответствии с ч.1 ст.67 Конституции РФ территория Российской Федерации включает в себя территории ее субъектов, внутренние воды и территориальное море, воздушное пространство над ними. В силу ч.2 ст.67 Конституции РФ Российская Федерация обладает суверенными правами и осуществляет юрисдикцию на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне Российской Федерации. Кроме того, ст.1 Федерального закона "О Государственной границе Российской Федерации" определяет пределы государственной территории (суши, вод, недр и воздушного пространства) Российской Федерации, то есть пространственный предел действия государственного суверенитета Российской Федерации.
     

2. Вся уголовно-процессуальная деятельность по уголовным делам на территории России регламентируется только нормами УПК РФ и не зависит от места совершения преступления. В этой связи необходимо учитывать и положения ст.11 УК РФ. Так, к примеру, в соответствии с ч.3 ст.11 УК РФ лицо, совершившее преступление на судне, приписанном к порту Российской Федерации, находящемся в открытом водном или воздушном пространстве вне пределов Российской Федерации, подлежит уголовной ответственности по УК РФ, если иное не предусмотрено международным договором. Очевидно, что в случае применения норм международного договора и привлечения виновных к уголовной ответственности по уголовному законодательству иностранного государства подлежат применению уголовно-процессуальные нормы этого же государства.
     

3. В соответствии с международными договорами уголовно-процессуальная деятельность при производстве по уголовным делам может регламентироваться нормами УПК РФ не только на территории России, но и на территории других государств. Речь в данном случае идет о уголовно-процессуальной деятельности при производстве по уголовным делам, в соответствии с нормами УПК РФ, на территории Республики Казахстан, Республики Армении, Республики Таджикистан, Республики Молдавии, Республики Беларусь, Республики Абхазии, Республики Кыргызстан и Южной Осетии. Действия норм УПК РФ на территории данных государств определяются соответствующими международными договорами и соглашениями. В первую очередь это связано с временным нахождением на территории данных государств воинских формирований. Так, к примеру, в соответствии со ст.1 соглашения между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о статусе воинских формирований Российской Федерации, временно находящихся на территории Республики КазахстанКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), образуются соответствующие компетентные органы. Со стороны России ими являются командиры воинских частей, военные коменданты гарнизонов, суды, органы прокуратуры, Министерства внутренних дел, военной контрразведки и другие административные органы Российской Федерации, в компетенции которых находятся вопросы, регулируемые вышеупомянутым соглашением. Кроме того, в соответствии со ст.12 данного соглашения Россия осуществляет свою юрисдикцию в местах дислокации российских воинских формирований, за исключением преступлений, совершенных гражданами Республики Казахстан, и общеуголовных преступлений против граждан Республики Казахстан. Юрисдикция России распространяется и вне мест дислокации российских воинских формирований - в случаях совершения лицами, входящими в состав воинских формирований Российской Федерации, воинских преступлений и правонарушений, совершенных в связи с исполнением обязанностей военной службы. Согласно п.3 ч.1 ст.40 УПК РФ начальники органов военной полиции Вооруженных Сил РФ, командиры воинских частей, соединений, начальники военных учреждений и гарнизонов относятся к органам дознания. Поэтому начальники органов военной полиции, командиры воинских частей, соединений, начальники гарнизонов, дислоцирующиеся на территории Республики Казахстан, осуществляют уголовно-процессуальную деятельность по возбуждению уголовного дела, а также производства неотложных следственных действий в соответствии с нормами УПК РФ. При этом данная уголовно-процессуальная деятельность регламентируется в соответствии с нормами УПК РФ в местах дислокации российских воинских формирований, а также вне мест дислокации российских воинских формирований, но в отношении лиц, входящих в состав воинских формирований Российской Федерации и совершивших воинские преступления и иные преступления в связи с исполнением обязанностей по военной службе на территории Республики Казахстан. Кроме того, в соответствии с данным соглашением компетентными органами на территории Республики Казахстан являются и органы прокуратуры. В соответствии с п.2 ст.46 Закона о прокуратуре образование, реорганизация и ликвидация органов военной прокуратуры осуществляются Генеральным прокурором Российской Федерации, приказы которого по этим вопросам реализуются в соответствии с директивами Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов. Таким образом, на территории Республики Казахстан образованы две гарнизонные военные прокуратуры: военная прокуратура - войсковая часть 22257 и военная прокуратура - войсковая часть 34135. Уголовно-процессуальная деятельность на территории Республики Казахстан органов военной прокуратуры регламентируется в соответствии с нормами УПК РФ в местах дислокации российских воинских формирований, а также вне мест дислокации российских воинских формирований, но в отношении лиц, входящих в состав воинских формирований Российской Федерации и совершивших воинские преступления и иные преступления в связи с исполнением обязанностей по военной службе на территории Республики Казахстан. Таким же образом уголовно-процессуальную деятельность на территории Республики Казахстан в соответствии с нормами УПК РФ, в пределах своей компетенции, осуществляет 496-й военный следственный отдел СК России и 26-й, 40-й гарнизонные военные суды.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное соглашение ратифицировано Федеральным Собранием. См.: Федеральный закон от 30 января 2002 года N 15-ФЗ // Бюллетень международных договоров. 2002. N 4 / СПС.
     
     

4. Нормы УПК РФ во взаимосвязи со ст.11 УК РФ регламентируют уголовно-процессуальную деятельность по уголовным делам о преступлениях, которые были совершены на борту воздушного, морского или речного судна, находящихся за пределами территории России, но под флагом России и приписанных к портам России. В соответствии с ч.1 ст.17 Федерального закона от 30 апреля 1999 года N 81-ФЗ "Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации" (в ред. от 30 марта 2015 года) отмечается, что судно, которое пользуется правом плавания под Государственным флагом Российской Федерации, имеет национальность Российской Федерации. Поэтому в случаях совершения преступления на борту морского или речного судна, находящегося за пределами территории России, в соответствии с ч.3 ст.40 УПК РФ и ст.69 Федерального закона "Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации" капитаны морских или речных судов обладают уголовно-процессуальными полномочиями по возбуждению уголовного дела о преступлениях, совершенных на борту судна, и производства неотложных следственных действий. В случае нахождения воздушного, морского или речного судна РФ в территориальных водах или воздушном пространстве другого государства на них распространяется юрисдикция этого государства и действуют нормативно-правовые акты, регламентирующие уголовно-процессуальную деятельность на борту судна иностранного государства. Из данного правила исключаются военные корабли и воздушные судна России. Где бы они ни находились, на них распространяется территориальная юрисдикция России и, следовательно, действуют нормы УПК РФ. Кроме того, в соответствии с ч.3 ст.11 УК РФ лица, совершившие преступление на военном корабле или военном воздушном судне, независимо от места его нахождения, в том числе и в период его нахождения в иностранном порту, подлежат ответственности по УК РФ. Поэтому в данной ситуации уголовно-процессуальная деятельность в отношении данных лиц, совершивших соответствующие преступления, регламентируется нормами УПК РФ.
     

5. Нормы комментируемой статьи не распространяются на случаи, когда на морском, воздушном или речном судне совершается преступление, а само морское, воздушное или речное судно приписано к порту иностранного государства, находится под флагом также иностранного государства, но экипаж состоит из граждан России. На данные ситуации должен распространяться не территориальный принцип действия норм УПК РФ, а принцип действия норм УПК РФ в отношении граждан России (принцип гражданства). Причем нормы комментируемой статьи должны действовать во взаимосвязи с нормами ст.12 УК РФ и быть второстепенными по отношению к действиям норм УК РФ. В соответствии с ч.1 ст.12 УК РФ уголовная ответственность в отношении граждан РФ определяется нормами УК РФ. Следовательно, и уголовно-процессуальная деятельность в данной ситуации должна быть регламентирована нормами УПК РФ, а не УПК иностранных государств. На данную позицию указывает и Конституционный Суд РФ. Так, в своем постановлении от 16 октября 2012 года N 22-П "По делу о проверке конституционности положений части второй статьи 2 и части первой статьи 32 Уголовно-процессуального кодекса РФ" Конституционный Суд РФ отмечает, что нормы ч.2 ст.2 УПК РФ реализуют предписания частей второй и третьей статьи 11 УК РФ, определяющей действие уголовного закона в отношении лиц, совершивших преступление на территории РФ, и подлежат применению во взаимосвязи с ч.1 ст.2 УПК РФ, согласно которой производство по уголовному делу на территории Российской Федерации независимо от места совершения преступления ведется в соответствии с УК РФ, если международным договором Российской Федерации не установлено иное, а потому не исключают возможности производства по уголовному делу о преступлении, совершенном вне пределов Российской Федерации, на территории Российской ФедерацииКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: СПС.
     
     

6. Территориальный принцип действия норм УПК РФ связан и с производством следственных и иных процессуальных действий на территории России в рамках исполнения запроса о правовой помощи. В основу действия норм УПК РФ по исполнению запроса о правовой помощи действует принцип взаимности. В этой связи производство отдельных следственных и иных процессуальных действий, связанных с исполнением запроса о правовой помощи, поступивших от соответствующих компетентных органов и должностных лиц иностранных государств, в соответствии с международными договорами Российской Федерации, международными соглашениями производится в соответствии с нормами УПК РФ. Так, к примеру, в соответствии с ч.1 ст.72 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 года)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) отмечается, что стороны осуществляют в соответствии со своим законодательством уголовное преследование против собственных граждан, подозреваемых в том, что они совершили на территории. В этой связи соответствующие государственные органы России для исполнения соответствующих запросов о правовой помощи на территории России, в рамках уголовно-процессуальной деятельности, в пределах своей компетенции, принимают соответствующие нормативные правовые акты. Так, в системе Генеральной прокуратуры РФ существует указание Генпрокуратуры России от 12 марта 2009 года N 68/35 "О порядке рассмотрения и исполнения в органах прокуратуры Российской Федерации поручений об осуществлении уголовного преследования, запросов о правовой помощи или о возбуждении уголовного дела, поступивших от компетентных органов иностранных государств"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). В некоторых случаях на территории России для исполнения запроса о правовой помощи могут быть применены и процессуальные нормы законодательства иностранного государства в соответствии с международными договорами Российской Федерации, международными соглашениями или на основе принципа взаимности, если это не противоречит законодательству и международным обязательствам Российской Федерации (см. об этом комментарий к ст.457 настоящего Кодекса).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Ратифицирована Федеральным Собранием (Федеральный закон от 4 августа 1994 года N 16-ФЗ // СЗ РФ. 1994. N 15. Ст.1684) / СПС. Кроме того, 7 ноября 2002 года была принята Кишиневская конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам. Россия данную конвенцию не ратифицировала. В этой связи действуют положения Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам.
     

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: СПС.
     
     

7. Территориальный принцип действия на территории России норм УПК РФ распространяется на доказательства, которые были получены в соответствии с процессуальным законодательством иностранного государства, на территории данных государств, в рамках оказания правовой помощи по уголовным делам. Положения комментируемой статьи дополняются нормами ст.455 УПК РФ. При этом данные доказательства пользуются такой же юридической силой, как если бы они были получены на территории Российской Федерации в полном соответствии с требованиями норм УПК РФ. Так, к примеру, в соответствии со ст.13 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 года)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) документы, которые на территории одной из договаривающихся сторон рассматриваются как официальные документы, пользуются на территориях других договаривающихся сторон доказательной силой официальных документов. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.455 настоящего Кодекса).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Ратифицирована Федеральным Собранием (Федеральный закон от 4 августа 1994 года N 16-ФЗ // СЗ РФ. 1994. N 15. Ст.1684) / СПС.
     
     

Комментарий к статье 3. Действие уголовно-процессуального закона в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства

1. Положения комментируемой статьи определяют правила уголовно-процессуальной деятельности, связанные с производством процессуальных действий, в соответствии с нормами УПК РФ, по уголовным делам о всех преступлениях, которые были совершены на территории России иностранными гражданами или лицами без гражданства (апатридами). В отношении данных категорий лиц действует общее правило, которое состоит в том, что нормы УПК РФ распространяют свое действие на всех лиц, находящихся на территории России, т.е. на граждан РФ, на граждан иностранных государств, лиц без гражданства, лиц, имеющих статус двойного гражданства и т.д. Исключение составляют лица, пользующиеся иммунитетом от совершения уголовно-процессуальных действий.
     

2. Положения комментируемой статьи действуют во взаимосвязи со ст.11, 12 и 13 УК РФ.
     

3. В соответствии с положениями комментируемой статьи нормы УПК РФ распространяются в отношении лиц, имеющих статус иностранного гражданина. Иностранными гражданами в соответствии со ст.2 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) и ст.3 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 62-ФЗ "О гражданстве Российской Федерации" признается физическое лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и имеющее доказательства наличия гражданства (подданства) иностранного государства. В соответствии со ст.10 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" документами, удостоверяющими личность иностранного гражданина в Российской Федерации, являются паспорт иностранного гражданина либо иной документ, установленный федеральным законом или признаваемый в соответствии с международным договором Российской Федерации в качестве документа, удостоверяющего личность иностранного гражданина. Кроме того, к числу иностранных граждан в соответствии со ст.2 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" относят: законно находящегося в России иностранного гражданина, временно пребывающего в России иностранного гражданина, временно проживающего в России иностранного гражданина, постоянно проживающего в России иностранного гражданина, иностранного работника, иностранного гражданина, зарегистрированного в качестве индивидуального предпринимателя, и других. К иностранным гражданам могут быть отнесены и иностранные граждане, обладающие дипломатическим иммунитетом, а также беженцы.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: СПС.
     
     

4. В соответствии с положениями комментируемой статьи нормы УПК РФ распространяются в отношении лиц, имеющих статус лица без гражданства. Согласно ст.2 Федерального закона 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" и ст.3 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 62-ФЗ "О гражданстве Российской Федерации" лицом без гражданства признается физическое лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и не имеющее доказательств наличия гражданства (подданства) иностранного государства.
     

5. Все уголовно-процессуальные действия при производстве по уголовному делу на территории Российской Федерации в отношении лиц, пользующихся иммунитетом от таких действий, должны производиться только с согласия того иностранного государства либо той международной организации, на службе которой или членом персонала которого находится либо находилось данное лицо. При этом согласие на проведение на территории России соответствующих процессуальных действий по уголовному делу в отношении данных категорий иностранных лиц осуществляется через МИД России. Кроме того, через МИД России запрашивается информация о том, пользуется ли соответствующее лицо иммунитетом и каков объем такого иммунитета. Данный запрос в МИД России осуществляется соответствующим участником уголовного судопроизводства в пределах своей компетенции в произвольной форме без согласования с вышестоящим руководителем.
     

6. По своей процессуальной сущности иммунитет (лат. immuninas или immunitatis, англ. immunity - освобождение от чего-либо) представляет собой предусмотренное национальным законодательством либо нормами или принципами международного права ограниченное применение либо освобождение от применения общих норм национального законодательства. В уголовном судопроизводстве России иммунитетом от уголовно-процессуальной деятельности при производстве по уголовным делам в соответствии с ч.2 ст.3 УПК РФ обладают лица, находящиеся на службе иностранного государства либо международной организации либо являющиеся членами персонала иностранного государства или международной организации. Данная категория лиц может быть в полной мере освобождена от уголовно-процессуальной деятельности при производстве по уголовным делам. Кроме того, в уголовном судопроизводстве России к ограниченному применению уголовно-процессуальной деятельности при производстве по уголовным делам в соответствии с гл.52 УПК РФ отнесены лица, перечень которых предусмотрен ст.447 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.447 настоящего Кодекса). При этом статус лица, обладающего каким-либо иммунитетом, должен соответствовать времени совершенного преступления. Речь в данном случае идет о том, что данное лицо на момент совершения преступления должно иметь соответствующий иммунитет. Кроме того, в случае когда данный иммунитет в отношении лица снят, уголовно-процессуальная деятельность при производстве по уголовному делу должна иметь ограниченный характер данного производства, а не общий, как предусмотрено в отношении других лиц, не обладавших снятым иммунитетом.
     

7. Так, к примеру, в соответствии со ст.31 Венской конвенции о дипломатических сношениях от 18 апреля 1961 года дипломатический агент пользуется иммунитетом от уголовной юрисдикции государства пребыванияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Согласно ст.1 данной Конвенции дипломатическим агентом признается глава представительства или член дипломатического персонала представительства. При этом главой представительства является лицо, на которое аккредитующим государством возложена обязанность действовать в этом качестве, а членом дипломатического персонала представительства являются члены персонала представительства, имеющие дипломатический ранг. Кроме того, в соответствии со ст.12, 13 Положения о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории Союза Советских Социалистических РеспубликКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) глава дипломатического представительства и члены дипломатического персонала представительства пользуются личной неприкосновенностью и они не могут быть подвергнуты задержанию или аресту, а также пользуются иммунитетом от уголовной юрисдикции. Однако эти лица могут подлежать юрисдикции России в случае ясно выраженного согласия на это аккредитующего государства. В соответствии со ст.9 данного положения дипломатические курьеры также пользуются при исполнении своих обязанностей личной неприкосновенностью. Так, к примеру, дипломатический курьер не может быть подвергнут аресту или задержанию. Согласно ст.15 вышеупомянутого положения уголовно-процессуальная деятельность, связанная с производством следственных и иных процессуальных действий при производстве по уголовному делу, не распространяется на членов семьи главы дипломатического представительства, а также на членов семей дипломатического персонала представительства, но при условии, что члены семьи проживают вместе с указанными лицами и не являются гражданами России. Другой нормой международного права, которая устанавливает иммунитет от производства следственных и иных процессуальных действий при производстве по уголовным делам, является Венская конвенция о консульских сношениях (Вена, 24 апреля 1963 года)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Так, согласно ст.41 Венской конвенции 1963 года консульские должностные лица не подлежат ни аресту, ни предварительному заключению иначе, как на основании постановлений компетентных судебных властей в совершении тяжкого преступления. Кроме того, согласно ч.1 ст.43 указанной Конвенции не подлежат юрисдикции судебных или административных органов государства пребывания в отношении действий, совершаемых ими при выполнении консульских функций. При этом ч.1 ст.44 данной Конвенции свидетельствует о том, что работники консульского учреждения могут вызываться в качестве свидетелей при производстве судебных или административных дел. Консульский служащий или работник обслуживающего персонала не может отказаться давать показания. Если консульское должностное лицо отказывается давать показания, к нему не могут применяться никакие меры принуждения или наказания. В соответствии с разделом 11 Конвенции ООН о привилегиях и иммунитетах Объединенных наций (Нью-Йорк, 13 февраля 1946 года) представителям членов ООН в главных и вспомогательных органах ООН и на конференциях, созываемых ООН, при исполнении ими своих служебных обязанностей и во время поездки к месту заседания и обратно предоставляется иммунитет от личного ареста или задержания и от наложения ареста на личный багаж, а также всякого рода судебно-процессуальный иммунитет в отношении всего сказанного, написанного или совершенного ими в качестве представителей и неприкосновенность всех бумаг и документов.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение утверждено Указом Президиума ВС СССР от 23 мая 1966 года N 4961-VI "Об утверждении Положения о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории Союза Советских Социалистических Республик" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Сборник международных договоров СССР. Вып.XLV. М., 1991. С.124-147.
     
     

8. Положения комментируемой статьи свидетельствуют о том, что уголовно-процессуальная деятельность в отношении лиц, пользующихся иммунитетом от процессуальных действий при производстве по уголовному делу, во многом носит бланкетный характер в части производства самих процессуальных действий. Поэтому какие конкретно процессуальные действия будут произведены в отношении лиц, обладающих иммунитетом, определяется соответствующими общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации. Как правило, все нормы международного права не запрещают возбуждать уголовные дела по факту совершения преступления, производить предварительное расследование при совершении данными категориями лиц соответствующего преступления. Но запрещается данных лиц задерживать, привлекать к уголовной ответственности и т.д. Исключением являются консульские должностные лица, которые на территории России совершили тяжкое уголовное преступление, и по данному обстоятельству имеется вступившее в законную силу судебное решение. Кроме того, в случае когда Россия объявила консульское должностное лицо за совершение преступления persona non grata, а представляемое государство в разумный срок не отзывает данное лицо, считается, что представляемое государство дает согласие на привлечение консульского должностного лица к уголовной ответственности. В отношении данного лица могут быть произведены все следственные и иные процессуальные действия, оно может быть задержано, применены меры пресечения, предъявлено обвинение, а на основании судебного решения признано виновным и назначено уголовное наказание в соответствии с действующим законодательством.
     

9. Производство следственных и иных действий с участием и в отношении лиц, пользующихся иммунитетом от процессуальных действий при производстве по уголовному делу, имеет определенные особенности. Так, допрашивать по уголовному делу в качестве свидетеля в соответствии со ст.25 Положения о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР, утвержденного Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 мая 1966 года, могут главы консульских представительств, сотрудники административно-технического и обслуживающего персонала консульского представительства, за исключением выполнения ими служебных обязанностей. При этом к ним не могут быть применены иные меры уголовно-процессуального принуждения (привод и т.д.) в случае их отказа от дачи показаний.
     

10. В отношении лиц, пользующихся иммунитетом от процессуальных действий при производстве по уголовному делу на территории России, не должны применяться меры процессуального принуждения, регламентированные нормами УПК РФ. В соответствии с международной практикой в отношении лиц, имеющих иммунитет, могут быть совершены процессуальные действия в соответствии с нормами УПК РФ, регламентирующими его ограничение личной неприкосновенности, в случаях: 1) когда данное лицо своими действиями подвергает себя риску; 2) лица, совершающие процессуальные действия, ограничивающие его неприкосновенность, не знают о его статусе; 3) в порядке самообороны от действий данного лица; 4) в целях предупреждения совершения преступления. При этом в соответствии с ч.3 ст.96 УПК РФ при задержании лиц, являющихся гражданами или подданными иностранного государства, но не обладающих иммунитетом, дознаватель, следователь в течение 12 часов с момента задержания обязаны уведомить посольство или консульство соответствующего государства.
     

11. При этом действующее уголовно-процессуальное законодательство России не предусматривает прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования по возбужденному уголовному делу в ситуации, когда на территории России преступление совершено лицами, обладающими иммунитетом, который был установлен соответствующими общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации. По данному уголовному делу, по нашему мнению, возможно только приостановление предварительного расследования по основанию, предусмотренному ч.1 ст.208 УПК РФ, и, как правило, по п.1 ч.1 ст.208 УПК РФ, т.е. когда лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено.
     
     

Комментарий к статье 4. Действие уголовно-процессуального закона во времени

1. Положения комментируемой статьи свидетельствуют о том, что с момента совершения того или иного процессуального действия либо с момента принятия того или иного процессуального решения по уголовному делу уже должны действовать те нормы уголовно-процессуального закона, которые вступили в законную силу. Кроме того, положения данной статьи свидетельствуют о том, что на все юридические факты, которые стали результатами совершенных процессуальных действий и принятых процессуальных решений по уголовному делу, распространяются положения действующего уголовно-процессуального закона. Речь в данном случае идет о том, что уголовно-процессуальный закон не имеет обратной силы. Он не может, как уголовный закон, который устраняет преступность, смягчать наказание или иным образом улучшать положение лица, совершившего преступление, распространяться на процессуальные действия или процессуальные решения, совершенные и принятые до издания уголовно-процессуального закона.
     

2. Положения комментируемой статьи по своей сущности свидетельствуют о том, что нормы уголовно-процессуального закона носят темпоральный характер. Положения данной статьи свидетельствуют, что в конкуренцию норм действующего на момент принятия процессуального решения или действия УПК РФ могут вступать нормы, действующие в определенный период времени, которые будут установлены нормами УПК РФ.
     

3. В отдельных случаях в действующем УПК РФ могут быть полностью или частично заменены соответствующие нормы УПК РФ путем внесения изменений в эти нормы федеральным законом РФ. Поэтому при производстве по одному и тому же уголовному делу могут быть в последовательном порядке применены разные положения норм уголовно-процессуального закона, действовавшие как в момент начала производства по делу, так и принятые позднее. В данной ситуации должно действовать правило, что если процессуальное действие началось во время действия отмененной нормы УПК РФ, а окончилось после вступления в законную силу новой нормы УПК РФ, то действующей во время производства по уголовному делу соответствующего процессуального действия нормой УПК РФ будет считаться новая норма. На данной позиции стоит и Верховный Суд РФ. Так, в п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 января 2014 года N 2 "О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" (в ред. постановления Пленума Верховного Суда РФ от 3 марта 2015 года N 9) определено, что в связи с введением в действие Федерального закона от 31 декабря 2014 года N 518-ФЗ пересмотр приговоров, определений, постановлений суда, вступивших в законную силу до 1 января 2013 года, осуществляется в соответствии с положениями ст.4 УПК РФ в порядке, предусмотренном гл.47.1 и 48.1 УПК РФ, по жалобам, представлениям лиц, которые ранее либо не обжаловали эти судебные решения в порядке надзора по правилам гл.48 УПК РФ, либо осуществили свое право обжалования не в полном объеме. В этом случае жалоба, представление подаются в соответствующий суд кассационной инстанции, в который ранее судебное решение не обжаловалось, либо в суд надзорной инстанцииКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Практически в таком же направлении высказался и Конституционный Суд РФ в части положений ст.4 УПК РФ. Так, гражданин А.И.Карачаков оспаривал конституционность ст.4 УПК РФ, определяющей правила действия уголовно-процессуального закона во времени и позволяющей, по мнению заявителя, суду принимать в качестве допустимых доказательства, полученные в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР, а не Уголовно-процессуальным кодексом РФ. В своем определении Конституционный Суд РФ отметил, что ст.4 УПК РФ закрепляет общие правила действия уголовно-процессуального закона во времени и не устанавливает каких-либо предписаний, непосредственно определяющих возможность использования при постановлении приговора тех или иных доказательств и тем более позволяющих основываться при принятии процессуальных решений по уголовному делу на доказательствах, полученных с нарушением закона. С учетом этого не имеется оснований полагать, что данной статьей нарушаются права заявителя в конкретном уголовном делеКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 19 июня 2007 года N 481-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Карачакова Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав статьей 4, частью третьей статьи 376, пунктами 1 и 2 части второй статьи 386, частью третьей статьи 406 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также частью третьей статьи 184 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР" // СПС.
     
     

4. Кроме того, согласно положениям комментируемой статьи в уголовно-процессуальных правоотношениях принятие процессуального решения или совершение процессуального действия должно соответствовать по времени их производства тем нормам УПК РФ, которые по времени действовали в момент их принятия или действия. В случае изменения норм или их отмены в УПК РФ тем или иным федеральным законом, для принятия процессуальных решений или совершения процессуальных действий приоритетными признаются последующие изменения в положения норм УПК РФ. При этом должно соблюдаться условие, что они соответствуют времени принятия процессуального решения или совершения процессуального действия и времени внесенных изменений.
     
     

Комментарий к статье 5. Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе

1. Для правильного и единообразного применения норм УПК РФ законодатель впервые в комментируемой статье дал официальные толкования некоторым понятиям, которые используются в уголовно-процессуальной деятельности при производстве по уголовному делу. Все понятия в комментируемой статье носят императивный характер. Необходимость в отдельной статье дать общие понятия, которые будут использоваться в уголовно-процессуальной деятельности, обусловлена задачей точного и единообразного применения уголовно-процессуального закона, одной из предпосылок которой является однозначное, точное и исчерпывающее применение употребляемой в законе процессуальной терминологии.
     

2. При этом некоторые понятия законодатель исключил из текста комментируемой статьи и дает их в других статьях УПК РФ. К примеру, понятие "подозреваемый" дается в ст.46 УПК РФ (более подробно см. комментарий к ст.45 настоящего Кодекса), а понятие "обвиняемый" - в ст.47 УПК РФ (более подробно см. комментарий к ст.47 настоящего Кодекса). Это делается для удобства в силу того, что в положениях данных статей сразу же указываются процессуальные полномочия данных участников уголовного судопроизводства.
     

3. Понятие "алиби" свидетельствует о том, что участники уголовного судопроизводства - "подозреваемый" или "обвиняемый" - на момент совершения преступления находились в другом месте. При этом алиби в соответствии с ч.2 ст.9 УК РФ представляет собой время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий. В соответствии со ст.14 УПК РФ установление алиби подозреваемого или обвиняемого в уголовном судопроизводстве это прерогатива стороны обвинения. При этом алиби подозреваемого или обвиняемого должно устанавливаться совокупностью доказательств, предусмотренных ст.74 УПК РФ, а каждое доказательство оцениваться по правилам ст.88 УПК РФ.
     

4. Более полное понятие "апелляционная инстанция" в уголовном судопроизводстве связано с ее ссылочным характером. Дело в том, что в соответствии с положениями норм ст.389_1 и ч.2 ст.389_3 УПК РФ апелляционное производство возбуждается соответствующими участниками уголовного судопроизводства посредством подачи апелляционной жалобы, представления. (Более подробно см. комментарий к ст.389_1 и 389_3 настоящего Кодекса). Так, апелляционной инстанцией может выступать районный суд только на приговоры и иные судебные решения мирового судьи. Судебная коллегия по уголовным делам верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда - соответственно на приговор или иные решения районного суда, гарнизонного военного суда. Судебная коллегия по уголовным делам соответствующего суда - на промежуточное решение верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда. Судебная коллегия по уголовным делам и Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ - соответственно на приговор или иное итоговое решение верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда. Апелляционная коллегия Верховного Суда РФ - на постановление судьи Верховного Суда РФ. Апелляционная инстанция, как правило, еще именуется судом второй инстанции.
     

5. Понятие "близкие лица" в уголовном судопроизводстве дается впервые. Они могут и не являться субъектами уголовно-процессуальных отношений, но использование легального толкования данного понятия существенным образом может влиять на производство по уголовному делу. Понятие близких лиц в уголовном судопроизводстве используется в совокупности с другими статьями УПК РФ. Наиболее часто понятие "близкие лица" в уголовных правоотношениях встречается с реализацией положений ст.328 УПК РФ и ст.61 УПК РФ (более подробно см. комментарий к ст.328 и ст.61 настоящего Кодекса). Так, одним из оснований отмены приговора областного суда, рассмотренного с участием присяжных заседателей, послужило соблюдение не в полной мере требований ст.328 УПК РФ. Судья не разъяснил подробно положения п.3, 4 ст.5 УПК РФ о том, какие именно лица относятся к числу близких лиц и родственников и другие основания для мотивированного и немотивированного отвода. При этом в подготовительной части судебного заседания с участием присяжных заседателей, где председательствующий по настоящему делу разъяснил сторонам их права, предусмотренные гл.36 УПК РФ, не были выявлены обстоятельства, исключающие участие отдельных присяжных заседателей. После разъяснений судьи кандидаты в присяжные заседатели были обязаны правдиво отвечать на задаваемые вопросы, а не скрывать, что их родственники и близкие лица являются сотрудниками правоохранительных органов, привлекались к ответственности. Так, по этой причине кандидат в присяжные заседатели К. не сообщила составу суда о том, что муж ее дочери является сотрудником УВД в звании подполковника милиции, что препятствует ей исполнять обязанности присяжного заседателяКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). При этом само понятие "близкие лица" законодателем не используется в положениях п.3 ч.1 ст.61 УПК РФ как одно из обстоятельств, исключающих участие в производстве по уголовному делу. Включение понятия "близкие лица", по нашему мнению, в п.3 ч.1 ст.61 УПК РФ, как одного из обстоятельств, исключающего участие в производстве по уголовному делу, продиктовано временем. Кроме того, понятие близких лиц используется и в п."б" ч.2 ст.105 УК РФ. При этом Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 27 января 1999 года N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)" (в ред. постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 года N 7, от 3 апреля 2008 года N 4, от 3 декабря 2009 года N 27, от 3 марта 2015 года N 9) дает практически такую же трактовку понятия "близкие лица"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение ВС РФ от 22 февраля 2007 года N 85-007-1 // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Так, в соответствии с п.6 постановления Пленума ВС РФ от 27 января 1999 года N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)" (в ред. постановлений Пленума ВС РФ от 6 февраля 2007 года N 7, от 3 апреля 2008 года N 4, от 3 декабря 2009 года N 27, от 3 марта 2015 года N 9) к близким потерпевшему лицам, наряду с близкими родственниками, могут относиться иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений // СПС.
     
     

6. Понятие "близкие родственники" в уголовном судопроизводстве используется в совокупности с другими статьями УПК РФ. Наиболее часто понятие "близкие родственники" в уголовных правоотношениях встречается с реализацией положений ст.42, 46, 56 и других статей УПК РФ (более подробно см. об этом комментарий к ст.42, 46, 56 настоящего Кодекса). При этом неправильное использование понятия "близкие родственники" при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности при производстве по уголовным делам либо вовсе неиспользование данного понятия влечет за собой судебную ошибку. Так, к примеру, судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ был отменен приговор областного суда в части гражданского иска. Основанием отмены приговора явилось то, что по данному уголовному делу, последствием которого явилась смерть лица, права потерпевшего перешли не близкому родственнику, а тете убитогоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). При этом, понятие близкого родственника определено в п.4 ст.5 УПК РФ. Кроме того, роль близких родственников, понятие которых отражено в комментируемом положении, имеет существенное значение в случае прекращения уголовного дела по п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ. Так, в соответствии с положениями Постановления Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 года N 16-П нельзя прекратить уголовное дело в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого) без согласия на это его близких родственниковКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: кассационное определение ВС РФ от 1 марта 2012 года N 66-О12-6В // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 года N 16-П "По делу о проверке конституционности положений пункта 4 части первой статьи 24 и пункта 1 статьи 254 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.И.Александрина и Ю.Ф.Ващенко".
     
     

7. Понятие вердикта в уголовном судопроизводстве используется в реализации положений гл.42 УПК РФ, т.е. при производстве по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей. Более тесно понятие вердикта связано с нормами ст.342 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.342 настоящего Кодекса).
     

8. Толкование понятия государственного обвинителя в уголовном судопроизводстве связано со ст.37 и 246 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.37 и 246 настоящего Кодекса). Кроме того, участие государственного обвинителя в суде подтверждается поручениемКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) соответствующего прокурора, которое передается судье и приобщается к уголовному делу. Это поручение дает право лицу, осуществляющему государственное обвинение, знакомиться с материалами уголовного дела, подготовиться к процессу, непосредственно участвовать в судебном разбирательстве по делу и принимать решения в соответствии с законом и возложенными на это лицо обязанностями, предусмотренными приказом Генпрокурора РФ и соответствующего прокурора, а также Федеральным законом "О прокуратуре РФ". При этом уголовно-процессуальный закон не содержит запрета для участия в уголовном деле нескольких государственных обвинителей.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Понятие поручения регламентировано приказом Генерального прокурора РФ от 25 декабря 2012 года N 465 "Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства" // СПС.
     
     

9. Определение, раскрывающее понятие дознавателя в УПК РФ, в комментируемой статье рассматривается в контексте со ст.41 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.41 настоящего Кодекса). Дознаватель, являясь участником уголовного судопроизводства со стороны обвинения, в соответствии с положениями комментируемой статьи реализует уголовно-процессуальную деятельность посредством производства дознания. Кроме того, дознаватель в соответствии с ч.2 ст.40 УПК РФ должен осуществлять производство неотложных следственных действий, а также в соответствии с ч.1 ст.146 УПК РФ возбуждать уголовное дело и осуществлять иные полномочия, предусмотренные УПК РФ. Все уголовно-процессуальные полномочия, предусмотренные УПК РФ, дознаватель может осуществлять только в случае, когда данные полномочия процессуально делегированы начальником органа дознания. При этом не все уголовно-процессуальные полномочия начальники органов дознания могут процессуально делегировать дознавателям. Так, к примеру, в соответствии с ч.3 ст.151 УПК РФ дознание в пределах своей компетенции могут производить только дознаватели ОВД, дознаватели пограничных органов ФСБ, дознаватели ФССП, дознаватели органов государственного пожарного надзора федеральной противопожарной службы, дознаватели ФСКН, дознаватели таможенных органов. В самих же государственных органах могут быть созданы как штатные должности дознавателей, так и внештатные. Так, в Вооруженных Силах РФ, в системе органов военной полиции создаются штатные должности дознавателей. В воинских частях, соединениях штатом не предусмотрены должности дознавателей. Как правило, их функции выполняют офицеры воинских частей, соединений как внештатные дознаватели, назначаемые на эти должности приказами командиров воинских частей, соединенийКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, на районном уровне в ОВД нередко начальники органов дознания делегируют проведение дознания не штатным дознавателям ОВД, а участковым инспекторам полиции. Такое процессуальное делегирование недопустимо. Дело в том, что данное делегирование уголовно-процессуальных полномочий не соответствует требованиям ст.7 УПК РФ, так как участковые инспекторы полиции не занимают должности дознавателей ОВД, а должность участкового инспектора полиции не предусматривает производство дознания. В случае же если участкового инспектора полиции в соответствии с требованиями к кандидатам на должность дознавателя назначают на эту должность, то данное назначение соответствует статусу дознавателя.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Более подробно об этом см.: приказ заместителя Генерального прокурора РФ - Главного военного прокурора от 23 октября 2014 года N 150 "Об утверждении Инструкции о процессуальной деятельности органов дознания Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов".
     
     

10. Положения комментируемого п.8 данной статьи свидетельствуют о законодательном определении понятия дознания в уголовном судопроизводстве. Кроме того, понятие "дознание" тесно связано с положением ст.150, ч.3 ст.151 и гл.32 и 32_1 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.150, ч.3 ст.151 и гл.32 и 32_1 настоящего Кодекса). При этом дознание представляет собой одну из форм предварительного расследования.
     

11. Понятие досудебного производства по уголовному делу как одной из составных частей уголовного судопроизводства представляет собой уголовно-процессуальную деятельность соответствующих участников уголовного судопроизводства по проведению доследственной проверки по уголовному делу, по возбуждению уголовного дела, производству предварительного расследования, а также уголовно-процессуальную деятельность прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением (обвинительным актом, обвинительным постановлением).
     

12. Понятия жилища, которое дается в комментируемом п.10, характерно только для уголовно-процессуальных отношений. При этом понятие жилища, которое определено в примечании к ст.139 УК РФ, не распространяется на уголовно-процессуальные отношения. Речь в первую очередь идет о понятии жилища применительно к целям уголовно-процессуального регулирования и связано оно с производством различных следственных и иных процессуальных действий. На данной позиции стоит и Конституционный Суд РФ. Так, в своем определении от 20 декабря 2005 года N 533-О в п.2 он отмечает, что п.10 ст.5 УПК РФ определяет понятие жилища применительно к целям уголовно-процессуального регулирования производства различных следственных и иных процессуальных действий.Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Кроме того, понятие "жилище", которое дается в комментируемом положении, в уголовно-процессуальных правоотношениях должно быть связано с защитой прав и законных интересов лиц, которые проживают постоянно или временно в данных категориях жилища. Защита прав и законных интересов лиц, проживающих в жилище, возникает в случае, если лица проживают там на законных основаниях.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 20 декабря 2005 года N 533-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Потапова Алексея Ильича на нарушение его конституционных прав пунктом 10 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации // СПС.
     
     

13. Понятие "задержание подозреваемого" рассматривается в соответствии с гл.12 УПК РФ и п.15 ст.5 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к гл.12 настоящего Кодекса). Существенным положением комментируемого понятия является определение временного критерия, с которого начинается истекать момент задержания подозреваемого лица. Речь идет о фактическом, а не юридическом ограничении прав подозреваемого лица на свободное передвижение. Нередко временной момент задержания подозреваемого лица связывают с административным задержанием для выяснения личности лица до 3 часов либо в иной срок и по другим основаниям, указанным в ст.27.3 и 27.5 КоАП РФ. В уголовно-процессуальное задержание данный временной интервал не входит. Дело том, что данное лицо еще не имеет статус подозреваемого. Если в этот временной интервал данное лицо приобретает статус подозреваемого, то, безусловно, с момента приобретения данного статуса начинается истекать время задержания подозреваемого лица. Кроме того, в комментируемом положении определены участники уголовного судопроизводства, которые имеют право осуществлять задержание подозреваемого. Перечень данных участников ограничен. Это органы дознания, дознаватель, следователь. При этом органы дознания, обладающие полномочиями на задержание, должны рассматриваться со ссылкой на ч.1 ст.40 УПК РФ. Кроме того, положения п.1 ч.1 ст.40 УПК РФ должны рассматриваться еще и с учетом ее бланкетности к ст.13 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности в РФ". Действующее уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает задержание подозреваемого лица капитанами морских и речных судов, находящихся в дальнем плавании на данном судне, руководителями геолого-разведочных партий и зимовок, начальниками российских антарктических станций и сезонных полевых баз по месту нахождения этих партий, станций, сезонных полевых баз, а также главами дипломатических представительств и консульских учреждений РФ в пределах территории данных представительств и учреждений. Сам срок задержания подозреваемого определяется 48 часами. При этом если в данный срок не будет принято процессуальное решение судом об удовлетворении ходатайства о применении меры пресечения под стражу либо продления задержания подозреваемого лица еще на 3 суток, то подозреваемое лицо должно быть незамедлительно освобождено.
     

14. Заключение суда представляет собой, в первую очередь, процессуальное решение суда, в котором должен быть отражен вывод о наличии в действиях лиц, указанных в п.2, 2_1 ч.1 ст.448 УПК РФ, признаков преступления для возбуждения уголовного дела в отношении данных лиц или привлечения их в качестве обвиняемых. При этом суд не должен в своем заключении отмечать вопросы, которые могут быть предметом последующего исследования и доказывания на других стадиях уголовного судопроизводства. Не должен суд предрешать и виновность данных категорий участников уголовного судопроизводства. На данной позиции стоит и Конституционный Суд РФ, который в своем Определении от 14 декабря 2004 года N 392-О указал, что дача судом заключения о наличии или об отсутствии в действиях лица из числа указанных в ч.1 ст.448 УПК РФ признаков преступления в качестве оснований для возбуждения уголовного дела в отношении этого лица или о привлечении его в качестве обвиняемого не может рассматриваться как предполагающая разрешение судом на указанных этапах уголовного процесса вопросов, являющихся предметом последующего исследования и доказывания. Давая такое заключение, суд осуществляет только контрольную функцию, т.е., как следует из ч.2 ст.140 УПК РФ, ч.4 ст.146, ст.147 и ст.148 УПК РФ, определяет, достаточно ли в отношении конкретного лица представленных прокурором данных и правомерно ли его утверждение о наличии для этого соответствующих оснований, и не вправе давать в заключении выводы, которые могут содержаться только в приговоре или ином итоговом решенииКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Данное понятие рассматривается в контексте с ч.1 ст.448 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.448 настоящего Кодекса).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2004 года N 392-О "По запросу Верховного Суда Республики Карелия о проверки конституционности пункта 9 частей первой и третьей статьи 448 Уголовно-процессуального кодекса РФ" // СПС.
     
     

15. Пункт 12 комментируемого положения определяет перечень лиц, которые могут быть законными представителями в уголовно-процессуальных правоотношениях. Кроме того, положения комментируемой нормы рассматриваются в контексте с ч.3 ст.44, ч.2, 2_2, 3 ст.45, ст.48, ст.426, 428 и ст.437 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ч.3 ст.44, ч.2, 2_2, 3 ст.45, ст.48, ст.426, 428 и ст.437 настоящего Кодекса). Участие законного представителя в уголовно-процессуальной деятельности по уголовным делам в случаях, установленных нормами УПК РФ, является обязательным. При этом в соответствии с п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 года N 1 "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних" (в ред. постановлений Пленума Верховного Суда от 9 февраля 2012 года N 3, от 2 апреля 2013 года N 6) суд вправе отстранить законного представителя от участия в судебном разбирательстве, если имеются основания полагать, что его действия наносят ущерб интересам несовершеннолетнего. В этом случае к участию в разбирательстве допускается другой законный представитель несовершеннолетнего из числа лиц, указанных в п.12 ст.5 УПК РФ. При этом в соответствии с постановлением Пленума недопустимо привлечение к участию в деле в качестве законных представителей лиц, которые совершили преступление совместно с несовершеннолетним подсудимым, а также лиц, в отношении которых несовершеннолетний совершил преступление. Дознаватель, следователь, суд в случае привлечения законного представителя в уголовно-процессуальную деятельность должны удостовериться в том, что данные участники уголовного процесса являются законными представителями в уголовном судопроизводстве. Так, если в качестве законного представителя выступают родители, то необходимо проверить, не лишены ли они на основании судебного решения родительских прав (ст.71 СК РФ). Кроме того, необходимо установить и обстоятельства, связанные с отсутствием противоречий между родителями и детьми. При этом данный факт должен быть установлен органами опеки и попечительства.
     

16. Избрание меры пресечения по своей сути представляет собой процессуальное решение, которое принимается при наличии оснований, указанных в ст.97, 100-110 УПК РФ, дознавателем, следователем или судом. Кроме того, положения комментируемой нормы рассматриваются в контексте со ст.97, 100-110 и 255 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.97, 100-110 и 255 настоящего Кодекса). Принятие процессуального решения об избрании той или иной меры пресечения должно основываться дознавателем, следователем или судом на внутреннем убеждении, которое формируется благодаря основаниям, указанным в ст.97, 100-110 и 255 УПК РФ, и данным о наличии этих оснований. Избрание меры пресечения пересекается с п.29 ст.5, в которой законодатель определяет уже как процессуальное действие, связанное с применением дознавателем, следователем и судом меры пресечения, начиная с момента принятия процессуального решения и до ее отмены или изменения.
     

17. Положения комментируемого п.14 ст.5 УПК РФ рассматриваются в контексте с ч.3 ст.401_3 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ч.3 ст.401_3 настоящего Кодекса). Существенным положением кассационной инстанции является положение, свидетельствующее о том, что кассационная инстанция рассматривает все жалобы, представления на приговоры, определения и постановления судов, которые вступили в законную силу.
     

18. Нормы, изложенные в п.14_1 комментируемой статьи свидетельствуют об определении понятия контроля телефонных и иных переговоров в уголовном судопроизводстве как следственного действия. При этом комментируемые положения рассматриваются в контексте со ст.186 и 186_1 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.186 и 186_1 настоящего Кодекса). При этом данное следственное действие предполагает, в свою очередь, осуществление прослушивания переговоров (телефонных, телеконференций и т.д.) любыми средствами коммуникации, запись переговоров, осмотр и прослушивание фонограмм. Каждое из данных следственных действий может быть проведено в отдельности либо в совокупности. Все это связано с обязательным учетом следственных версий, которые формируются в зависимости от следственной ситуации. По результатам проведенного контроля телефонного и иных переговоров составляется протокол данного следственного действия, который в соответствии с п.5 ч.2 ст.74 УПК РФ, являясь протоколом следственного действия, представляет собой один из видов доказательств по уголовному делу.
     

19. Положения комментируемого п.16 ст.5 УПК РФ свидетельствуют о понятии надзорной инстанции в уголовном судопроизводстве, которое дает законодатель. При этом Президиум Верховного Суда РФ указывается как единственный орган, который вправе рассматривать в порядке надзора судебные решения (приговоры, определения и постановления), вступившие в законную силу. Одним из основных предназначений надзорной инстанции является обеспечение единства судебной практики и законности по уголовным делам (п.1 ч.1 ст.7 Федерального конституционного закона РФ "О Верховном Суде РФ"). Комментируемое положение рассматривается в контексте с гл.48_1 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к гл.48_1 настоящего Кодекса).
     

20. Начальник органа дознания представляет собой одного из участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения, который наделен уголовно-процессуальными полномочиями по делегированию производства дознания, производства неотложных следственных действий, производства следственных и иных процессуальных действий и т.д. Начальник органа дознания в уголовно-процессуальных правоотношениях выступает в качестве руководящего должностного лица органа дознания. Сам же орган дознания, представляя собой определенное объединение (организацию), в которое с уголовно-процессуальной стороны входят начальник органа дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель. Если полномочие вправе осуществить только орган дознания, то оно не может быть реализовано без ведома начальника (руководителя), поскольку в ином случае оно лишено надлежащей юридической силы. Кроме того, в основу понятия "орган дознания" заложен принцип организационной деятельности государственных органов, принцип единоначалия. Так, к примеру, в соответствии с ч.2 ст.40, ч.1 ст.146 УПК РФ и т.д. орган дознания производит дознание, неотложные следственные действия, возбуждает уголовное дело и т.д. Поэтому вся уголовно-процессуальная деятельность, регламентируемая органом дознания, в первую очередь будет делегироваться начальником органа дознания начальнику подразделения дознания, дознавателю и другим должностным лицам. Но не во всех государственных органах начальники органов дознания могут делегировать свои уголовно-процессуальные полномочия начальнику подразделения дознания, дознавателю. Они, являясь органом дознания, выступают как начальники органа дознания, самостоятельно обладают уголовно-процессуальными полномочиями по возбуждению уголовного дела, производству неотложных следственных действий и выполнения поручений следователя, дознавателя по уголовным делам. Речь в данном случае идет о начальниках органов военной полиции Вооруженных Сил Российской Федерации, командиров воинских частей, соединений, начальников военных учреждений и гарнизонов. Начальники учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, выступая в качестве начальников органа дознания, обладают полномочиями по возбуждению уголовного дела, производства неотложных следственных действий (п.5 ч.2 ст.157 УПК РФ) и вправе делегировать поручения следователя (дознавателя) на производство следственных и иных процессуальных действий, а также производство оперативно-розыскных мероприятий, если они одновременно являются и начальниками оперативных подразделений ФСИН, поскольку в соответствии с ч.1 ст.40 УПК РФ и ст.13 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" обладают полномочиями на делегирование этих полномочий как по производству оперативно-розыскных мероприятий, так и на производство следственных и иных процессуальных действий. Начальником органа дознания в уголовно-процессуальных правоотношениях выступает не только сам руководитель соответствующего государственного органа (объединения, организации), обладающего полномочиями по делегированию уголовно-процессуальных полномочий, но и его заместитель. Так, в системе МВД РФ применительно к территориальному органу МВД РФ на районном уровне полномочия начальника органа дознания принадлежат начальнику управления (отдела, отделения, пункта), его заместителю - начальнику полиции, который одновременного является еще и руководителем оперативного подразделения МВД России на районном уровне, обладающего полномочиями на производство оперативно-розыскных мероприятий.
     

21. В положениях комментируемого п.17_1 ст.5 УПК РФ дается понятие начальника подразделения дознания. При этом комментируемое положение рассматривается в контексте со ст.40_1 и ч.3 151 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.40_1 и ч.3 151 настоящего Кодекса). Речь в данном случае идет о руководителе такого специализированного подразделения, которое осуществляет только уголовно-процессуальную деятельность по возбуждению уголовного дела и производства дознания. Причем он может быть руководителем специализированного подразделения в соответствии с ч.3 ст.151 УПК РФ только в органах внутренних дел, пограничных органах федеральной службы безопасности, в органах Федеральной службы судебных приставов, в органах государственного пожарного надзора федеральной противопожарной службы, в органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, в таможенных органах Российской Федерации. Начальник подразделения дознания при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности наделен уголовно-процессуальными полномочиями по делегированию производства дознания подчиненным ему в организационном плане дознавателям. Начальником подразделения дознания в уголовно-процессуальных правоотношениях выступает не только сам руководитель соответствующего государственного органа, в котором предусмотрено производство дознания и обладающего полномочиями по делегированию уголовно-процессуальных полномочий по производству дознания, но и его заместитель.
     

22. Нормы, изложенные в п.19 комментируемой статьи дают определение понятия неотложных следственных действий в уголовном судопроизводстве как одного из общих условий предварительного расследования. При этом комментируемые положения рассматриваются в контексте со ст.157 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.157 настоящего Кодекса). Правом производства неотложных следственных действий обладают только органы дознания и только после возбуждения уголовного дела. Перечень неотложных следственных действий законодателем не определен. По своей сущности неотложные следственные действия представляют собой как одно, так и несколько следственных и иных процессуальных действий по уголовному делу. Их производство зависит от конкретной следственной ситуации и следственной версии по конкретному уголовному делу. При этом законодатель определяет конкретную цель производства неотложных следственных действий - обнаружение и фиксация следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, изъятия и исследования. Производство неотложных следственных действий в ночное время регламентируется в соответствии с ч.3 ст.164 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.164 настоящего Кодекса).
     

23. Понятие непричастности (п.20 ст.5 УПК РФ) в уголовном судопроизводстве свидетельствует о том факте, что конкретное лицо не имело отношения к совершенному преступлению. По своей сущности непричастность свидетельствует и об отсутствии причинно-следственной связи в действиях (бездействиях) лица с общественно-опасным деянием, которые установлены в УК РФ. При этом установление непричастности лица в соответствии с публичностью уголовно-процессуальных отношений и ст.14 УПК РФ возлагается, в пределах компетенции, на определенные государственные органы и суд. Кроме того, понятие непричастности рассматривается и в контексте п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к п.1 ч.1 ст.27 настоящего Кодекса).
     

24. Понятие "ночное время" в уголовном судопроизводстве определено временным интервалом с 22 часов до 6 часов следующего дня местного времени. При этом понятие ночного времени рассматриваются в контексте ч.3 ст.164 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ч.3 ст.164 настоящего Кодекса). Кроме того, понятие "ночное время" в уголовном судопроизводстве, как правило, связано с допустимостью тех или иных доказательств, полученных при производстве по уголовному делу. Так, СК по УД ВС РФ признала допустимым доказательством протокол проверки показаний на месте и приговор суда первой инстанции оставила без изменения. Согласно материалам дела, фактически проверка показаний на месте в ночное время не была произведена, поскольку проводилось это следственное действие с 20.30 часов до 22.07 часов 24 сентября 2007 года, а ночным же согласно п.21 ст.5 УПК РФ признается время с 22.00 до 6.00 часов. В ночное время осуществлялся лишь просмотр видеозаписиКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: кассационное определение ВС РФ от 28 октября 2008 года N 57-008-16 // СПС.
     
     

25. Нормы, изложенные в п.22 комментируемой статьи дают определение понятия обвинения. Данное понятие можно рассматривать как окончательное установление конкретного лица, который причастен к совершенному общественно опасному деянию. Речь в данном случае идет о наличии причинно-следственной связи в действиях (бездействии) лица с общественно опасным деянием, которые установлены в УК РФ. Кроме того, обвинение должно быть выдвинуто в соответствии с нормами УПК РФ. Поэтому положения данной нормы рассматриваются в контексте гл.23 УПК РФ и ч.1 ст.215, ст.220 УПК РФ при расследовании уголовного дела в форме предварительного следствия. (Более подробно см. об этом комментарий к гл.23 и ч.1 ст.215, ст.220 настоящего Кодекса). При этом существо обвинения, указанное в обвинительном заключении, должно соответствовать существу постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. В этом случае различают первоначальное и окончательное обвинение. При производстве дознания положения данной нормы рассматриваются в контексте ст.225 и 226_7 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.225 и ст.226_7 настоящего Кодекса). Во всех случаях понятие обвинения должно рассматриваться как одна из составных частей уголовного преследованияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, в соответствии с п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 года N 60 "О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел" под обвинением, с которым соглашается обвиняемый, заявляя ходатайство о постановлении приговора в особом порядке судебного разбирательства, следует понимать фактические обстоятельства содеянного обвиняемым, форму вины, мотивы совершения деяния, юридическую оценку содеянного, а также характер и размер вреда, причиненного деянием обвиняемого.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Более подробно см.: Перспективы развития уголовно-процессуального права и криминалистики. Ч.2. Материалы 2-й международной научно-практической конференции. М.: РАП, 2013. С.78, 79 (автор Качалов В.И.).
     
     

26. Положение комментируемого п.23 ст.5 УПК РФ свидетельствует о соответствующем процессуальном решении, которое принимает коллегиально суд первой, апелляционной и кассационной инстанции, составленном в форме определения. Существенным отличием процессуального решения, которое составлено в форме определения, от постановления является то, что оно принимается коллегиально (в составе не менее 3 судей). Законодатель четко определяет, что не будут являться процессуальными решения, составленные в форме определения в виде приговора и кассационного определения. При этом законодатель сам противоречит себе. Дело в том, что процессуальное решение в форме определения будет являться и процессуальным решением, вынесенным коллегиально в суде кассационной инстанции, и законодатель одновременно их исключает из данного понятия. При этом в соответствии с ч.2-5 ст.401_14 УПК РФ суд кассационной инстанции, приняв процессуальные решения, в соответствии с ч.1 ст.401_14 УПК РФ, выносит их в форме определения и постановления. Положения данной нормы рассматриваются в контексте со ст.254, 256, ч.2 ст.258, 389_20, 401_14 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.254, 256, ч.2 ст.258, 389_20, 401_14 настоящего Кодекса).
     

27. В нормах комментируемого положения п.24 ст.5 УПК РФ дается понятие органа дознания. При этом законодатель определяет, что для органов дознания должны быть характерны следующие признаки. В первую очередь, органами дознания должны быть государственные органы и должностные лица. Весь перечень видов органа дознания определен в ч.1 ст.40 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.40 настоящего Кодекса). Все органы дознания делятся на государственные органы, представляющие собой определенную организацию (объединение), в которую входят начальник органа дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель (органы внутренних дел РФ и входящие в их состав территориальные, в том числе линейные, управления (отделы, отделения) полиции и т.д.). Вторая группа органов дознания представлена должностными лицами, которыми являются только начальники органа дознания (начальники органов военной полиции ВС РФ, командиры воинских частей, соединений, начальники военных учреждений и гарнизонов и т.д.). Во-вторых, все органы дознания должны осуществлять производство дознания и другие процессуальные полномочия. При этом группа органов дознания, к которым относятся только должностные лица, не может осуществлять производство дознания. Они вправе только возбуждать уголовное дело, производить неотложные следственные действия и т.д. Группа органов дознания, к которым относятся государственные органы, обладает полномочиями на производство дознания, возбуждения уголовного дела, производство неотложных следственных действий и т.д.
     

28. Нормы, положения п.24_1 комментируемой статьи свидетельствуют о получении сведений (данных), которые пока не являются доказательствами по уголовному делу и которые получены посредством проведения такого следственного действия, как получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами. Поэтому положения данной нормы рассматриваются в контексте ст.186_1 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.186_1 настоящего Кодекса). Кроме того, предметом данных сведений, которые были получены в результате проведения данного следственного действия, могут быть дата; время, продолжительность соединения между абонентами и (или) абонентскими устройствами (пользовательским оборудованием); номера абонентов; номера и места расположения приемопередающих базовых станций; другие данные, которые позволяют идентифицировать абонентов (к примеру, любые устойчивые идентификаторы, образующиеся в результате оказания услуг связи (MSISDN, IMSI, IMEI) и т.д.). Все эти сведения могут иметь доказательственное значение по уголовному делу и быть отражены в таком виде доказательств, как протокол следственного действия (осмотра), а также вещественное доказательство. Но для этого необходимо соблюдение требований ст.85-88 и ст.186_1 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.85-88 и ст.186_1 настоящего Кодекса). Так, при выявлении оперативными и следственными органами поставщиков, сбытчиков наркотических средств, при определении схем поставок, реализации наркотических средств и т.п. не было получено судебное решение о следующей информации: о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, об идентификации абонентского устройства - определении его IMEI и (или) абонентского номера, а также определении местоположения телефонного аппарата относительно базовой станции, что позволило признать данное следственное действие проведенным с нарушением УПК РФКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Обзор судебной практики Верховного Суда РФ "Обзор судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ" (утв. Президиумом ВС РФ 27 июня 2012 года) // СПС.
     
     

29. Положения комментируемого п.25 ст.5 УПК РФ свидетельствуют о соответствующем процессуальном решении, которое принимается единолично судьей, председателем суда, президиумом суда, прокурором, руководителем следственного органа, следователем, дознавателем, в форме постановления. Существенным отличием процессуального решения, которое составлено в форме постановления, от определения является то, что оно принимается единолично, за исключением случаев участия президиума суда при пересмотре соответствующего судебного решения, вступившего в законную силу (ст.412_10, 412_11 УПК РФ). При этом законодатель четко определяет, что не могут составляться в форме постановления: приговор, обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление по уголовному делу.
     
     Положения данной нормы рассматриваются в контексте п.4 ч.1 ст.140, ст.146, ст.148, 149, ч.6 ст.152, ч.3 ст.153, ч.3 ст.154, ч.1 ст.155, ч.1 ст.156, ч.158_1, ч.3 ст.159 и других норм УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к п.4 ч.1 ст.140, ст.146, ст.148, 149, ч.6 ст.152, ч.3 ст.153, ч.3 ст.154, ч.1 ст.155, ч.1 ст.156, ч.158_1, ч.3 ст.159 и другие нормы настоящего Кодекса).
     

30. Понятие "председательствующий", предусмотренное п.26 комментируемой статьи, свидетельствует о процессуальном положении, которое занимает судья (мировой судья, судьи федерального суда) в ходе судебного заседания по уголовному делу. При этом председательствующий в ходе судебного заседания в соответствии с полномочиями, которыми наделен суд, согласно ст.29 УПК РФ выполняет руководящую роль в судебном заседании. Кроме того, руководящая роль председательствующего в судебном заседании распространяется не только в случаях, когда уголовное дело рассматривается в соответствии п.1, 4 ч.2 ст.30 УПК РФ единолично, но и при коллегиальном рассмотрении уголовного дела (п.3 ч.2 и ч.5 ст.30 УПК РФ). Положения данной нормы рассматриваются в контексте со ст.243 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.243 настоящего Кодекса). Во всех случаях основная роль председательствующего в судебном заседании заключается в уголовно-процессуальной деятельности по управлению судебным заседанием по уголовному делу в рамках регламента. При этом руководство судебным заседанием у председательствующего начинается с момента, когда конкретное уголовное дело распределено судье, и до момента обжалования приговора или иного судебного решения, а также до обращения к исполнению вступившего в законную силу приговора.
     

31. Положения комментируемого п.27 ст.5 УПК РФ свидетельствуют о соответствующем процессуальном решении, которое принимает прокурор в уголовном судопроизводстве в форме представления. Существенным отличием процессуального решения, которое составлено прокурором в форме представления, является то, что в нем проявляется отношение прокурора к вынесенному судебному решению. Кроме того, данное процессуальное решение принимается прокурором единолично. Само понятие "прокурор" в уголовном судопроизводстве определено в п.31 ст.5 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к п.31 ст.31 настоящего Кодекса). Положения данной нормы рассматриваются в контексте ч.1 ст.389_1, ст.389_3, ст.389_4-389_8, ст.389_36, ст.401_2-401_9, ст.412_2-412_6 и других норм УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ч.1 ст.389_1, ст.389_3, ст.389_4-389_8, ст.389_36, ст.401_2-401_9, ст.412_2-412_6 и др. нормам настоящего Кодекса).
     

32. Нормы комментируемого п.28 ст.5 УПК РФ свидетельствуют о соответствующем процессуальном решении, принимаемом судом первой или апелляционной инстанции, в котором указывается о виновности лица и назначении ему уголовного наказания либо о его невиновности и освобождении от наказания, и составленном в форме приговора. В этой связи приговоры могут быть как обвинительные, так и оправдательные. Существенным отличием процессуального решения, которое составлено в форме приговора, является то, что оно является одним из итоговых судебных решений, выносимых в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, рассмотренному по существу судом первой либо апелляционной инстанции. Положения данной нормы рассматриваются в контексте с гл.39 и ст.389_20 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к гл.39 и ст.389_20 настоящего Кодекса).
     

33. Пункт 29 комментируемой статьи свидетельствует о процессуальных действиях, совершаемых соответствующими участниками уголовного судопроизводства в пределах их компетенций (судом, следователем, дознавателем, руководителем следственного органа, прокурором и т.д.) и представляющих собой обеспечительную меру по уголовным делам, которую необходимо применить для реализации задач досудебного либо судебного производства по уголовному делу. Кроме того, положения комментируемой нормы свидетельствуют о том, что данное процессуальное действие во временном интервале начинается с момента, когда соответствующий участник уголовного судопроизводства в пределах своей компетенции принял данное процессуальное решение и действует до момента отмены либо изменения данной меры пресечения. Принятие процессуального решения об избрании той или иной меры пресечения либо изменение или ее отмена должны строго основываться на соответствующих положениях, предусмотренных нормами УПК РФ. При этом следователь, дознаватель, суд самостоятельны в принятии процессуального решения об избрании той или иной меры пресечения. Положения данной нормы рассматриваются в контексте гл.13 и ст.255 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к гл.13 и ст.255 настоящего Кодекса).
     

34. Положения п.30 указывают на тех участников уголовного судопроизводства, которые реализуют при производстве по уголовным делам такую составляющую функцию правосудия, как вынесение вердикта. При этом порядок привлечения присяжных заседателей в осуществление правосудия регламентирован не только гл.42 УПК РФ, но и Федеральным законом от 20 августа 2004 года N 113-ФЗ "О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации" с изменениями и дополнениями от 31 марта 2005 года, 22 декабря 2008 года, 25 ноября 2009 года, 27 декабря 2009 года, 29 декабря 2010 года.
     

35. В положениях п.31 комментируемой статьи раскрывается понятие прокурора, с определенным перечнем должностей в органах прокуратуры, включая и органы военной прокуратуры, реализующие функцию уголовного преследования при производстве по уголовным делам. При этом понятие прокурора дается только для уголовного судопроизводства и не соответствует ст.54 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации".
     

36. Пункт 32 комментируемой статьи в общем виде определяет, что входит в понятие "процессуальное действие". В этой связи в "иное действие" может входить уголовно-процессуальная деятельность, осуществляемая на доследственной проверке до возбуждения уголовного дела, а также в период исполнения приговора или иного судебного решения. Основанием для проведения любого процессуального действия является принятие соответствующим участником уголовного процесса (судом (судьей), следователем, дознавателем, прокурором, органом дознания и т.д.) процессуального решения.
     

37. Положения п.33 свидетельствуют об определенном усмотрении, которое в зависимости от ситуации и оснований выбирает соответствующий участник уголовного судопроизводства.
     

Комментарий к главе 2. Принципы уголовного судопроизводства

Комментарий к статье 6. Назначение уголовного судопроизводства

1. Уголовно-процессуальная деятельность всех субъектов уголовно-процессуальных правоотношений направлена на начало производства по уголовному делу, расследование, рассмотрение и разрешение уголовных дел и должна иметь определенные специфические цели. Кроме всего прочего, как раз в достижении определенной цели и заключается сущность самого уголовного процессаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Таким образом, ч.1 комментируемой статьи определяет две группы целей. Первая группа целей уголовного процесса связана с тем, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью (ст.2 Конституции РФ), она предусматривает:
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данного мнения придерживается и А.В.Смирнов. См.: Смирнов А.В., Калиновский К.В. Уголовный процесс: учебник / под общ.ред. А.В.Смирнова. 4-е изд., перераб. и доп. М.: КНОРУС, 2008. С.17.
     
     
     а) защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений. Защита прав, свобод и законных интересов граждан и организаций от преступных посягательств и необоснованного ограничения, по сути дела, является той генеральной идеей, которая и определяет цели и принципы уголовного судопроизводства, а также содержание уголовно-процессуального закона в целом. Кроме того, если уголовное законодательство несет также превентивную функцию, предупреждая преступные посягательства в отношении объектов, охраняемых уголовным законом, то соответствующая цель уголовного судопроизводства отражает его защитную правовосстановительную функцию применительно к лицам, потерпевшим от преступлений;
     
     б) защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Данная цель уголовного судопроизводства имеет ярко выраженный превентивный характер. Если первая цель уголовного судопроизводства в качестве объектов защиты называет потерпевших от преступлений, то предупреждение от незаконного и необоснованного ограничения прав и свобод личности распространяется на неопределенный круг лиц, вовлеченных в орбиту уголовного судопроизводства. Это могут быть не только подозреваемый и обвиняемый - как лица, подвергаемые уголовному преследованию, но также и потерпевший, свидетель и другие участники уголовного судопроизводства, чьи права могут быть незаконно и необоснованно ограничены, к которым без должных на то оснований могут быть применены принудительные меры (привод, принудительное освидетельствование, изъятие образцов для сравнительного исследования и т.д.).
     

2. Вторая группа целей уголовного процесса, по своей сущности, имеет публично-правовой характерКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), который предусматривает уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания, а также отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитацию каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованиюКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Уголовно-процессуальное право РФ: учебник для вузов / под ред. И.А.Петрухина. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2009. С.6.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Другого мнения придерживается А.В.Смирнов. См.: Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Уголовный процесс: учебник / под общ.ред. А.В.Смирнова. С.18. Он отмечает, что отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, - это не цели уголовного процесса, а лишь общая правозащитная цель уголовного судопроизводства.
     
     

3. Достижение вышеназванных целей уголовного процесса осуществляется посредством реализации задач уголовного процесса, которые должны решаться на этапах уголовно-процессуальной деятельности, а также выполнением задач субъектами данной деятельности.
     

4. Уголовно-процессуальное законодательство прямо не называет задачи этапов уголовно-процессуальной деятельности. Они могут быть сформулированы с учетом иных норм действующего законодательства. Так, например, задачей стадии возбуждения уголовного дела является выявление поводов и оснований возбуждения уголовного дела, в соответствии с которыми орган дознания, дознаватель или следователь в пределах компетенции возбуждает уголовное дело (ст.146 УПК). Задачи стадии предварительного расследования неразрывно связаны с общими задачами борьбы с преступностьюКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Ими являются:
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: ст.19 Федерального конституционного закона от 17 декабря 1997 года N 2-ФКЗ "О Правительстве Российской Федерации"; ст.10 Федерального закона от 3 апреля 1995 года N 40-ФЗ "О Федеральной службе безопасности"; ст.8 Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации"; ст.12 Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ "О полиции"; постановление Правительства РФ от 28 мая 2007 года N 327 "О мерах по реализации решения Совета глав правительств Содружества Независимых Государств о переходе органов Содружества Независимых Государств в сфере безопасности, финансируемых из единого бюджета органов Содружества Независимых Государств, на единую систему оплаты труда от 24 ноября 2006 года"; приказ МВД России N 786, Минюста России N 310, ФСБ России N 470, ФСО России N 454, ФСКН России N 333, ФТС России N 971 от 6 октября 2006 года "Об утверждении Инструкции по организации информационного обеспечения сотрудничества по линии Интерпола" и др. При самостоятельном изучении законодательных и нормативных актов, упоминаемых в учебнике, необходимо учитывать их изменения и дополнения, произошедшие с момента вступления их в действие.
     
     
     1) установление объективных и субъективных признаков преступления путем исследования в строгом соответствии с уголовно-процессуальной формой обстоятельств содеянного;
     
     2) быстрое и полное раскрытие преступления, изобличение виновных и привлечение их в качестве обвиняемых;
     
     3) обнаружение и закрепление доказательств по делу;
     
     4) охрана прав и законных интересов участников процесса и других лиц;
     
     5) недопущение продолжения преступной деятельности;
     
     6) установление характера и размера вреда, причиненного преступлением, и принятие мер по обеспечению его возмещения;
     
     7) выявление обстоятельств, способствовавших преступлению, и принятие мер по их устранению. Задачи такого этапа уголовно-процессуальной деятельности, как рассмотрение и разрешение уголовных дел судом, определены Конституцией РФ. Так, согласно ст.49 Конституции РФ на этом этапе лицо признается виновным либо невиновным в совершении преступления, соответственно выносится обвинительный или оправдательный приговор. В случае если вынесен обвинительный приговор, то задачей данного этапа уголовно-процессуальной деятельности является также назначение уголовного наказания (ст.302 УПК).
     

5. Для достижения целей уголовного судопроизводства субъекты уголовно-процессуальной деятельности выполняют определенные задачи. Так, субъекты уголовно-процессуальной деятельности, которые выполняют такую уголовно-процессуальную функцию, как осуществление правосудия, решают следующие задачи:
     
     1) создание необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления представляемых им прав (ч.3 ст.15 УПК);
     
     2) признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему наказания (ст.29 УПК);
     
     3) разрешение процессуальных вопросов, отнесенных к компетенции суда (ст.29 УПК).
     
     Задачей стороны защиты является защита прав и законных интересов подозреваемых и обвиняемых, а также оказание им юридической помощи при производстве по уголовному делу (ст.49 УПК).
     
     

Комментарий к статье 6_1. Разумный срок уголовного судопроизводства

1. Разумный срок уголовного судопроизводства закреплен в п.1 ст.6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - ЕКПЧ или Европейская Конвенция).
     
     Пункт 3 ст.5 названной Конвенции устанавливает, что "каждое лицо, подвергнутое аресту или задержанию, незамедлительно доставляется к судье или иному должностному лицу, уполномоченному законом осуществлять судебные функции, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда". "Власти обязаны обеспечить убедительное обоснование любого периода содержания под стражей, каким бы коротким он ни был" // постановление ЕСПЧ по делу "Шишков против Болгарии" (Shishkov v. Bulgaria), жалоба N 38822/97, § 66, ECHR 2003-I. "Лицо, содержащееся под стражей, должно иметь право подавать жалобу с требованием пересмотра законности такого содержания через разумные интервалы времени" // постановление ЕСПЧ от 24 октября 1979 года по делу "Винтерверп против Нидерландов". Серия А, N 33. По делу "Безикерн против Италии" (1989 год) Европейский Суд (ЕСПЧ) уточнил, что разумные интервалы времени означают сравнительно короткие сроки.
     
     Подпункт "с" п.3 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи ООН 16 декабря 1966 года, устанавливает, что "каждый имеет право при рассмотрении любого предъявляемого ему уголовного обвинения быть судимым без неоправданной задержки", а п.3 ст.2 обязывает государства обеспечить любому лицу, права и свободы которого нарушены, эффективные средства правовой защитыКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Международный пакт о гражданских и политических правах от 19 декабря 1966 года Ратифицирован Президиумом Верховного Совета СССР 18 сентября 1973 года и вступил в силу 23 марта 1976 года // ВВС СССР. 1976. N 17. Ст.291.
     
     
     Пункт 4 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью N 40/34, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1985 года, предписывает: "Лица, которым преступлением был причинен вред, включая моральный, имеют право на доступ к механизмам правосудия и скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб в соответствии с национальным законодательством". В постановлении Конституционного Суда РФ от 25 июня 2013 года N 14-П отмечена правовая взаимосвязь данной Декларации с положениями Федерального закона от 30 апреля 2010 года N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" и со ст.52 Конституции РФ, согласно которой "права потерпевших от преступлений охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба".
     
     Таким образом, осуществление уголовного судопроизводства в срок, превышающий разумный, нарушает права участников уголовного судопроизводства как со стороны обвинения, так и со стороны защиты.
     
     В Рекомендациях Комитета министров Совета Европы от 17 сентября 1987 года, связанных с рационализацией досудебного производства, отмечалось:
     
     - "задержка в раскрытии преступлений ведет к дискредитации уголовного права и сказывается на надлежащем отправлении правосудия";
     
     - "при рассмотрении незначительных и массовых правонарушений государствам может быть рекомендовано:
     
     а) введение так называемых суммарных процедур;
     
     б) вынесение внесудебных решений органами, компетентными в уголовных вопросах, иными посредническими органами как возможной альтернативы судебного разбирательства;
     
     в) установление так называемых упрощенных процедур;
     
     г) упрощения обычных судебных процедур;
     
     - более четкое определение приоритетов в проведении политики борьбы с преступностью как по форме, так по удобству" Рекомендации Комитета министров Совета Европы от 6 октября 2000 года "О роли прокурора в системе уголовного правосудия" предусматривают обязанность прокурора "выполнять свои функции справедливо, беспристрастно и объективно; стараться обеспечить, чтобы система уголовного правосудия функционировала так быстро, как это возможно".
     
     "Суды в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Европейской Конвенции должны разрешать дела в разумные сроки. При этом на государства возлагается обязанность организовать свои судебные системы таким образом, чтобы их национальные суды выполняли все требования этой нормы ЕКПЧ" // постановления ЕСПЧ от 6 мая 1981 года по делу "Бухгольц против Германии" (Buchholz v. Germany). § 51. Series A. N 42; от 10 июля 1984 года по делу "Гинчо (Guincho) против Португалии. § 38 // Европейский Суд по правам человека. Избранные решения. Т.1. М.: Нормы , 2000. С.470-475; от 25 марта 1999 года по делу "Пелисье и Сасси против Франции" (Pelissieret Sassi v. France). § 74. ECHR 1999-II; и др.
     
     "Используемые в ст.6_1 УПК РФ понятия "разумный срок" и "исключительный случай", как всякие оценочные понятия, наполняются конкретным содержанием в зависимости от фактических обстоятельств конкретного дела и с учетом толкования данных законодательных терминов в правоприменительной практике. Однако они не являются настолько неопределенными, чтобы препятствовать правильному пониманию и применению соответствующих законоположений" // Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2010 года N 1211-О-О.
     

2. На основе норм Европейской Конвенции и прецедентной судебной практики Европейского Суда в Российской Федерации 30 апреля 2010 года были приняты два Федеральных закона: N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" и N 69-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок". Федеральным законом N 69-ФЗ от 30 апреля 2010 года УПК РФ был дополнен новой ст.6_1 "Разумный срок уголовного судопроизводства", а сама эта норма получила статус принципа уголовного судопроизводства. Разумный срок уголовного судопроизводства получил законодательное закрепление также в ч.2 ст.123, ч.2_1 ст.124, ч.1 ст.144 и некоторых других нормах УПК РФ.
     
     К примеру, на приводимых ниже правовых позициях высших судов можно кратко показать действие данного принципа не только в стадии досудебного производства, но и в судебных стадиях, следующих за стадией производства по делу в суде первой инстанции:
     
     - "Положения пункта 4 статьи 5 Европейской Конвенции предусматривают право лица на безотлагательное рассмотрение судом вопроса о правомерности заключения его под стражу и на незамедлительное освобождение, если заключение под стражу признано судом незаконным и необоснованным. В связи с этим судам после поступления жалобы и (или) представления на постановление об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу (о продлении срока содержания под стражей) необходимо незамедлительно направлять соответствующие материалы для апелляционного рассмотрения. Судам апелляционной инстанции надлежит рассматривать указанные жалобу и (или) представление не позднее срока, определенного национальным законом" (постановление ЕСПЧ от 24 июня 2010 года "дело Велиев против России" // Российская хроника Европейского Суда по правам человека. Специальный выпуск. 2011. N 2);
     
     - "Законодательное закрепление в части 2.1 ст.399 УПК РФ участие потерпевших в рассмотрении вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания не ставит суд в зависимость от их позиции, но позволяет учесть в рамках судебной процедуры интересы жертв преступлений - обеспечение личной безопасности, защиты семьи и близких от возможной мести осужденного, возмещение причиненного им вреда. Однако реализация этого права потерпевшими не должна осуществляться с нарушением принципа процессуальной экономии, т.е. приводить к существенному увеличению сроков ходатайств об условно-досрочном освобождении (особенно если количество потерпевших по делу исчисляется десятками и сотнями) и, как следствие, к чрезмерно длительному пребыванию осужденного в состоянии ожидания судебного решения и неопределенности относительно своего положения" (постановление Конституционного Суда РФ от 18 марта 2014 года).
     
     Еще в 2008 году - за два года до момента принятия указанного выше Федерального закона - Конституционный Суд РФ отмечал: "Осуществление судопроизводства в разумный срок преследует цель эффективной реализации права на судебную защиту, что возможно лишь с помощью государства, создающего для этого необходимые институциональные и процессуальные условия, призванные гарантировать и обеспечивать его реализацию посредством установления конкретных процедур" (определение Конституционного Суда РФ от 3 июля 2008 года N 621-О-О).
     
     Итальянский юрист XVIII века Чезариа Беккариа писал: "Чем скорее следует наказание за преступлением, чем ближе к нему, тем оно справедливее, тем оно полезнее"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Беккариа Ч.О. О преступлении и наказании. М., 1939. С.281.
     
     
     После введения в 2010 году рассматриваемой правовой нормы Конституционный Суд РФ констатировал:
     
     - "Требование разумного срока судебного разбирательства отражает важнейший общественный запрос на эффективное и рациональное правосудие, одним из основных показателей которого является своевременность разрешения дел" (постановление от 19 июля 2011 года N 17-П);
     
     - "Одним из важных факторов, определяющих эффективность восстановления нарушенных прав, является своевременность защиты прав участвующих в деле лиц. Это означает, что правосудие можно считать отвечающим требованиям справедливости, если рассмотрение и разрешение дела судом осуществляется в разумный срок. Соответственно, устанавливаемые федеральным законодателем институциональные и процедурные условия осуществления процессуальных прав должны отвечать требованиям процессуальной эффективности, экономии в использовании средств судебной защиты и тем самым обеспечивать справедливость судебного решения, без чего недостижим баланс публично-правовых и частноправовых интересов" (Постановление от 25 июня 2013 года N 14-П).
     
     Европейский Суд по правам человека в ряде своих решений отмечал:
     
     - "...Важность отправления правосудия без промедлений, которые могут подвергнуть риску его эффективность и достоверность" (постановления ЕСПЧ от 20 февраля 1991 года по делу "Вернийо против Франции" (Vernillo v. France). § 38. Series A. N 198; от 23 октября 1990 года по делу "Морейра де Азеведу против Португалии" (Moreriade Azevedo v. Portugal). § 74. Series A. N 189; от 27 октября 1994 года по делу "Катте Клитше де ла Грандж против Италии (Katte Klitsche de la Grange v. Italy). § 61. Series A. N 293-В);
     
     - "...Хотя судопроизводство должно носить безотлагательный характер, в ст.6 Европейской Конвенции заложен более общий принцип надлежащего отправления правосудия" (постановление ЕСПЧ от 12 октября 1992 года по делу "Боддаерт против Бельгии" (Boddaert v. Belgium). § 39. Series A. N 235-D);
     
     - "Власти должны соблюсти справедливый баланс между различными аспектами этого обязательного требования" (постановление ЕСПЧ от 22 декабря 2009 года по делу "Леханова против России" (Lekhanova v. Russia). § 45 // Бюллетень ЕСПЧ. 2010. N 12).
     
     В то же время Европейский Суд, Конституционный Суд РФ и Верховный Суд РФ не отождествляют разумность сроков уголовного судопроизводства с их краткостью, разъясняя:
     
     - "Публичные субъекты, ведущие уголовный процесс, обязаны проявлять усердие в своей деятельности по уголовному делу и не допускать ограничения прав и законных интересов лиц, вовлекаемых в уголовный процесс" (постановления ЕСПЧ от 8 февраля 2005 года по делу "Панченко против России" // Бюллетень ЕСПЧ. 2005. N 9; от 2 ноября 2006 года по делу "Комарова против России" // Бюллетень ЕСПЧ. 2007. N 7);
     
     - "Особая быстрота, на которую находящийся в заключении имеет право рассчитывать при рассмотрении его дела, не должна мешать тщательным усилиям судей по исполнению их обязанностей с должной тщательностью" (постановления ЕСЧП от 12 декабря 1991 года по делу "Тот против Австрии" (Toth v. Austria). § 77. Серия А. Т.224. С.20-21; от 27 августа 1992 года по делу "Томази против Франции" (Tomasi v. France). § 102. // Европейский Суд по правам человека. Избранные решения. М., 2001. Т.1. С.760);
     
     - "Заявителю жалобы в Европейский Суд не может вменяться в вину намерение использовать в полном объеме для защиты своих интересов возможности, предоставленные национальным законом" (постановление ЕСПЧ от 2 ноября 2006 года по делу "Никитин против России" // Бюллетень ЕСПЧ. 2008. N 4);
     
     - "Использование сторонами по делу своих процессуальных прав не может свидетельствовать о затягивании судебного процесса, а также о вине данной стороны в увеличении срока рассмотрения дела" (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда России от 26 октября 2010 года N 33-Г10-21. URL: http://www.vsrf.ru);
     
     - "Преждевременное вынесение постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого при отсутствии достаточных доказательств, дающих основание для предъявления обвинения в совершении преступления, следует расценивать как несоблюдение требований закона и необоснованное ограничение прав и свобод гражданина" (Определение Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2004 года N 467-О);
     
     - "Необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства не может оправдывать ограничение иных прав, предусмотренных в статье 6 Конвенции (например, права на процессуальное равенство сторон в судебном процессе; права обвиняемого задавать вопрос показывающему против него свидетелю). Поэтому суд не должен под предлогом соблюдения разумных сроков судопроизводства отказывать в исследовании доказательств, необходимых для полного и объективного разрешения дела, а также для обеспечения процессуального равенства сторон" (п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней" // БВС РФ. 2013. N 8);
     
     - "Право на справедливое разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом предполагает окончательность и стабильность судебных актов, вступивших в законную силу" (Постановление Конституционного Суда РФ от 25 марта 2014 года N 14).
     

3. Исчисление начального момента разумного срока уголовного судопроизводства для привлекаемого к уголовной ответственности лица осуществляется согласно ч.3 комментируемой статьи "с момента начала уголовного преследования".
     
     "Под началом осуществления уголовного преследования понимается момент, с которого лицо в соответствии со статьями 46 и 47 УПК РФ является (признается) подозреваемым (обвиняемым)" (п.13 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 года N 30/64 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумные сроки").
     
     Так, если уголовное дело было возбуждено по факту преступления в отношении неустановленного лица, то только с момента получения привлекаемым к уголовной ответственности лицом уголовно-процессуального статуса подозреваемого или обвиняемого как участника процесса оно (это лицо) реально, фактически претерпевает те ограничения своих прав, которые предусмотрены УПК РФ для подозреваемого либо обвиняемого. Если такое лицо после совершения преступления скрылось и, к примеру, было задержано либо явилось с повинной только лишь через пять лет после его совершения, то начало исчисления разумного срока уголовного судопроизводства будет исчисляться либо с момента задержания такого лица или же с момента его явки с повинной и соответственно получения уголовно-процессуального статуса подозреваемого либо обвиняемого. Аналогичное относится и к тем ситуациям, когда по ряду таких составов преступлений, как злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей (ст.157 УК РФ), побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст.313 УК РФ), уклонение от отбывания лишения свободы (ст.314 УК РФ), самовольное оставление части или места службы (ст.337 УК РФ), дезертирство (ст.338 УК РФ) и по ряду других аналогичных им преступлений уже в момент возбуждения уголовного дела в силу положений п.1 ч.1 ст.46 УПК РФ лицо получает уголовно-процессуальный статус подозреваемого, поскольку уголовные дела по перечисленным выше составам преступлений в силу специфики фактических обстоятельств, входящих в предмет доказывания, не могут быть возбуждены в отношении неустановленного лица.
     
     Изложенное соответствует правовой позиции Европейского Суда: "Периоды времени, когда заявитель находился в бегах, должны быть исключены из общей продолжительности, учитываемой при определении разумного срока" // постановление ЕСПЧ от 19 февраля 1991 года по делу "Джиролами против Италии" (Girolami v. Italy). § 13. Series A. N 196-Е.
     
     Судебная практика Европейского Суда в этих правоотношениях начало разумного срока согласно положениям п.1 ст.6 Европейской Конвенции исчисляет по-разному:
     
     - "...в тот день, когда лицу было предъявлено обвинение" (постановление от 27 июня 1968 года по делу "Неймастер против Австрии". Серия А, Т.8. С.41. § 18);
     
     - "...под обвинением Суд понимает в том числе и официальное уведомление о возбуждении уголовного дела против конкретного лица, точнее в момент, когда самому лицу стало известно, что против него возбуждено уголовное дело" (постановление от 15 июля 1982 года по делу "Экли против Германии");
     
     - в судебных решениях по делам от 27 июня 1968 года "Вемхофа против Германии", от 27 июня 1968 года "Неймастер против Австрии", от 16 июля 1971 года "Рингейзен против Австрии" точкой такого отсчета соответственно были: 1) день ареста; 2) дата, когда лицо было официально уведомлено, что уголовное преследование в отношении него возможно; 3) день начала предварительного следствия (Серия А. Т.7. С.26-27, § 19; Серия А. Т.8. С.41, § 18; Серия А. Т.13. С.45, § 110);
     
     - под обвинением понимается не только "официальное уведомление лица компетентным органом власти о наличии предположения о том, что этим лицом совершено уголовно-наказуемое правонарушение". ЕСПЧ, кроме того, выделяет ряд иных дополнительных критериев, конституирующих данное понятие, к числу которых относятся следующие:
     
     а) выписан ли ордер на арест того или иного лица;
     
     б) проинформировано ли само лицо о том, что против него возбуждено уголовное дело;
     
     в) когда власти, проводящие расследование в связи с таможенными нарушениями, требуют, чтобы обвиняемый представил вещественные доказательства, и при этом блокируют банковские счета;
     
     г) другие аналогичные действия;
     
     - момент, предшествующий передаче дела в суд первой инстанции (именно такую позицию высказал Европейский Суд в § 42 своего постановления от 27 февраля 1980 года по делу "Девеер против Бельгии". Серия А, N 35). В российском уголовном процессе он может быть приемлем при исчислении разумного срока по делам частного обвинения - с момента поступления в суд заявления потерпевшего или иного лица, указанного в ч.1 и 2 ст.318 УПК РФ.
     
     В то же время в этом аспекте можно встретить и следующие упрощенные процедуры.
     
     Так, Европейская комиссия по правам человека в области судебной процедуры по уголовным делам не усмотрела каких-либо нарушений в деле некоего бельгийского государственного служащего, который был обвинен в нарушении закона, запрещающего государственным служащим получать подарки. Этот служащий заявил, что его не информировали в достаточной степени об обвинениях, поскольку следователь сказал только следующее: "Вы обвиняетесь в коррупции". Комиссия, однако, посчитала это заявление достаточным, поскольку указанный гражданин был более подробно проинформирован об обвинении позднееКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Алексеева Л.Б. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации: практическое пособие / Л.Б.Алексеева, В.М.Жуйков, И.И.Лукашук. М., 1996. С.186.
     
     
     Аналогичный подход был проявлен в деле Нельсона, обвинявшегося в подстрекательстве к грабежу. В обвинении не было сказано, что при подстрекательстве использовалось гипнотическое влияние и это послужило основанием для жалобы о том, что информация не была достаточно подробной для того, чтобы обвиняемый мог в должной мере подготовиться к защите. Комиссия не усмотрела в данном случае нарушения, поскольку защитник знал о том, что по этому поводу обвинение организует психологическое тестирование на полиграфе, и признала результаты этого тестирования, в которых фиксировались такие детали обвинения, как способ совершения преступления. В силу этого право быть подробно уведомленным о характере и основании предъявленного обвинения не было нарушеноКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: http://www.Doc.E/CN.4/Sub/2/192/24/Add.1.P.11 (дата обращения 03.05.2015).
     
     
     Сообщать о подозрении или обвинении можно не только в письменной, но и в устной форме, и при этом не обязательно фиксировать эту информацию в официальном документе (например, в протоколе допроса подозреваемого, постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, уведомлении о подозрении, в обвинительном акте или обвинительном заключении - как это предусмотрено, например, в российском уголовно-процессуальном законодательстве). Так, в частности, по названному выше делу "Неймастер против Австрии" обвиняемый жаловался на то, что при аресте ему не было сообщено о характере и основаниях обвинения. Однако Комиссия не усмотрела нарушения, поскольку обвиняемый за две недели до ареста был допрошен следователем. Из этого факта Комиссия сделала вывод о том, что обвиняемый знал о характере и основании предъявленного ему обвиненияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Алексеева Л.Б. Указ.соч. С.186.
     
     
     - понятие "уголовное обвинение" (в аспекте положений п.1 ст.6 Европейской Конвенции) ЕСПЧ распространяет на военно-дисциплинарные проступкиКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), обвинения в нарушении норм таможенногоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), налоговогоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) и административного праваКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). ЕСПЧ распространил гарантии ст.6 настоящей Конвенции на административное производствоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), на конституционное производствоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) и правоотношения в сфере ОРДКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Энгель (Engel) и другие против Соединенного Королевства, постановление ЕСПЧ от 8 июня 1976 года. Серия А. N 22.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Салабяку (Salabiaku) против Франции, постановление ЕСПЧ от 7 октября 1988 года. Серия А. N 141.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Бенденун (Bendenoun) против Франции, постановление ЕСПЧ от 24 февраля 1994 года. Серия А. N 22.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Оцтюрк (Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный)) против Германии, постановление ЕСПЧ от 21 февраля 1984 года. Серия А. N 73.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Бентхем (Benthem) против Нидерландов, постановление ЕСПЧ от 23 октября 1985 года. Серия А. N 97.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Руис-Матеос (Ruiz-Mateos) против Испании, постановление ЕСПЧ от 23 июня 1993 года. Серия А. N 262.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Ваньян против России, постановление ЕСПЧ от 15 декабря 2005 года. // Бюллетень ЕСПЧ. 2006. N 7. С.102-116. Худобин против России, постановление ЕСПЧ от 26 октября 2006 года. // Бюллетень ЕСПЧ. 2007. N 11. С.13-40. Быков против России, постановление ЕСПЧ от 10 марта 2009 года. // Бюллетень ЕСПЧ. 2009. N 6. С.109-146.
     
     
     
     Более того, судебная практика Европейского Суда исходит не из формального, а из содержательного понимания уголовного судопроизводства и уголовно-процессуальных правоотношенийКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановления ЕСПЧ от 27 февраля 1980 года по делу Deweer, Series A, no.35, para 44, 46; от 15 июля 1982 года по делу Eckle, Series A, no.51, para 73; от 10 декабря 1982 года по делу Foti, Series A, no.56, para 52.
     
     
     В то же время по делу "Рослов против России", когда уголовное дело по факту присвоения государственного (муниципального) имущества в средней школе г.Орла было возбуждено 21 декабря 1998 года в отношении неизвестного лица, а сам директор этой школы Рослов был допрошен в тот момент времени в качестве свидетеля, ЕСПЧ констатировал, что допрос лица в качестве свидетеля не является начальным моментом исчисления разумного срока уголовного судопроизводства, поскольку по смыслу ст.6 Европейской Конвенции он не является предъявлением обвинения и заявитель жалобы в Европейский Суд не доказал, как этот допрос существенно повлиял на его права и законные интересы. Разумный срок уголовного судопроизводства по данному делу ЕСПЧ исчислял с другой даты - 20 сентября 1999 года, когда Рослову было предъявлено обвинение и он дал подписку о невыезде, которая была избрана в отношении него в качестве меры пресеченияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Постановление ЕСПЧ от 17 июня 2010 года по делу "Рослов против России" // Бюллетень ЕСПЧ. 2010. N 12.
     
     
     По другому делу "Кузьмин против России" ЕСПЧ 6 июня 2002 года констатировал по своей юридической сути аналогичную правовую позицию: "Вызов для беседы в органы прокуратуры не является по смыслу пункта 1 ст.2 Протокола N 4 к Европейской Конвенции вмешательством в осуществление права свободного передвижения по стране"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Информация о деле "Кузьмин против России" (по материалам решения Европейского Суда по правам человека от 6 июня 2002 года N 58939/00, частичное решение Суда о приемлемости жалобы, § 12) // Европейский Суд по правам человека и Российская Федерация: постановления и решения, вынесенные до 1 марта 2004 года // СПС. Также данное частичное решение от 6 июня 2002 года опубликовано: http://www.worldcourts.com|echr|rus|decisions|2002/06/06_kuzmin.htm (дата обращения 03.05.2015). Окончательное итоговое постановление Европейского Суда по данному делу было вынесено почти через 8 лет - 18 марта 2010 года. - Прим.авт.
     
     
     По делу "Девеер против Бельгии" в § 46 текста своего постановления от 27 февраля 1980 года ЕСПЧ разъяснил, что обвинение для целей п.1 ст.6 Европейской Конвенции может быть определено как "официальное уведомление лица компетентным органом о предположении, что указанное лицо совершило преступление". Это определение также соответствует критерию, заключающемуся в определении того, "было ли на положение подозреваемого оказано существенное воздействие". Эту же свою правовую позицию из дела "Девеер против Бельгии" ЕСПЧ подтвердил в § 37 постановления от 3 июня 2010 года по делу "Конашевская и другие против России" (жалоба N 3009/07)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Бюллетень ЕСПЧ. 2011. N 2.
     
     
     Статья 6 Всеобщей декларации прав человекаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) закрепляет: "Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности".
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Настоящая Декларация принята 10 декабря 1948 года Генеральной Ассамблеей ООН.
     
     
     Конституционный Суд России в рассматриваемых вопросах занимает следующую правовую позицию:
     
     - "факт уголовного преследования и направленная против конкретного лица обвинительная деятельность могут подтверждаться не только актом о возбуждении в отношении данного лица уголовного дела, но и иными мерами, предпринимаемыми в целях его изобличения или свидетельствующими о наличии подозрения против него";
     
     - "а само уголовное преследование может осуществляться в различных формах"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Пункт 6 описательно-мотивировочной части текста постановления Конституционного Суда РФ от 28 ноября 1996 года N 19-П; п.5 и 6 описательно-мотивировочной части текста постановления Конституционного Суда России от 14 января 2000 года N 1-П; п.3 описательно-мотивировочной части текста постановления Конституционного Суда России от 27 июня 2000 года N 11-П.
     
     
     Учитывая такую позицию, Верховный Суд РФ в своем решении по гражданскому делу по заявлению гражданина Мелкомяна Э.М. о выплате ему денежной компенсации за нарушение разумного срока уголовного судопроизводства согласно положениям названного выше Федерального закона от 30 апреля 2010 года N 68-ФЗ указал на наличие в отношении заявителя факта публичного уголовного преследования со стороны государства, начало которому было положено наложением ареста на его имущество. При этом заявитель Мелкомян Э.М. в момент осуществления в отношении него названной меры процессуального принуждения имел статус свидетеля по уголовному делуКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Определение ВС РФ от 22 февраля 2011 года N 5-Г11-14 // СПС.
     
     

4. Исчисление начального момента разумного срока уголовного судопроизводства для потерпевшего указано в ч.3.1 комментируемой статьи.
     
     "При этом во всяком случае предполагается, что лицо обратилось с заявлением о преступлении своевременно, т.е. в течение непродолжительного срока с момента, когда оно узнало или должно было узнать о деянии, имеющем признаки преступления" (постановление Конституционного Суда РФ от 11 ноября 2014 года N 28-П).
     
     Аналогичное распространяется и на заявителя о преступлении, не получившего уголовно-процессуальный статус потерпевшего, например, ввиду неоднократного вынесения дознавателем или следователем по этому заявлению постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, которые впоследствии неоднократно отменялись прокурором либо руководителем следственного органа либо признавались незаконными или необоснованными судом в порядке положений ст.125 УПК РФ, а в конечном итоге было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела ввиду истечения сроков давности уголовного преследования. Конституционный Суд РФ в этом аспекте неоднократно формулировал следующие правовые позиции:
     
     - "Лицо, которому запрещенным уголовным законом деянием причинен физический или материальный вред, но которое не имеет формального уголовно-процессуального статуса потерпевшего, также не может быть лишено указанных прав" (постановление от 27 июня 2000 года N 11-П, определения от 22 января 2004 года N 119-О, от 18 января 2005 года N 131-О, от 17 ноября 2011 года N 1555-О-О и др.);
     
     - "...Такое лицо, по существу, является потерпевшим (пострадавшим) в силу самого факта причинения ему преступлением такого вреда, а не вследствие вынесения решения о признании его потерпевшим; соответственно, правовой статус лица как потерпевшего устанавливается исходя из фактического его положения и лишь процессуально оформляется постановлением дознавателя, следователя или суда о признании потерпевшим, но не формируется им" (определения от 18 января 2005 года N 131-О и от 17 ноября 2011 года N 1555-О-О);
     
     - "Пострадавшее лицо не может быть лишено права на подачу заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок на том лишь основании, что оно не получило формального уголовно-процессуального статуса потерпевшего вследствие того, что по его заявлению дознавателем, органом дознания, следователем, руководителем следственного органа своевременно, в установленный законом срок не принято решение о возбуждении уголовного дела о преступлении, по которому в итоге вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования" (постановление от 11 ноября 2014 года N 28-П).
     

5. Окончание исчисления срока уголовного судопроизводства для оценки его разумности.
     

5.1. Для привлекаемого к уголовной ответственности лица - до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора (ч.3 ст.6_1).
     
     В отличие от российского законодательства, в решениях Европейского Суда допускается исчисление срока уголовного судопроизводства с учетом периода не только апелляционного, но и кассационного производства: "Статья 6 п.1 Европейской Конвенции не принуждает государства создавать апелляционные и кассационные суды. Тем не менее государство, которое обеспечивает себя такими судами, обязано следить за тем, чтобы тяжущиеся пользовались основными гарантиями статьи 6. Если способ, с помощью которого статья 6 должна применяться к апелляционному и кассационному производству, зависит от особенностей этих судопроизводств, не представляет никакого сомнения, что последние войдут в сферу применения статьи 6. Следовательно, они должны учитываться при определении того, была ли общая продолжительность судебного разбирательства разумной" (постановление ЕСПЧ от 26 октября 2000 года по делу "Кудла (Kudla) против Польши". § 122).
     
     В постановлении от 15 июля 2002 года по делу "Калашников против России", § 124, ЕСПЧ окончание рассматриваемого срока определил "в день постановления окончательного обвинительного или оправдательного приговора" (Бюллетень ЕСПЧ. 2003. N 1).
     
     ЕСПЧ сроки производства в судах апелляционной инстанции включает в "разумный срок" разбирательства по уголовному делу, независимо от количества возвращений дела на новое рассмотрение в этих судах нижестоящим судам.
     
     Положения об исчислении разумных сроков уголовного судопроизводства, что они действуют только до момента вступления приговора в законную силу, подтверждались и в следующих постановлениях Европейского Суда: от 19 сентября 1961 года по делу "X. против Австрии" (жалоба N 1127/61); от 21 июня 1963 года по делу "X. против Австрии" (жалоба N 1418/62); от 12 октября 1977 года по делу "X. против Австрии" (жалоба N 7034/75); от 25 мая 1999 года по делу "Данкевич (Dankevich) против Украины" (жалоба N 40679/98); от 6 января 2000 года по делу "Зоннлайтнер (Sonnleitner) против Австрии" (жалоба N 34813/97); от 6 мая 2003 года по делу "Франц Фишер (Franz Fischer) против Австрии" (жалоба N 27569/02). На тех же позициях стоит и Конституционный Суд РФ (см. определение от 19 июня 2012 года N 1172-О).
     

5.2. Для потерпевшего или заявителя о преступлении, который фактически является потерпевшим (пострадавшим) в силу самого факта причинения ему преступлением вреда
     

5.2.1. до дня принятия (вынесения) следователем либо дознавателем постановления о приостановлении предварительного расследования по уголовному делу по основанию, предусмотренному п.1 ст.208 УПК РФ (ч.3-1 комментируемой статьи);
     

5.2.2. до дня вынесения постановления дознавателем, следователем или судьей (судом - определения) о прекращении уголовного преследования ввиду истечения сроков давности уголовного преследования (постановление Конституционного Суда РФ от 11 ноября 2014 года N 28-П).
     
     Думается, что силу допустимости уголовно-процессуальной аналогии к такому постановлению (определению) может быть приравнено прекращение уголовного преследования по иному нереабилитирующему основанию (например, амнистии);
     

5.2.3. для лица, в отношении которого не было принято процессуальное решение о признании потерпевшим по уголовному делу - со дня вынесения дознавателем или следователем постановления об отказе в возбуждении уголовного дела лица, если с момента обращения с заявлением о преступлении прошел значительный срок, сопоставимый по продолжительности со сроком давности уголовного преследования, истечение которого послужило основанием для вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела (постановление Конституционного Суда РФ от 11 ноября 2014 года N 28-П).
     

5.3. Для гражданского истца - со дня возмещения ему денежной суммы, присужденной по гражданскому иску в рамках уголовного дела.
     
     Так, по смыслу ст.6 Европейской Конвенции исполнение судебного решения (к их числу можно отнести приговор, постановление и определение суда по уголовному делу) Европейский Суд рассматривает как составляющую часть судебного разбирательстваКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Напр., см.: постановление ЕСПЧ по делам от 19 марта 1997 года "Хорнсби против Греции" (Hornsby v. Greece, Reports 1997-II, p.510, § 40; Европейский Суд по правам человека. Избранные решения. М., 2001. Т.2. С.428-439); от 25 сентября 2005 года "Бурдов против России" (Burdov v. Russia, дело N 59498/00, ECHR 2002-III, § 34).
     
     
     По названному выше делу "Хорнсби против Греции" ЕСПЧ даже специально отметил, что "право на суд" стало бы иллюзорным, если бы правовая система государства позволяла, чтобы окончательное обязательное решение суда оставалось неисполненным.
     

6. Обстоятельства, которые учитываются при определении разумного срока уголовного судопроизводства, изложены в ч.3, 3_1 и 4 комментируемой статьи.
     
     "Нарушение установленных законом процессуальных сроков само по себе не означает нарушения права на судопроизводство в разумный срок" (ч.2 ст.1 Федерального закона N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок").
     
     "Превышение установленных законом сроков рассмотрения дела, осуществления досудебного производства по уголовному делу может с очевидностью свидетельствовать об отсутствии нарушения права на судопроизводство в разумный срок, если оно явно незначительно" (п.26 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 года N 30/64 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумные сроки").
     
     "Длительное затягивание решения вопроса о наличии оснований для возбуждения уголовного дела, а равно неоднократное необоснованное прерывание проверки по заявлению о преступлении в форме вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и последующая отмена таких постановлений, приводит к нарушению разумного срока рассмотрения дела и ограничению доступа потерпевших к правосудию (постановление Конституционного Суда РФ от 25 июня 2013 года N 14-П, определения Конституционного Суда РФ от 17 октября 2006 года N 425-О и от 28 июня 2012 года N 1258-О).
     
     "Обеспечение права заявителей о преступлении и потерпевших на уголовное судопроизводство в разумный срок зависит не столько от продолжительности досудебного производства по делу (которая может быть связана с большим объемом процессуальных и оперативно-разыскных действий), сколько от своевременности, тщательности, достаточности и эффективности предпринятых мер для объективного рассмотрения соответствующих требований. Соответственно, таким лицам может быть отказано в признании за ними права на подачу заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок лишь при том условии, что судом, прокурором, руководителем следственного органа, следователем, органом дознания, дознавателем в пределах их компетенции приняты все должные меры в целях своевременного завершения судопроизводства и установления подозреваемых (обвиняемых) в совершении преступления лиц с учетом общей продолжительности производства по делу, как того требуют статьи 17, 46 (части 1 и 2), 52 и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а также ее статья 15 (часть 4) во взаимосвязи со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее понимании Европейским Судом по правам человека относительно критериев разумных сроков" (постановление Конституционного Суда РФ от 25 июня 2013 года N 14-П, определение Конституционного Суда РФ от 2 июля 2013 года N 1056-О).
     
     "Факт нарушения права заявителя на судопроизводство в разумный срок, как определяющий материально-правовое содержание спорного правоотношения в соответствии с природой субъективного права на данную компенсацию, подлежит установлению в стадии судебного разбирательства (глава 15 ГПК Российской Федерации), вопрос о содержании спорных правоотношений, определяющий на основании фактических обстоятельств наличие или отсутствие нарушения права лица, обратившегося за судебной защитой, может быть разрешен лишь при принятии заявления к производству суда и рассмотрении гражданского дела по существу" (постановление Конституционного Суда РФ от 19 июля 2011 года N 17-П, определения Конституционного Суда РФ от 8 июля 2004 года N 238-О, от 20 октября 2005 года N 513-О и от 24 января 2006 года N 3-О).
     

Европейский Суд по правам человека в ряде своих решений сформулировал понятие эффективного расследования, куда включаются такие правовые дефиниции:
     
     - "Государственные правоохранительные органы обязаны использовать все возможные доступные законом средства и меры для сбора соответствующих доказательств"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) § 109 постановления Большой Палаты ЕСПЧ по делу "Танрикулу против Турции" (Tanrikuluv. Turkey), жалоба N 23763/94 // (дата обращения: 05.05.2015);
     
     § 106 постановления Большой Палаты ЕСПЧ от 26 января 2006 года по делу "Салман против Турции" (Salmanv. Turkey), жалоба N 21986/93) // http://www.echr.coe.int/Documents/Reports_Recueil_2000-VII.pdf (дата обращения: 05.05.2015);
     
     § 154 постановления ЕСПЧ от 22 февраля 2005 года по делу "Хашиев и Акаева против России" (Khashiyev and Akaeyeva v. Russia), жалобы N 57942/00 и 57945/00 // http://www./garant.ru (дата обращения: 05.05.2015).
     
     
     - "Любой недостаток расследования, снижающий вероятность установления виновного лица, может привести к выводу, что расследование не соответствует требуемому уровню эффективности"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) § 300 постановления ЕСПЧ от 24 апреля 2004 года по делу "Акташ против Турции" (Aktas v. Turkey), жалоба N 24351/94) // (дата обращения: 05.05.2015).
     
     
     Интерес в этом аспекте представляет постановление Европейского Суда от 16 января 2014 года по делу "Щиборщ и Кузьмина против России" (жалоба N 5269/08). В данном деле заявители жаловались на необъективное расследование гибели их сына, который умер от увечий, нанесенных ему при попытке поместить его в психиатрический стационар. Родители сами попросили сотрудников милиции о госпитализации, но погибший, страдавший психическим заболеванием, оказал сопротивление. Тем не менее заявители были уверены, что примененная к сыну сотрудниками ОМОНа сила была чрезмерной. Уголовное дело, изначально возбужденное по ст.114 и 286 УК РФ, несколько раз прекращалось и возобновлялось. В итоге следствие не нашло в действиях омоновцев состава преступления. ЕСПЧ констатировал в деле нарушения ст.2 ЕКПЧ, выразившиеся, во-первых, "в отсутствии планирования и контроля операции по принудительной госпитализации погибшего", во-вторых, "в непроведении эффективного расследования событий, которые привели к смерти человека". Суд обязал власти России выплатить заявителям около 50 тыс.евро, из которых 45 тыс. составила компенсация морального вредаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) http://europeancourt.ru (дата обращения: 05.05.2014).
     
     
     ЕСПЧ в своих постановлениях неоднократно констатировал различные организационно-правовые нарушения в деятельности российских правоохранительных органов, в которых имело место нарушение разумных сроков судопроизводства, а именно:
     
     - "национальные власти не использовали меры, доступные им в соответствии с национальным законодательством, чтобы дисциплинировать участников судебного процесса и обеспечить рассмотрение дела в разумный срок"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Постановление ЕСПЧ от 22 сентября 2005 года по делу "Соколов против России" (жалоба N 3734/02) // Бюллетень ЕСПЧ. 2006. N 5.
     
     
     - "...замена судьи ввиду его болезни и передача дела другому судье, который начинал процесс заново, с начала"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Постановления ЕСПЧ: от 28 мая 2009 года по делу "Елисеев против России" (жалоба N 12098/04); от 18 июня 2009 года по делу "Рысев против России" (жалоба N 924/03).
     
     
     - "...основная ответственность за просрочку, допущенную деятельностью экспертного учреждения, возлагается на государство"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Постановление ЕСПЧ от 19 апреля 2011 года по делу "Володина против России" (жалоба N 24411/05) // Бюллетень ЕСПЧ. 2012. N 6.
     
     
     - "...отсутствие соответствующих помещений в совокупности с таким обстоятельством, что подсудимых шесть месяцев не могли доставить в суд в связи с отсутствием транспорта"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Постановление ЕСПЧ от 22 апреля 2010 года по делу "Горощеня против России" (жалоба N 38711/03) // Бюллетень ЕСПЧ. 2012. N 6.
     
     
     - "...неиспользование национальным судом возможностей видеосвязи при проведении судебного заседания"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Постановление ЕСПЧ от 10 января 2012 года по делу "Васильев против России".
     
     
     - "свидетель обвинения пять раз не являлся в судебное заседание, а государство не предпринимало дисциплинирующих мер, в связи с чем имело место неоднократное отложение дела слушанием"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Постановление ЕСПЧ от 18 июня 2009 года по делу "Сухов против России" (жалоба N 32805/03). С практикой Европейского Суда по правам человека за 2009-2010 годы по делам в отношении Российской Федерации в связи с нарушением права на разумные сроки судебного разбирательства и (или) исполнение судебного решения в разумные сроки можно ознакомиться на страницах Бюллетеня Верховного Суда РФ за 2011 года N 3.
     
     
     При совершении групповых преступлений, например в случае соединения или выделения уголовных дел по правилам ст.153 и 154 УПК РФ, в отношении одного привлеченного к уголовной ответственности лица с учетом обстоятельств, перечисленных в ч.3, 3_1 и 4 комментируемой статьи, суд может признать нарушение разумного срока уголовного судопроизводства, а в отношении другого - принять диаметрально противоположное решение, не признав такого нарушения.
     
     Исходя из определений Конституционного Суда РФ от 23 июня 2009 года N 895-О-О и от 25 февраля 2010 года N 194-О-О сроки предварительного следствия, установленные ст.162 УПК РФ, следует считать разумными.
     
     Период времени, учитываемый при оценке разумности срока, предусмотренного п.1 ст.6 и п.3 ст.5 Европейской Конвенции, различен: "Норма, содержащаяся в п.1 ст.6, распространяется на всех тяжущихся и имеет целью защитить от чрезмерной волокиты в судебном разбирательстве; в репрессивной форме она стремится избежать того, чтобы обвиняемый не находился долгое время в "подвешенном" состоянии. Пункт 3 ст.5 относится только к обвиняемым, содержащимся под стражей. Предполагается, что особая старательность должна быть проявлена от возбуждения уголовного преследования до судебного разбирательства, которые его касаются. В этом отношении разумный срок, который упоминается в этой норме, отличается от срока, предусмотренного в ст.6" (постановление ЕСПЧ от 19 февраля 1991 года по делу "Джилорами против Италии" (Girolami v. Italy). § 13. Series A. N 196-Е).
     
     

Комментарий к статье 7. Законность при производстве по уголовному делу

1. Законность как основополагающий принцип уголовного судопроизводства представляет собой соблюдение всеми субъектами уголовно-процессуальных отношений прав и обязанностей при осуществлении ими в пределах своей компетенции уголовно-процессуальной деятельности. Это их прямая обязанность. Положение данного принципа базируется на ст.15 Конституции РФ.
     

2. Части 1 и 2 комментируемой статьи определяют приоритет УПК РФ над другими федеральными законами при осуществлении уголовно-процессуальных действий по уголовным делам. Исключением являются только федеральный конституционный закон или международный договор РФ как обладающие большей юридической силой по отношению к обычному федеральному закону. Данная позиция определена в постановлении Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П. Так, если в ходе производства по уголовному делу будет установлено несоответствие между федеральным конституционным законом (либо международным договором Российской Федерации) и УПК РФ (который является обычным федеральным законом), применению - согласно ст.15 (ч.4) и 76 (ч.3) Конституции РФ - подлежит именно федеральный конституционный закон или международный договор Российской Федерации как обладающие большей юридической силой по отношению к обычному федеральному законуКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы" // СПС.
     
     
     Кроме того, приоритет УПК РФ перед другими обычными федеральными законами может быть ограничен рамками специального предмета регулирования. Так, к примеру, предметом регулирования УПК РФ является порядок уголовного судопроизводства, т.е. порядок производства (досудебного и судебного) по уголовным делам на территории России. В этой связи УПК РФ не должен подменять или отменять положения уголовного законодательства, определяющие преступность и наказуемость деяний, а также виды и размеры наказаний либо деятельность по возложению на лицо уголовной ответственности и наказания. Поэтому в части специального предмета регулирования правоотношений над УПК РФ могут иметь приоритет и другие федеральные законы. Так, приоритет УПК РФ перед другими обычными федеральными законами не является безусловным, а ограничен рамками специального предмета регулирования, которым, как это следует из его ст.1-7, является порядок уголовного судопроизводства, т.е. порядок производства (досудебного и судебного) по уголовным делам на территории Российской ФедерацииКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П.
     
     
     Не обладают приоритетом нормы УПК РФ и в случаях, когда в уголовно-процессуальных отношениях законодательные акты устанавливают дополнительные гарантии прав и законных интересов отдельных категорий лиц, обусловленные в том числе их особым правовым статусом при производстве по уголовным делам. Так, ст.7 УПК РФ по своему конституционно-правовому смыслу не исключает применение в ходе производства процессуальных действий норм иных - помимо Уголовно-процессуального кодекса РФ - законов, если этими нормами закрепляются гарантии прав и свобод участников соответствующих процессуальных действий, а потому не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителейКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 8 ноября 2005 года N 439-О "По жалобе граждан С.Ю.Бородина, В.Н.Буробина, А.В.Быковского и других на нарушение их конституционных прав статьями 7, 89, 182 и 183 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" // СПС.
     
     

3. Положения ч.2 комментируемой статьи свидетельствуют о безусловном приоритете норм УПК РФ в принятии процессуальных решений при производстве по уголовному делу. При этом не только суд, но и другие участники уголовного судопроизводства, обладающие правом на принятие тех или иных процессуальных решений (дознаватель, следователь, прокурор и т.д.), должны в основу своих процессуальных решений при производстве по уголовному делу использовать только нормы УПК РФ.
     

4. Положения ч.3 комментируемой статьи являются ключевыми в части допустимости доказательств в уголовном судопроизводстве. Кроме того, положения данной нормы рассматриваются в контексте ст.75 УПК РФ.
     
     (Более подробно см. комментарий к ст.75 настоящего Кодекса). При этом положения данной нормы имеют бланкетный характер и отсылают к положениям ч.2 ст.50 Конституции РФ, свидетельствующим о недопущении использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Доказательства, которые получены с нарушением положений норм УПК РФ, суд, прокурор, следователь, дознаватель, орган дознания не должны использовать в принятии тех или иных процессуальных решений при производстве по уголовному делу и не должны основываться в принятии этих процессуальных решений на таких доказательствах. Это касается не только доказательств, которые получены с нарушениями норм УПК РФ, но и доказательств, которые получены в соответствии с нарушениями норм других федеральных законов (ГПК РФ, КоАП РФ и т.д.). Само понятие допустимости доказательств в уголовном судопроизводстве, согласно позиции ЕСПЧ, является прежде всего предметом регулирования внутригосударственного права, и в качестве общего правила именно национальные суды оценивают представленные им доказательства. Задачей ЕСПЧ согласно Конвенции является не определение того, были ли показания свидетеля надлежащим образом допущены в качестве доказательства, а выяснение того, было ли разбирательство в целом, включая способы сбора доказательств, справедливымКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данные положения были сформулированы в решениях ЕСПЧ по делам "Лука против Италии" от 27 февраля 2001 года, "Доорсон против Нидерландов" от 26 марта 1996 года, "Ван Мехелен и другие против Нидерландов" от 23 апреля 1997 года (http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения: 05.04.2015)).
     
     

5. Все процессуальные решения, принятые при производстве по уголовному делу и вынесенные судом, судьей, прокурором, следователем, дознавателем в форме определения суда либо в форме постановления, должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Требование законности предполагает точное соблюдение норм уголовно-процессуального права, регламентирующего форму и содержание соответствующего процессуального документа, полное соответствие нормам уголовного и гражданского права, применяемым при составлении данного акта. Документ должен быть законным как по содержанию, так и по форме. Требование обоснованности свидетельствует о том, что выводы, содержащиеся в процессуальном акте, подтверждены собранными по делу доказательствами, учитывают все данные о личности подозреваемого или обвиняемого, подсудимого и т.д. при принятии процессуального решения или производстве следственных или судебных действий. Следователь, дознаватель, судья или должностное лицо органа дознания при составлении процессуальных документов должны всегда исходить из принципа равенства всех граждан перед законом и судом, учитывая их права и законные интересы. Требование мотивированности является выражением его законности и обоснованности. В мотивировочной части процессуального акта излагаются основания и мотивы принимаемого решения. Приведение доводов и аргументов, обосновывающих принимаемое следователем, дознавателем, судьей или должностным лицом органа дознания решение, повышает убедительность следственного или судебного документа и делает его процессуально безупречным. Наличие в процессуальном акте соответствующих мотивов дает возможность проверить правильность решения, принятого следователем, дознавателем, судьей или должностным лицом органа дознания. Из анализа ст.7 УПК РФ следует, что требование мотивированности является обязательным ко всем постановлениям судьи, прокурора, следователя, дознавателя и ко всем определениям суда. Отсутствие прямого указания в ст.297 УПК РФ на требование мотивированности к приговору как важнейшему среди процессуальных актов решению суда, по крайней мере, нелогично. Тем более что в ряде статей УПК РФ содержится прямое указание на обязанность суда мотивировать в приговоре отдельные решения. Так, из содержания ст.300 УПК РФ можно сделать вывод о том, что решение суда по вопросу о вменяемости подсудимого, если данный вопрос возник в ходе предварительного расследования или судебного разбирательства, должно быть обсуждено в совещательной комнате и мотивировано судом. Статья 305 УПК РФ называется "Описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора", и в ней четко указывается, что в приговоре суда должны быть приведены мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения, и мотивы решения в отношении гражданского иска. В ст.307 УПК РФ, которая именуется "Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора", содержится требование приводить мотивы, по которым суд отверг другие доказательства, имеющиеся по рассматриваемому им уголовному делу, мотивы изменения первоначального предъявленного обвинения в суде, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него, освобождению от отбывания назначенного наказания, применению иных мер воздействия, обоснованию принятых решений по другим вопросам, указанным в ст.299 УПК РФ. На необходимость мотивировать в приговоре решения суда по отдельным вопросам неоднократно указывалось и в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Процессуальный акт по уголовному делу будет законным, обоснованным и мотивированным только тогда, когда фиксируемое в нем процессуальное действие (решение) вызывалось необходимостью, производилось (принималось) при наличии условий, предусмотренных УПК РФ, и убедительно аргументировано соответствующими доводами.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Комментарий к постановлениям Пленума ВС Российской Федерации по уголовным делам. М., 2008; Загорский Г.М. Постановление приговора: проблемы теории и практики. М.: Проспект, 2010. С.30-38.
     
     

Комментарий к статье 8. Осуществление правосудия только судом

1. В положения комментируемой статьи вошли нормы Конституции РФ. Речь в данном случае идет о ч.1 ст.118, ч.1 ст.49 и ч.1 ст.47 Конституции РФ. Поэтому положения данной статьи, являясь еще и конституционными, представляют собой бланкетный характер и имеют прямое действие на всей территории России при производстве по уголовным делам.
     

2. В соответствии с положениями ч.1 комментируемой статьи правосудие, осуществляемое судом, распространяется на судебное производство по уголовному делу как в суде первой инстанции, так и в суде второй (апелляционной) инстанции, при исполнении приговораКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), а также при рассмотрении уголовного дела в суде кассационной инстанции, при производстве уголовного дела в порядке надзора и при возобновления производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. При этом само понятие правосудия по уголовным делам представляет собой уголовно-процессуальную деятельность, осуществляемую судом в пределах его компетенции, которая связана с рассмотрением и разрешением уголовного дела при точном и неуклонном соответствии требований закона и установленного порядка и которая должна быть обеспечена законным, обоснованным и справедливым принятием судебного решенияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: п.2 постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 2011 года N 21 "О практике применения судами законодательства об исполнении приговора" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное понятие соответствует научному понятию правосудия. См.: Суд и правоохранительные органы: учебник для академического бакалавриата. Т.1 / под общ.ред. В.В.Ершова. С.62 (автор Ершов В.В.).
     
     

3. Положения ч.2 комментируемой статьи свидетельствуют о том, что виновность лица в совершении инкриминируемого ему обвинения и назначение ему в соответствии с УК РФ уголовного наказания возлагается только на суд, как на единственный орган, имеющий право в уголовно-процессуальных отношениях осуществлять данную уголовно-процессуальную деятельность. Признание лица виновным должно реализовываться только в соответствии с положениями УПК РФ. Суд в случае признания лица виновным в совершении преступления должен основываться не только на достоверных доказательствах, но и на том, что в ходе судебного заседания по уголовному делу были исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. На данной позиции стоит и Верховный Суд РФ. Так, в соответствии с п.4 постановления Пленума ВС РФ от 29 апреля 1996 года N 1 "О судебном приговоре" (с изм. и доп. от 6 февраля 2007 года, 16 апреля 2013 года) судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговораКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, на необходимость судам исследовать все версии по уголовному делу в судебном заседании в случае признания лица виновным в совершении преступления указал и ЕСПЧ. Так, в решении ЕСПЧ по делу "Шамардаков против России" от 2015 года в особом мнении судьи от России Дедова Д. указано, что обвинение лица в совершении преступления в значительной степени основывалось на утверждениях сотрудников правоохранительных органов, а национальные суды отклонили ряд улик, указывающих на участие в преступлении лиц, не отмеченных в ходе расследования. Это заставляет сомневаться в виновности заявителя. При этом национальные суды не развеяли сомнений, что негативно повлияло на реализацию принципа презумпции невиновности и права на справедливое судебное разбирательствоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, положения ч.2 комментируемой статьи тесно связаны с понятием презумпции невиновности, т.е. со ст.14 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.14 настоящего Кодекса).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: http://pravo.ru/ (дата обращения 06.05.2015).
     
     

4. При осуществлении правосудия по уголовным делам суды должны учитывать конституционное положение о подсудности при производстве по уголовному делу. Содержание подсудности при осуществлении правосудия по уголовным делам представляет собой элемент обеспечения правовой определенности и защиты прав участников уголовного процесса и прямо устанавливает, что подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено УПК РФКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, нарушение положений подсудности по уголовному делу влечет за собой в соответствии с ч.1 ст.389_22 УПК РФ отмену обвинительного приговора или иного решения суда первой инстанции с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство либо возращение уголовного дела прокурору, в связи с неустранимым нарушением в суде апелляционной инстанции данных нарушений. При этом в соответствии с позицией Верховного Суда РФ, указанной в п.19 постановления Пленума ВС РФ от 27 ноября 2012 года N 26 "О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции", неустранимыми в суде апелляционной инстанции следует признавать такие нарушения фундаментальных основ уголовного судопроизводства, последствием которых является процессуальная недействительность самого производства по уголовному делу (например, рассмотрение дела незаконным составом суда либо с нарушением правил подсудности)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Все признаки подсудности уголовных дел нашли свое отражение в ст.31-35 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.31-35 настоящего Кодекса).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 24 марта 2015 года N 676-О // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: СПС.
     
     

Комментарий к статье 8_1. Независимость судей

1. Положения данной статьи свидетельствуют о реализации конституционного положения, предусмотренного ч.1 ст.120 Конституции РФ, определяющей, что судьи при осуществлении правосудия независимы и подчиняются только Конституции РФ и федеральному закону. При этом положения данной статьи сформулированы в Бангалорских принципах поведения судейКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) и в ст.6 ЕКПЧ, а также других международных актах. Содержание данного принципа свидетельствует о том, что судьи при осуществлении правосудия по уголовным делам, в части принятия процессуальных решений и совершения процессуальных действий, самостоятельны, не находятся в подчинении у кого-либо, свободны. Кроме того, они должны при принятии процессуальных решений и совершении процессуальных действий по уголовным делам учитывать только положения Конституции и федеральных законов. Независимость судей свидетельствует о том, что и вмешательство в деятельность судов при отправлении ими правосудия, в том числе со стороны вышестоящих судебных инстанций, является недопустимым. Интересы обеспечения независимости исключают текущий контроль со стороны вышестоящих судебных инстанций за ходом рассмотрения дела судом первой инстанции и вмешательство в осуществление ими своих дискреционных полномочийКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Но во всех случаях независимость судей при осуществлении правосудия по уголовным делам гарантирована государством и установлена в ст.9-16 Закона РФ от 26 июня 1992 года N 3132-1 "О статусе судей в РФ"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Основы законодательства ООН от 6 сентября 1985 года // http://www.un.org/ (дата обращения 08.05.2015).
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 2 июля 1998 года N 20-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 331 и 464 УПК РСФСР" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: ВСНД и ВС РФ. 1992. N 30. Ст.1792.
     
     

2. Одними из условий осуществления правосудия по уголовным делам являются невмешательство в деятельность судьи во время производства по уголовному делу и запрет на воздействие на него во время рассмотрения и разрешения уголовных дел. Речь в данном случае идет о вмешательстве какого-либо лица в любой форме в деятельность судьи с целью воздействовать на него для изменения хода производства уголовного дела. При этом судья в процессе данного воздействия должен был бы принять соответствующее процессуальное решение или совершить соответствующее процессуальное действие, которое он не собирался принимать или совершать при осуществлении производства по уголовному делу. Кроме того, общественные отношения, связанные с вмешательством в деятельность судьи при осуществлении правосудия по уголовным делам, охраняются и защищаются ст.294 УК РФ.
     

3. При осуществлении правосудия по уголовным делам не допускается внепроцессуальная форма вмешательства в уголовно-процессуальную деятельность судьи. Любая внепроцессуальная форма вмешательства при осуществлении правосудия по уголовным делам должна быть предана гласности и доведена до сведения участников судебного разбирательства посредством размещения данной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) В этой связи имеется приказ Генерального директора СД при ВС РФ от 11 декабря 2013 года N 241 "Об утверждении порядка размещения в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" информации о внепроцессуальных обращениях", который согласован постановлением Президиума Совета судей РФ от 29 октября 2013 года N 362. Кроме того, в ВС РФ имеется Положение о порядке размещения информации о внепроцессуальных обращениях, поступивших в Верховный Суд РФ, утв. приказом Председателя ВС РФ от 14 августа 2015 года N 681/кд // http://www.vsrf.ru/ (дата обращения 23.08.2015).
     
     

Комментарий к статье 9. Уважение чести и достоинства личности

1. Правовую основу данного принципа уголовного судопроизводства составляют нормы, содержащиеся в международно-правовых актах, посвященных правам человека: во Всеобщей Декларации прав человека 1948 года, в Международном Пакте о гражданских и политических правах 1966 года; Факультативном протоколе к этому Пакту от 16 декабря 1966 года; Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными ООН 1955 года; Декларации о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 9 декабря 1975 года; Своде принципов защиты всех лиц, подвергаемых любой форме задержания или тюремного заключения, принятой резолюцией 43/173 Генеральной Ассамблеи от 9 декабря 1988 года; Минимальных стандартных правилах ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, принятых резолюцией 40/33 Генеральной Ассамблеи от 29 ноября 1985 года, Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года; Итоговых документах встреч и совещаний представителей государств - участников СБСЕ от 4 ноября 1986 года - 19 января 1989 года и т.д. Конституционная основа данного принципа отражена в ст.21 Конституции РФ.
     

2. По своему содержанию принцип уважения чести и достоинства личности в уголовном судопроизводстве представляет собой совокупность средств и методов, имеющих целью обеспечить такой режим производства по уголовному делу, при котором признаются и соблюдаются законные интересы субъектов уголовно-процессуальной деятельности, охраняется их честь и достоинство, создаются условия для реального обеспечения и защиты прав и свобод участников уголовного судопроизводства, гарантируется восстановление нарушенных прав. Сами же понятия чести и достоинства - неразрывные и связанные между собой нравственные категории. При этом честь - это достойные уважения и гордости моральные качества человекаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), а достоинство - это совокупность высоких моральных качеств, а также уважение этих качествКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, понятия чести и достоинства в уголовном судопроизводстве тесно связаны с понятием пытки. Дело в том, что как раз пытка и представляет собой высокую степень унижения чести и достоинства личности. Не случайно в ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод определено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Поэтому и Верховный Суд РФ в своем постановлении Пленума от 14 июня 2012 года N 11 "О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачей лиц для отбывания наказания" в п.13 отмечает, что в выдаче лица может быть отказано, когда исключительные обстоятельства свидетельствуют о том, что выдача повлечет опасность для его жизни и здоровья, в том числе с учетом его возраста и физического состояния (ст.9 УПК РФ, ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Ожегов С.И., Шведов Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 4-е изд., доп. М., 1999. С.882.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Там же. С.177.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: СПС.
     
     

3. Содержание ч.1 комментируемой статьи представляет собой общее положение о запрете принимать процессуальные решения и совершать процессуальные действия, которые унижают честь участника уголовного судопроизводства либо создают опасность для его жизни и здоровья, а также о запрете на обращение к нему, которое связано с унижением его человеческого достоинства. При этом действие данного принципа распространяется на производство всех следственных и иных процессуальных действий по уголовному делу как на досудебной части, так и в части судебного разбирательства, а также на всю уголовно-процессуальную деятельность по уголовным делам. Кроме того, все доказательства, которые были получены в процессе принятия процессуального решения или в процессе совершения процессуального действия, связанные с унижением чести участника уголовного судопроизводства, а также когда обращение было связано с унижением его человеческого достоинства либо было связано с условием опасности для его жизни или здоровья, не могут рассматриваться абсолютно как недопустимые доказательства. Но если нормы УПК РФ прямо указывают на запрет производства следственных или иных процессуальных действий, в которых запрещено унижение чести участника уголовного судопроизводства, обращение было связано с унижением его человеческого достоинства либо было связано с условиями опасности для его жизни или здоровья то такое доказательство в соответствии с ч.2 ст.7 и ст.75 УПК РФ должно быть признано недопустимым. Речь в данном случае идет о таких нарушениях норм УПК РФ, которые предусмотрены ч.4 и 5 ст.179 УПК РФ, ч.2 ст.202 УПК РФ.
     

4. Положения ч.2 комментируемой статьи свидетельствуют о запрете уголовно-процессуальной деятельности по уголовным делам, которая связана с применением насилия, пыток, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения. Положения данной нормы тесно связаны со ст.3 ЕКПЧ, и, к сожалению, часто являются предметом решений ЕСПЧ. Кроме того, действующее уголовно-процессуальное законодательство в соответствии со ст.ст.75 и ч.2 ст.7 УПК РФ свидетельствует о том, что доказательства, полученные с нарушением требований норм УПК РФ, признаются недопустимыми и не имеют юридической силы в уголовном судопроизводстве. При этом все следственные и иные процессуальные действия, а также другая уголовно-процессуальная деятельность при производстве по уголовным делам не предписывают применения пыток, насилия или иного жестокого обращения, унижающего человеческое достоинство личности. Поэтому и применение пыток, насилие или иное жестокое обращение, унижающее человеческое достоинство личности, при производстве по уголовному делу представляют собой нарушение требований норм УПК РФ. Хотя применение самого насилия, по мнению ЕСПЧ, в ходе уголовно-процессуальной деятельности, связанной с производством следственных и иных процессуальных действий по уголовным делам, допускаетсяКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Но насилие в данном случае должно применяться к лицу под контролем государства. Речь в данном случае идет об обстоятельствах, которые связаны с получением образцов для сравнительного исследования (ст.202 УПК РФ и т.д.), когда лицо не желает добровольно предоставить образец. В этом случае необходимо получение образца для сравнительного исследования с согласия суда, при строгом соблюдении требований ст.164-170, ст.202 УПК РФ. Кроме всего прочего, ЕСПЧ в части комментируемой статьи в своих решениях выявил отсутствие в действующем уголовно-процессуальном законодательстве РФ механизма эффективного расследования применения пыток, жестокого обращения органов предварительного расследования с задержанными, "бесед" оперативных работников до возбуждения уголовного дела в отсутствии защитника и т.д.Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный)
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение было сформулировано в решениях ЕСПЧ. См.: дела "Ялох против Германии" от 2006 года, "Салихов против России" от 3 мая 2012 года, и т.д. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 11.05.2015).
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Более подробно см.: дело "Шишкин против России" от 2011 года и т.д. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 11.05.2015).
     
     

Комментарий к статье 10. Неприкосновенность личности

1. Правовую основу принципа неприкосновенности личности в уголовном судопроизводстве составляет ст.5 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (ЕКПЧ). Кроме того, положения данного принципа отражены и в ст.22 Конституции РФ. Буквальная реализация данного принципа регламентирована гл.12-14 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к гл.12-14 настоящего Кодекса).
     

2. По содержанию положения комментируемой статьи свидетельствуют о том, что задержание лица при совершении того или иного преступления либо заключение его под стражу должно быть осуществлено только при наличии соответствующих оснований. Все основания задержания или заключения под стражу теория уголовного процесса условно делит на материальные (фактические) и процессуальные. Речь в данном случае идет о том, что процессуальное решение на задержание лица либо заключение его под стражу принимается только при наличии материальных (фактических) оснований, которые указаны в ст.91, 97-110 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.91, 97-110 настоящего Кодекса). Все эти материальные (фактические) основания в зависимости от тех или иных обстоятельств по уголовным делам, в первую очередь, связаны с личным усмотрением соответствующих участников уголовного судопроизводства. При этом соответствующее процессуальное решение на задержание лица или заключение его под стражу, принятое при наличии хотя бы одного из материальных (фактических) оснований, реализуется посредством процессуального основания, вынесенного в форме протокола задержания либо постановления о возбуждении ходатайства о применении меры пресечения в виде заключения под стражу и постановления об удовлетворении ходатайства об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу. Кроме того, задержание лица по подозрению в совершении преступления или заключение его под стражу являются обеспечительными мерами, являющимися по своему содержанию мерами уголовно-процессуального принуждения. Они носят кратковременный характер, который необходим для производства предварительного расследования, а в дальнейшем и судебного разбирательства по уголовному делу, и прекращают действовать, когда отпадут соответствующие основания. В случаях задержания лица по подозрению в совершении преступления или заключения его под стражу суд, а также другие участники уголовного судопроизводства, осуществляющие задержание или применение меры пресечения, не должны входить в обсуждение вопроса о виновности лицаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, ЕСПЧ данному вопросу придает существенное значениеКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Само по себе задержание лица по подозрению в совершении преступления, без соответствующего судебного решения, не должно превышать 48 часов с момента его фактического задержания.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Так, в соответствии с п.2 постановления Пленума ВС РФ N 41 от 19 декабря 2013 года "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" суд, проверяя обоснованность вывода в причастности лица к совершенному преступлению, не праве входить в обсуждение вопроса о виновности лица // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Так, в решении по делу "Федоренко против России" от 20 сентября 2011 года ЕСПЧ указал, что наличие любой аргументации, намекающей на то, что должностное лицо считает обвиняемого виновным даже в отсутствие любого формального постановления, является достаточным основанием нарушения принципа презумпции невиновности и ч.2 ст.6 ЕКПЧ // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 11.05.2015).
     
     

3. Положения ч.2 комментируемой статьи являются по своему характеру императивными нормами. Они обязывают соответствующих участников уголовного судопроизводства освободить лицо, которое незаконно было задержано, в отношении которого незаконно была применена мера пресечения в виде заключения под стражу, домашний арест или которое незаконно помещено в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях. Кроме того, лица подлежат незамедлительному освобождению, если они находятся свыше срока, который предусмотрен нормами УПК РФ (свыше 48 часов, двух месяцев и т.д.). При этом необходимо учитывать правила истечения срока, предусмотренного ст.128 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.128 настоящего Кодекса). Кроме того, в соответствии с ч.5 ЕКПЧ данная категория лиц обладает правом на компенсацию в случае нарушения положений ч.1-4 ст.5 ЕКПЧ. Поэтому, если лицо незаконно было задержано в подозрении в совершении преступления, заключено под стражу, незаконно помещено в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях либо содержалось незаконно свыше срока, предусмотренного нормами УПК РФ, оно обладает в соответствии с ч.3 ст.133 и ст.134 УПК РФ правом на реабилитацию. (Более подробно см. комментарий к ч.2 ст.133 и ст.134 настоящего Кодекса).
     

4. Положения ч.3 комментируемой статьи определяют минимальные условия содержания лица, которому была избрана соответствующая мера пресечения в виде заключения под стражу либо которое было задержано по подозрению в совершении преступления. Минимальным условием для содержания данных лиц является исключение угрозы его жизни и здоровью в период реализации соответствующих мер процессуального принуждения. При этом положение данной нормы УПК РФ является императивной нормой и его исполнение возлагается на государство в силу публичных уголовно-процессуальных правоотношений по уголовным делам. Кроме того, исключение угрозы жизни и здоровью лица при его нахождении в качестве задержанного или в случае избрания заключения под стражу свидетельствует о том, что жизнь лица находится вне опасности, ему ничто не угрожает. Условия содержания лица не влияют на состояние его здоровья. Они соответствуют определенным санитарным нормам, которые не сказываются на состоянии здоровья данных категорий лиц. В этом случае необходимо учитывать международно-правовые стандарты (пр.24 Европейских пенитенциарных правил, пр.37 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, Рекомендации Совета Европы N R (89) 12 "Об образовании в тюрьме" и т.д.). При этом неиспользование данных рекомендаций позволяет ЕСПЧ признавать Россию нарушившей ст.3 и п.3 ст.5 ЕКПЧКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Более подробно см.: дела "Бычков против России" от 26 февраля 2009 года, "Вадим Ковалев против России" от 10 мая 2011 года и т.д. // Аннотированный указатель постановлений Европейского Суда по правам человека в делах против России / авторы-составители Гайдуков Д.А., Тимофеев М.Т. М.: Юстиция, 2012. С.54, 55.
     
     

Комментарий к статье 11. Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве

1. По своему содержанию охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве представляет собой систему государственных мер, обеспечивающих соблюдение прав, обязанностей, использование других обеспечительных мер, гарантируемых охрану прав и свобод человека, в том числе и применение мер безопасности как лицам, содействующим уголовному правосудию, так и самим участникам уголовного судопроизводства, в уголовно-процессуальной деятельности при производстве по уголовным делам. При этом в силу публичности уголовного судопроизводства охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве представляет собой обязанность государства и является дополнительной гарантией для субъектов уголовного судопроизводства. Кроме того, охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве представляет собой соответствующую уголовно-процессуальную деятельность, которая осуществляется субъектами уголовно-процессуальной деятельности в контексте осуществляемых ими уголовно-процессуальных функций посредством реализации ими свои полномочий в уголовном судопроизводстве. Это означает, что каждый из участников уголовного судопроизводства по уголовному делу осуществляет меры, направленные на обеспечение и охрану прав участников процесса, реализуя в строгом соответствии с законом свои непосредственные права и обязанности, используя при этом предусмотренные законом средства и методы. Так, например, закон возлагает на суд, прокурора, следователя, дознавателя обязанность разъяснить участвующим в деле лицам, в том числе и обвиняемому (подозреваемому), их права и обеспечить возможность осуществления этих прав (ч.1 ст.11 УПК РФ), обеспечить подозреваемому и обвиняемому возможность защищаться установленными законом средствами и способами (п.11 ч.4 ст.46, п.21 ч.4 ст.47 УПК РФ), а также обеспечить охрану их личных и имущественных прав (ст.160 УПК РФ). Кроме того, данный принцип применяется в системной связи с другими положениями уголовно-процессуального закона, устанавливающими права и обязанности участников уголовного судопроизводства, и направлен исключительно на защиту их прав, свобод и охраняемых законом интересов. Так, к примеру, в соответствии с ч.5 ст.172 УПК РФ при предъявлении лицу обвинения следователь обязан разъяснить обвиняемому все его права, предусмотренные ст.47 УПК РФ, а суд в подготовительной части судебного заседания в соответствии со ст.267-270 УПК РФ разъясняет права подсудимому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, эксперту, специалисту. При этом несоблюдение положений, предусмотренных ч.1 комментируемой статьи, может быть основанием для отмены судебных решений. Так, президиум Нижегородского областного суда отменил состоявшиеся в отношении П.Н.И. судебные решения. Основанием к отмене послужили нарушения уголовно-процессуального закона. Как видно из протокола судебного заседания, суд, в нарушение положений ч.1 ст.11 УПК РФ, не разъяснил П.Н.И. права, предусмотренные ст.292 УПК РФ, и не выяснил, имелось ли у подсудимого ходатайство об участии в судебных прениях сторонКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление президиума от 25 июня 2009 года N 44-у-305/09 // СПС.
     
     

2. Правовую основу некоторых положений, регламентирующих охрану прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве, представляют нормы ст.51 Конституции РФ, международные нормативно-правовые акты (Рекомендации относительно международного сотрудничества в области предупреждения преступности и уголовного правосудия в контексте развития (разработаны VIII Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в 1990 году), Неапольская политическая декларация и Глобальный план действий против организованной транснациональной преступности (приняты на Всемирной конференции по организованной транснациональной преступности в ноябре 1994 года), Рекомендации N R (96) 8 по политике борьбы с преступностью в изменяющейся Европе (принята Советом Европы в 1996 году) и др.).
     

3. В положениях ч.2 комментируемой статьи существует императивная норма, свидетельствующая о том, что дознаватель, следователь, прокурор, суд, в том числе и должностное лицо органа дознания при производстве неотложных следственных действий, обязаны предупредить тех лиц, которые являются свидетелями по уголовному делу, что они обладают свидетельским иммунитетом и что их показания могут быть использованы в дальнейшем при производстве по уголовному делу. Понятие свидетельского иммунитета дано в п.40 ст.5 УПК РФ и связано со ст.51 Конституции РФ. (Более подробно см. комментарий к п.40 ст.5 настоящего Кодекса). Несоблюдение положений данной нормы свидетельствует о нарушении норм уголовно-процессуального кодекса РФ. Часть 2 ст.7 и ст.75 УПК РФ определяет недопустимость того или иного доказательства, которое было получено с данными нарушениями. Так, Судебная коллегия Верховного Суда РФ не выявила нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора. Из материалов дела усматривается, что в соответствии с ч.4 ст.281 УПК РФ заявленный в суде отказ потерпевшего или свидетеля от дачи показаний не препятствует оглашению его показаний, данных в ходе предварительного следствия, если эти показания получены в соответствии с требованиями ч.2 ст.11 УПК РФ. Из всех протоколов допроса К. следует, что она допрошена с соблюдением требований закона, ей разъяснялись положения ст.51 Конституции РФ и ее право не свидетельствовать против себя и своих близких родственников. От дачи показаний в ходе предварительного следствия она не отказываласьКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Но дача показаний лиц, которые становятся свидетелями при производстве по уголовному делу, является их процессуальной обязанностью, которая вытекает из положений ст.56 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.56 настоящего Кодекса). При даче показаний свидетель должен быть предупрежден, что он обладает свидетельским иммунитетом и может отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников. Кроме того, при согласии давать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: кассационное определение СК по УД ВС РФ от 2 февраля 2011 года N 87-О10-22.
     
     

4. Положения ч.3 комментируемой статьи носят принципиальное значение в вопросах, регламентирующих применение мер безопасности в отношении субъектов уголовного судопроизводства, которым угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением имущества либо иными опасными противоправными деяниями с целью причинения вреда. Основаниями для применения мер безопасности могут быть не только доказательства, свидетельствующие о применении насилия, об уничтожении или повреждении имущества, либо иные опасные противоправные деяния, которые могут причинить вред и которые имеются в материалах уголовных дел, но и соответствующие данные (сведения, в том числе полученные при помощи ОРД) о наличии угроз. Как правило, угроза должна быть связана не только с применением насилия, уничтожением или повреждением имущества, но и с иными опасными противоправными деяниями, такими как принуждение к даче показаний (ст.302 УК РФ), провокация взятки или коммерческого подкупа (ст.304 УК РФ), и с другими общественно опасными деяниями, предусмотренными статьями Особенной части УК РФ. Кроме того, меры безопасности могут быть применены не только в отношении участников уголовного судопроизводства, таких как потерпевший, свидетель, эксперт, специалист, переводчик, подозреваемый, обвиняемый (подсудимый, осужденный), которые содействовали следствию в раскрытии и расследовании преступления, в изобличении и уголовном преследовании других участников преступления, в розыске имущества, добытого в результате преступления, но и в отношении других участников уголовного судопроизводства. Данные меры безопасности распространяются на присяжных заседателей, а также на близких родственников (о понятии близких родственников см. п.4 ст.5 настоящего Кодекса), близких лиц (о понятии близких лиц см. п.3 ст.5 настоящего Кодекса), родственников (о понятии родственников см. п.37 ст.5 настоящего Кодекса), на всех перечисленных участников уголовного судопроизводства. Правом применения мер безопасности, в пределах своей компетенции, на судебной и досудебной части уголовного судопроизводства обладают суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь, начальник органа дознания, начальник подразделения органа дознания, дознаватель, а также должностное лицо оперативного подразделения органа дознания при производстве неотложных следственных действий. Так, в соответствии с п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 16, если в ходе исследования судом степени угрозы личной безопасности, которой подвергались подсудимый в результате сотрудничества со стороной обвинения, его близкие родственники, родственники и близкие лица (п.4 ч.4 ст.317.7 УПК РФ) установлено наличие оснований, предусмотренных в ч.3 ст.11 УПК РФ, суд вправе применить к ним любые меры государственной защиты потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, предусмотренные законодательством Российской Федерации, если такое решение не было принято органами предварительного расследования или прокуроромКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 года N 16 "О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве" // СПС.
     
     

5. УПК РФ предусматривает следующие меры безопасности, которые могут быть применены при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности при производстве по уголовному делу:
     
     1) приведение в протоколах следственных действий псевдонимов потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц вместо настоящих данных о личности (ч.9 ст.166);
     
     2) контроль и запись телефонных и иных переговоров, осуществляемая по письменному заявлению потерпевшего, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц или по решению суда (ч.2 ст.186);
     
     3) предъявление лица для опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым (ч.8 ст.193);
     
     4) проведение закрытого судебного разбирательства (п.4 ч.2 ст.241);
     
     5) проведение допроса свидетеля в судебном заседании в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками процесса, и без оглашения подлинных данных о его личности (ч.5 ст.278);
     
     6) иные меры безопасности, предусмотренные законодательством РФ. При этом в соответствии с Федеральным законом от 20 августа 2004 года N 119-ФЗ (в ред. от 30 ноября 2011 года) "О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства" в отношении защищаемого лица могут применяться одновременно несколько либо одна из следующих мер безопасности:
     
     а) личная охрана, охрана жилища и имущества;
     
     б) выдача специальных средств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности;
     
     в) обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице;
     
     г) переселение на другое место жительства;
     
     д) замена документов;
     
     е) изменение внешности;
     
     ж) изменение места работы (службы) или учебы;
     
     з) временное помещение в безопасное место.
     
     При этом меры безопасности с п."г" по п."ж" применяются только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях.
     

6. В соответствии с положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п.5 ст.5), Протокола N 7 к данной Конвенции (ст.3) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подп."а" п.3 ст.2, п.5 ст.9 и п.6 ст.14), закрепляющими право на компенсацию, принадлежащее каждому, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки. Кроме того, данное обстоятельство свидетельствует о наличии конституционной гарантии права на возмещение вреда всем лицам, которым причинен вред в результате нарушения их прав и свобод. Данное положение регламентировано и ст.53 Конституции РФ.
     

7. При осуществлении уголовного судопроизводства в случае причинения лицу вреда, который стал результатом нарушения прав и свобод этого лица при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности, суд, прокурор, следователь, дознаватель, орган дознания, при осуществлении неотложных следственных действий, в соответствии со ст.134 УПК РФ должны принять процессуальное решение о возмещении причиненного вреда. Кроме того, Конституционный Суд РФ в своих решениях говорит о том, что с учетом специфики правового статуса лиц, которым причинен вред при уголовном преследовании, - следует предусматривать наряду с общими гражданско-правовыми правилами компенсации вреда упрощающие процедуру восстановления прав реабилитированных лиц специальные публично-правовые механизмы, обусловленные тем, что гражданин, необоснованно подвергнутый от имени государства уголовному преследованию, нуждается в особых гарантиях защиты своих правКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Сам порядок и основания возмещения вреда, причиненного при производстве по уголовному делу, регламентированы гл.18 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к гл.18 настоящего Кодекса). Право на возмещение вреда, причиненного в результате уголовно-процессуальной деятельности, в соответствии с гл.18 УПК РФ имеют лица, обладающие правом на реабилитацию. Так, право на возмещение вреда в порядке гл.18 УПК РФ имеют подсудимый, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.1, 2, 5 и 6 ч.1 ст.24 и п.1 и 4-6 ч.1 ст.27 УПК РФ, осужденный, лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения. Потерпевшему лицу и иным субъектам уголовно-процессуальной деятельности, не обладающим статусом участников уголовного судопроизводства, возмещение вреда, причиненного в результате уголовно-процессуальной деятельности, в порядке гл.18 УПК РФ не предусмотрено. Возмещение вреда осуществляется в порядке гражданского судопроизводства. Кроме того, вред, который стал результатом нарушения прав и свобод лица при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности, в соответствии со ст.1070 ГК РФ возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, - за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Кроме того, Конституционный Суд РФ в своем постановлении от 17 октября 2011 года N 22-П указал, что жесткая обусловленность реабилитации незаконностью или необоснованностью уголовного преследования, усматриваемая правоприменителем в нормах п.34 ст.5 и ч.1 ст.133 УПК РФ при интерпретации последних вне системного единства с требованиями ст.6 и ч.4 ст.11 того же Кодекса, позволяет перекладывать компенсационно-восстановительные обязательства по делам частного обвинения во всех случаях на частного обвинителя (как это имело место в делах заявителей по настоящему делу)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановления Конституционного Суда РФ от 27 января 1993 года N 1-П, от 2 марта 2010 года N 5-П, от 19 июля 2011 года N 18-П, от 17 октября 2011 года N 22-П // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года N 22-П "По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ в связи с жалобами граждан В.А.Тихомировой, И.И.Тихомировой и И.Н.Сардыко" // СПС.
     
     

Комментарий к статье 12. Неприкосновенность жилища

1. Правовую основу комментируемой статьи составляют положения, предусмотренные ч.1 ст.8 ЕКПЧ, ст.17 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, а также ст.25 КРФ.
     

2. Положения ч.1 комментируемой статьи устанавливают, что производство такого следственного действия, как осмотр жилища, должно быть произведено только с согласия лиц, которые проживают в данном жилище. Если такого согласия нет, то осмотр жилища осуществляется только на основании судебного решения. При этом понятие жилища дается в п.10 ст.5 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к п.10 ст.5 настоящего Кодекса). Кроме того, согласно прецедентной практике решений, ЕСПЧ признал в качестве жилища фургоны, которые заявительница - цыганка разместила на принадлежащем ей участке земли и в которых проживала со своей семьейКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), транспортное средство, принадлежащее заявителям - журналистам, где наряду с их домами и офисами были произведены обыскиКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), адвокатскую конторуКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). При этом ЕСПЧ не признал составным элементом понятия жилища такой объект, как незастроенный земельный участокКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Ключевым признаком, регламентирующим понятие жилища, который используется для производства следственных и иных процессуальных действий, является использование жилого помещения в качестве жилища, а не средства передвижения в данный момент времени. Поэтому салон самолета, купе поезда, каюта корабля, салон автомобиля, прицепы, баржи, погреба, амбары, гаражи, земля на приусадебном участке и т.д. не попадают под понятие "жилище". Под понятие жилища попадают: индивидуальные жилые дома, квартиры, служебные жилые помещения, рабочие офисы, находящие в доме или квартире лица, комнаты в общежитии, гостиницах-приютах, гостиницах, санаториях, пансионатах, домах отдыха, кемпингах, туристических базах, отдельных палатах в больнице, домах маневренного фонда, специализированные дома для одиноких престарелых, дома-интернаты для инвалидов, ветеранов, жилища нетрадиционного типа (юрты, цыганские кибитки, яранги, чумы и т.д.), самовольно построенные дома, здания, построенные для постоянного проживания (сборно-разборные дома, помещения, которые специально приспособлены для жилья граждан, проживающих в них в период строительства, во время охотничьих промыслов, геологических изысканий), иные жилые помещения в других строениях, пригодные для постоянного или временного проживания, а также нежилые помещения, входящие в состав домовладения, имеющие внутреннее сообщение с домом (сараи, гаражи, амбары) и др.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление ЕСПЧ по делу "Бакли против Соединенного Королевства" от 25 сентября 1996 года // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 11 мая 2015 года).
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление ЕСПЧ по делу "Эрнст и другие против Бельгии" от 15 июля 2003 года // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 11 мая 2015 года).
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление ЕСПЧ по делу "Нимитц против Германии" от 16 декабря 1992 года // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 11 мая 2015 года).
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление ЕСПЧ по делу "Лоизиду против Турции" 18 декабря 1996 года // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 11 мая 2015 года).
     
     

3. Существенным положением, которое позволяет на законных основаниях произвести осмотр жилища, является согласие лиц, которые проживают в данном жилище на законных основаниях, при наличии правоустанавливающих документов, которые подтверждают аренду, найм, свидетельство о праве собственности, ордер и т.д. Так, надзорная инстанция признала приговор суда первой инстанции законным, обоснованным, а надзорную жалобу не подлежащей удовлетворению, в силу того, что доводы осужденного Г. о том, что осмотр квартиры, в ходе которого был изъят кухонный нож, проведен незаконно, без его разрешения, несостоятельны, поскольку, как видно из представленных материалов, потерпевшая с ребенком постоянно проживала в данной квартире, в связи с чем на основании ч.1 ст.12 УПК РФ имела право дать согласие на проведение осмотраКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Лица, которые занимают жилье противоправно, не вправе претендовать на неприкосновенность жилища. Их согласия на производство осмотра жилища не требуется. Несоблюдение данных положений свидетельствует о недопустимости полученного доказательства, и в силу ч.3 ст.7 и ст.75 УПК РФ оно не должно использоваться при производстве по уголовному делу. В результате производства осмотра жилища как следственного действия, в соответствии с ч.3 ст.177 УПК РФ, могут быть изъяты предметы, которые имеют отношение к делу.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Московского городского суда от 16 июля 2010 года N 4у/2-5067 // СПС.
     
     

4. Другим условием производства осмотра в жилище является судебное решение, которое дает право на законных основаниях произвести осмотр помещения. Основания производства данного следственного действия и порядок получения такого решения регламентирован п.4 ст.29 и ст.165 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к п.4 ст.29 и ст.165 настоящего Кодекса).
     

5. Основанием производства обыска и выемки в жилище является только судебное решение. Полномочия суда на производство обыска и выемки в жилище, а также порядок получения такого решения регламентирован п.5 ст.29 и ст.165 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к п.5 ст.29 и ст.165 настоящего Кодекса).
     
     

Комментарий к статье 13. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений

1. Правовая основа положений комментируемой статьи нашла свое отражение в международных нормативно-правовых актах, таких как ст.17 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, ст.8 ЕКПЧ. Кроме того, ст.23 Конституции РФ гарантирует каждому право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, допускает возможность ограничения этого права только на основании судебного решения. Данное положение регламентировано и в ряде федеральных законов, например в ст.8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", ст.11 Федерального закона "Об информации, информатизации и защите информации", ст.32 Федерального закона "О связи" и др. Отдельные положения, которые ограничивают переписку, телефонные и иные переговоры, почтовые, телеграфные и иные сообщения, содержатся в Правилах внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста РФ от 6 октября 2006 года N 311 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка воспитательных колоний уголовно-исполнительной системы", в приказе Минюста РФ от 14 октября 2005 года N 189 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", в правилах внутреннего распорядка специальных приемников для содержания лиц, арестованных в административном порядке, утвержденных приказом МВД России от 6 июня 2000 года N 605дсп. Некоторые вопросы процедуры вынесения судебных решений в рассматриваемых случаях разрешены Пленумом Верховного Суда от 24 декабря 1993 года в постановлении "О некоторых вопросах, связанных с применением статей 23 и 25 Конституции РФ". В частности, данным постановлением судам рекомендовано в соответствии с п.6 рассматривать материалы, направленные на ограничение тайны связи, незамедлительно.
     

2. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений представляет собой одну из составных частей права на неприкосновенность частной жизни (ч.1 ст.23 Конституции РФ) и в соответствии с решением Конституционного Суда РФ означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера. В понятие "частная жизнь" включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характерКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 9 июня 2005 года N 248-О // СПС.
     
     

3. В соответствии с решением Конституционного Суда РФ к информации, составляющей охраняемую Конституцией РФ тайну телефонных переговоров, относят любые сведения, передаваемые, сохраняемые и устанавливаемые с помощью телефонной аппаратуры, включая данные о входящих и исходящих сигналах соединения телефонных аппаратов конкретных пользователей связиКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Информацией, которая охраняется Конституцией РФ и получение которой возможно только на основании судебного решения, в том числе и в ходе досудебного производства, является информация о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами - сведения о дате, времени, продолжительности соединений между абонентами и (или) абонентскими устройствами (пользовательским оборудованием), о номерах абонентов, другие данные, позволяющие идентифицировать абонентов, а также сведения о номерах и месте расположения приемопередающих базовых станцийКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, к информации, составляющей охраняемую Конституцией РФ тайну, относится и информация в соответствующей переписке, почтовых, телеграфных и иных сообщениях. В этой связи, под нарушение тайны переписки может попадать изъятый у лица мобильный телефон, компьютер, а также информация, которая содержится в их электронной памяти. Дело в том, что понятие тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений связано с передаваемой информацией, которая защищает лишь те сведения, передаваемые по линиям связи (телефонные и иные переговоры по сетям электросвязи, пейджинговые каналы и иные технические каналы связи), которые регламентируют минимум двусторонние правоотношения с обязательным участием оператора связи (абоненты - оператор связи). Отдельным предметом, попадающим под охрану тайны телефонных и иных переговоров, является информация о входящих и исходящих сигналах соединений с мобильного телефона. Поэтому для раскрытия данной тайны необходимо судебное решение. Так, Судебная коллегия ВС РФ, проверив материалы дела, удовлетворила надзорное представление прокурора, поскольку в нем обоснованно указано, что в соответствии с ч.1 ст.186 УПК РФ контроль и запись телефонных переговоров подозреваемого, обвиняемого и других лиц допускается при производстве по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях на основании судебного решения. Согласно ч.2 ст.23 Конституции РФ каждый имеет право на тайну телефонных переговоров. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения. В соответствии с определением Конституционного Суда РФ от 2 октября 2003 года N 345-О информацией, составляющей охраняемую Конституцией РФ и действующими на территории России законами тайну телефонных переговоров, считаются любые сведения, передаваемые, сохраняемые и устанавливаемые с помощью телефонной аппаратуры, включая данные о входящих и исходящих сигналах соединения телефонных аппаратов конкретных пользователей связи. Вышеуказанные обстоятельства не были учтены судом при рассмотрении ходатайства следователя прокуратурыКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 2 октября 2003 года N 345-О // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 16 июля 2013 года N 1156-О // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Судебной коллегии ВС N 86-ДП07-11 // СПС.
     
     

4. Судебное решение, связанное с наложением ареста на корреспонденцию (почтовые, телеграфные отправления, телеграммы, бандероли, посылки, радиограммы и другие почтово-телеграфные отправления и т.д.), разрешение на ее осмотр и выемку в учреждениях связи, контроль и запись телефонных и иных переговоров, получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами в соответствии с п.8, 11, 12 ст.29 УПК РФ осуществляется судом в порядке, предусмотренном ст.165 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.165 настоящего Кодекса). Получение информации о соединениях между абонентами, абонентскими устройствами в качестве следственного действия может производиться только в отношении определенных абонентов и абонентских устройств. Так, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о получении информации, о которой указывает дознаватель. Как усматривается из представленных материалов, дознаватель ходатайствует о предоставлении данной информации в отношении соединений неопределенного круга лиц, в который могут входить и соединения абонентов, не имеющие значения для уголовного дела. Получение информации, о которой указывает дознаватель, может привести к необоснованному ограничению прав неопределенного числа граждан на тайну телефонных переговоров, что противоречит требованиям ст.23 Конституции РФ, ст.13 УПК РФ. При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения обжалуемого постановления, в том числе по доводам кассационного представления, судебная коллегия не усматриваетКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, в соответствии с ч.9 ст.31 УПК РФ судебное решение на получение разрешения, связанное с наложением ареста на корреспонденцию (почтовые, телеграфные отправления, телеграммы, бандероли, посылки, радиограммы и другие почтово-телеграфные отправления и т.д.), разрешение на ее осмотр и выемку в учреждениях связи, контроль и запись телефонных и иных переговоров, получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами принимает соответственно районный суд или гарнизонный военный суд.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 31 октября 2012 года N 22-14801/12.
     
     

5. Наложение ареста на корреспонденцию (почтовые, телеграфные отправления, телеграммы, бандероли, посылки, радиограммы и другие почтово-телеграфные отправления и т.д.), ее осмотр и выемку в учреждениях связи, контроль и запись телефонных и иных переговоров, получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами по своему содержанию являются следственными действиями и осуществляются в порядке, предусмотренном ст.182, 183, 185, 186, 186_1 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.182, 183, 185, 186, 186_1 настоящего Кодекса).
     

6. Проведение следственных и иных процессуальных действий, связанных с нарушением тайны переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, без судебного решения в соответствии с ч.3 ст.7 и ст.75 УПК РФ свидетельствует о недопустимости полученных доказательств по уголовному делу. Так, приговор районного суда был отменен в силу того, что в обвинительном приговоре, по которому осужден М., содержатся ссылки на протокол досмотра почтовых отправлений и фототаблицу к нему, а также акт изъятия почтовых отправлений, согласно которому изъятие посылки осуществлялось на основании ст.22 Федерального закона "О почтовой связи" и п.55 Правил оказания услуг почтовой связи. Ссылок на судебное решение, разрешающее вскрытие почтового отправления, указанные документы не содержат; отсутствуют такие ссылки и в приговоре суда. С учетом изложенного, Судебная коллегия признает протокол досмотра почтовых отправлений и фототаблицу к нему, а также акт изъятия почтовых отправлений, положенные в основу приговора районного суда, полученными с нарушением УПК РФКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Судебной коллегии ВС РФ от 10 октября 2012 года N 60-Д12-2.
     
     

7. Кроме того, незаконное нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан соответствующими лицами влечет за собой привлечение их согласно ст.138 УК РФ к уголовной ответственности. Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений имеет место в случае незаконного ознакомления с перепиской, почтовыми и телеграфными сообщениями, когда корреспонденция становится достоянием других лиц без согласия адресата.
     
     

Комментарий к статье 14. Презумпция невиновности

1. Презумпция невиновности как принцип уголовного судопроизводства нашел свое правовое определение не только в комментируемой статье, но и в ст.49 Конституции РФ. Кроме того, некоторые положения презумпции невиновности нашли свое отражение в качестве критерия справедливости в ч.2 ст.6 ЕКПЧ и в ее протоколах. По мнению ЕСПЧ, презумпция невиновности представляется как частный аспект требования справедливого судебного разбирательства или даже как проявление принципа верховенства праваКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление ЕСПЧ от 7 октября 1988 года по делу "Salabiaku v. France" // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 22.05.2015).
     
     

2. Сущность презумпции сводится к соблюдению правила, которое сводится к предположению, что лицо, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, считается виновным только в случае, если его признает таковым суд, в порядке, который установлен уголовно-процессуальным законодательством. Если исходить из общей теории права, то презумпция как правовая категория - это всегда вероятное предположение. Причем вероятность его истинности может быть как относительно высока, так и приближаться к абсолютному нулю. Презумпция, в первую очередь, это предположение относительно тех или иных обстоятельств, фактов. В этой связи презумпция может носить как императивный, так и диспозитивный характер. Кроме того, презумпция представляет собой и юридический фактКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Более подр. см.: Уголовно-процессуальное право: учебник / под общ.ред. В.М.Лебедева. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2014. С.332-333 (автор Качалов В.И.).
     
     

3. Содержание данного принципа в уголовном судопроизводстве условно делится на три основных положения. Первое положение состоит в том, что лицо, которое обвиняется в совершении инкриминируемого ему деяния, будет считаться невиновным до тех пор, пока его вина не будет установлена по определенным правилам доказывания, которые содержатся в уголовно-процессуальном законодательстве. Даже при судебном разбирательстве по уголовному делу суд не должен допускать как в приговоре, так и в ходе судебного разбирательства формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц. Данная позиция определена постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года N 1 "О судебном приговоре". Так, разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых, суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лицКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, суд должен принять при наличии определенных оснований процессуальное решение о виновности лица в совершении преступления, нашедшее отражение в форме приговора, вступившего в законную силу. В соответствии с решениями ЕСПЧ положениями п.2 ст.6 ЕКПЧ понятие презумпции невиновности распространяется не только на обвиняемого, подозреваемого, но и на субъектов иных правоотношений, в которых есть уголовно-правовой элементКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). В случае прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям (ввиду истечения сроков давности (ст.78 УК РФ и п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ), недостижения лицом возраста уголовной ответственности (ст.20 УК РФ), смерти подозреваемого и обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего (п.4 ст.1 ст.24 УПК РФ), акта амнистии (п.3 ч.1 ст.27 УПК РФ), примирения сторон (ст.76 УК РФ и ст.25 УПК РФ), в связи с деятельным раскаянием (ст.75 УК РФ и ст.28 УПК РФ)) в отношении обвиняемых, подозреваемых презумпция невиновности действует ограниченно. Они сами признают себя виновными в совершении инкриминируемых им преступлений. Право на реабилитацию данные участники уголовного судопроизводства не имеют. При этом в соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ от 28 октября 1996 года N 18-ПКС решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст.49 Конституции РФ. Вместе с тем прекращение уголовного дела вследствие изменения обстановки хотя и предполагает (в силу ч.1 ст.50 УК РСФСР) освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается правоприменительной практикой как основанная на материалах расследования констатация того, что лицо совершило деяние, содержавшее признаки преступления, и поэтому решение о прекращении дела не влечет за собой реабилитации лица (признания его невиновным), т.е. вопрос о его виновности остается открытымКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). В этой связи можно констатировать факт, что полностью принцип презумпции невиновности действует только в случае, когда виновность доказывается судом, который принимает процессуальное решение о виновности лица в совершении инкриминируемого деяния в форме приговора, вступившего в законную силу. Поэтому ключевым положением презумпции невиновности является факт признания лица виновным судом в судебном заседании, который принял такое процессуальное решение на основании доказанности его вины в порядке, установленном УПК РФ. В случае если обвинительный приговор, свидетельствующий о виновности лица в инкриминируемом ему преступлении, вынесен с нарушением правил подсудности, не тем составом суда, с нарушением права на защиту, а также с нарушениями норм УПК РФ, то действие презумпции невиновности также носит ограниченный характер. Лицо не может быть признано виновным в совершении преступления. Кроме того, процессуальное решение суда о виновности лица должно быть определено в приговоре, которое должно вступить в законную силу. В соответствии с ч.1 ст.390 УПК РФ приговор вступает в законную силу по истечении срока его обжалования в апелляционном порядке (10 суток), если он не был обжалован сторонами. (Более подробно см. комментарий к ч.1 ст.390 настоящего Кодекса). С этого момента лицо считается виновным в совершении инкриминируемого ему деяния. Действие презумпции невиновности с этого момента прекращается. Положения, связанные с действием принципа презумпции невиновности, которые определяют невиновность обвиняемого до тех пор, пока его вина не будет установлена по определенным правилам доказывания, установленным в порядке УПК РФ, действуют и при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Кроме того, данные положения действуют и при решении вопроса о выдаче лица для осуществления уголовного преследования. Так, в соответствии с п.30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2012 года N 11 суд не вправе предрешать вопрос о виновности или невиновности лица, в отношении которого предполагается направление запроса о выдаче или Российской Федерацией уже получен указанный запрос (ст.14 УПК РФ, ч.6 ст.463 УПК РФ, п.2 ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). В частности, формулировки принимаемых судебных решений не должны свидетельствовать об установленном факте совершения указанным лицом преступленияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Пленума ВС РФ от 29 апреля 1996 года N 1 "О Судебном приговоре" (в ред. постановлений Пленума ВС РФ от 6 февраля 2007 года N 7, от 16 апреля 2013 года N 11) // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как постановление от 21 февраля 1984 года по делу "Ozturkv. Germany" и др. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата образования 23.05.2015).
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 28 октября 1996 года "По делу о проверке конституционности статьи 6 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина О.В.Сушкова" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Пленума ВС РФ от 14 июня 2012 года N 11 (в ред. постановлений Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года N 41, от 3 марта 2015 года N 9) // СПС.
     
     

4. Второй элемент положения, регламентирующего содержание принципа презумпции невиновности, связан с наложением обязанности в доказывании виновности лица. В этом случае действуют следующие правила:
     
     1) подозреваемый, обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность в совершенном преступлении;
     
     2) бремя доказывания обвинения лежит на стороне обвинения;
     
     3) опровержение доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения;
     
     4) все сомнения в виновности обвиняемого должны быть устранены в порядке, предусмотренном УПК РФ;
     
     5) все сомнения в виновности обвиняемого, которые не устранены при производстве по уголовному делу, толкуются в пользу обвиняемого.
     
     Все положения принципа презумпции невиновности могут действовать как в совокупности, так и в отдельности. Но нарушение хотя бы одного из них влечет за собой незаконность принятого процессуального решения судом в форме приговора либо иного процессуального акта, а также иного процессуального решения, который принимается на досудебной части уголовного судопроизводства соответствующими участниками уголовного процесса.
     

5. Необязанность доказывать свою невиновность подозреваемым, обвиняемым порождает абсолютную монополию уголовно-процессуальной деятельности участников уголовного судопроизводства, которые обязаны доказывать как виновность лица в совершении преступления, так и его невиновность. Эта обязанность вытекает из ст.6 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ч.1 ст.6 настоящего Кодекса). Кроме того, данная обязанность вытекает и из публичности уголовного судопроизводства. Сама по себе необязанность доказывать свою невиновность лица в совершении преступления порождает ряд частных положений, которые закреплены в УПК РФ. Так, подозреваемый, в соответствии с п.2 ч.4 ст.46 УПК РФ вправе отказаться от дачи объяснений и показаний, а обвиняемый в соответствии с п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ вправе отказаться от дачи показаний. При этом свидетель в соответствии с п.1 ч.4 ст.56 УПК РФ вправе отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников. Все эти положения свидетельствуют о том, что презумпция невиновности представляет собой основание для отказа от фактической презумпции в доказывании по конкретным делам. Речь в данном случае идет о том, что если в гостинице у лица обнаружили пакет героина, то можно предположить, что данный пакет с героином принадлежит данному лицу, а не другому лицу, которое проживало до него, либо данный пакет с героином был подброшен кем-то другим. Во всяком случае, требовать от данного лица, в номере которого обнаружен пакет с героином, его собственную версию появления пакета с героином и основывать выводы о его виновности в приговоре на его версиях или на том, что он не дает по данному факту показания, является нарушением принципа презумпции невиновности, а также нарушением п.2 ст.6 ЕКПЧКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). В отечественном уголовном судопроизводстве элементом презумпции невиновности, как основания для отказа от фактической презумпции в доказывании по уголовным делам, является проверка алиби подозреваемого, обвиняемого.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как постановление от 20 марта 2001 года по делу "Telfner v. Austria" и др. http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 24.05.2015).
     
     

6. В соответствии с содержанием бремени доказывания, регламентирующего одну из составных частей принципа презумпции невиновности (ч.2 ст.14 УПК), прокурор, следователь, дознаватель, руководитель следственного органа, орган дознания, начальник подразделения органа дознания, частный обвинитель по делам частного обвинения осуществляют в обязательном порядке уголовно-процессуальную деятельность по доказыванию обстоятельств производства по уголовному делу, в том числе и деятельность по установлению как виновности лица в совершении преступления, так и его невиновности. Кроме того, данная уголовно-процессуальная обязанность этих участников уголовного судопроизводства свидетельствует о том, что они должны доказывать весь объем производства по уголовному делу, т.е. не только обстоятельства, перечисленные в ст.73 УПК, но и обстоятельства непричастности лица к совершению преступления (доказывание его доводов о непричастности к инкриминируемому деянию и т.д.) и другие обстоятельства. При этом бремя доказывания, которое регламентирует обязанность доказывания обвинения стороной обвинения, связано и со ст.13 ЕКПЧ. Положения данной статьи предусматривают, что каждый человек, чьи права и свободы нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном статусе. Данное положение устанавливает, что участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения, которые специально создаются государством, обязаны в максимальной степени произвести эффективное расследование с тем, чтобы виновные были обнаружены и наказаны. Если это не будет сделано, то общий, предусмотренный законом запрет, вопреки его фундаментальной важности, окажется практически неосуществимым. Поэтому если будет доказано, что предварительное расследование проведено неполно, с наличием следственных ошибок, в результате чего уголовное дело будет прекращено или постановлен оправдательный приговор, то ЕСПЧ имеет право признать государство виновным в нарушении ст.13 КонвенцииКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Следовательно, при производстве предварительного расследования необходимо подвергнуть исследованию не только те обстоятельства, которые входят в предмет доказывания, но и иные обстоятельства, которые могут возникнуть в процессе производства по уголовному делу, в том числе и обстоятельства, свидетельствующие о непричастности лица к совершенному преступлению. В связи с этим следователь, дознаватель и т.д., осуществляющие производство по уголовному делу, обязаны эффективно производить предварительное расследование по уголовному делу путем доказывания всех обстоятельств производства, с целью изобличения лиц, совершивших преступление. Кроме того, в случае если приговор суда основан на совокупности косвенных доказательств виновности обвиняемого в совершении преступления, то данное положение будет свидетельствовать о перемещении бремени доказывания на обвиняемого. Дело в том, что косвенные доказательства, устанавливая промежуточные факты, на основании которых уже можно сделать вывод об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, определяют взаимосвязь с обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, не столь очевидно, как при использовании прямых доказательств. При этом каждое из косвенных доказательств допускает неоднозначное истолкование его значения для доказываемых обстоятельств совершенного преступления. Для достоверного вывода о механизме происшествия необходима логическая цепь таких косвенных доказательств. Поэтому и бремя доказывания будет перемещаться на обвиняемого, а не на сторону обвинения.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) По данному вопросу см.: позицию ЕСПЧ, нашедшую свое отражение в деле "Ассенов против Болгарии" (1998 год), а также дело "Ильхан против Турции" (2000 год). См.: Европейский Суд по правам человека. Избранные постановления 1999-2001 годов и комментарии / отв.ред. Ю.Ю.Берестнев, А.В.Ковтун. М.: Юрид.лит-ра, 2002. С.49-85; и т.д.
     
     

7. Положения, регламентирующие одну из составных частей принципа презумпции невиновности, которая связана с тем, что опровержение доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежат на стороне обвинения, порождают ряд полномочий, которыми наделяется подозреваемый, обвиняемый в уголовном судопроизводстве. Все полномочия, которые касаются подозреваемого, определены в п.1, 4, 5, 9, 11 ч.4 ст.46 УПК РФ. Что же касается обвиняемого, то его полномочия определены в п.4, 5, 10, 11, 18, 21 ч.4 ст.47 УПК РФ. При этом подозреваемый и обвиняемый в соответствии с ч.2 ст.86 УПК РФ обладают полномочиями по собиранию доказательств в уголовном судопроизводстве. Кроме того, со всеми данными положениями подозреваемый, обвиняемый должен быть ознакомлен следователем, дознавателем и судом, а также ими должны быть эти положения разъяснены. В соответствии с данной частью принципа презумпции невиновности защитник подозреваемого, обвиняемого также наделяется в соответствии с ч.3 ст.86 УПК РФ полномочиями по собиранию доказательств. Все упомянутые положения способствуют выдвижению соответствующих доводов, версий стороной защиты: подозреваемым, обвиняемым и их защитниками. Обязанность опровержения выдвинутых доводов, версий лежит на стороне обвинения. Кроме того, суд должен исследовать в ходе судебного разбирательства по уголовному делу все возникшие версии.
     

8. Реализация одной из составных частей принципа презумпции невиновности, которая связана с тем, что опровержение доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, обязанность которого лежит на стороне обвинения, может порождать другую составную часть принципа презумпции невиновности, связанную с наличием сомнений в виновности обвиняемого. При этом все возникшие сомнения в уголовном судопроизводстве должны быть устранены в порядке, которые определены в УПК РФ. Речь в данном случае идет о тех способах устранения сомнений в виновности обвиняемого, которые регламентируют возможность проводить следственные и иные процессуальные действия при производстве по уголовному делу, в результате которых все сомнения могут быть устранены. Обязанность устранения всех сомнений возлагается на сторону обвинения. Но суд при принятии того или иного процессуального решения должен в ходе судебного рассмотрения уголовного дела все противоречия, которые имеются в материалах уголовного дела, выяснить и дать им соответствующую оценкуКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, в соответствии с п.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года N 1 (в ред. постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 года N 7, от 16 апреля 2013 года N 11) и ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение закреплено в п.4 постановления Пленума ВС РФ от 29 апреля 1996 года N 1 (в ред. постановлений Пленума ВС РФ от 6 февраля 2007 года N 7, от 16 апреля 2013 года N 11). Так, в названном постановлении отмечено, что "обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены".
     
     

9. Кроме того, все сомнения в виновности обвиняемого, которые не устранены при производстве по уголовному делу, толкуются в пользу самого обвиняемого. При этом в соответствии с позицией Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года N 1 все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в его пользу. По смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.
     

10. Третий элемент положения, регламентирующего содержание принципа презумпции невиновности, связан с обвинительным приговором, который не может быть основан на предположениях. Если обвинительный приговор основан на предположениях, то он подлежит отмене в связи с нарушением принципа презумпции невиновности. Так, в приговоре не были приведены какие-либо доказательства, подтверждающие обстоятельства подготовки лица к перевозке героина (помимо показаний самого подсудимого), наличие у него соучастников, а также свидетельствующие о распределении ролей между соучастниками. Таким образом, выводы суда о совершении лицом инкриминируемых ему преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору основаны лишь на предположениях, что противоречит основным принципам уголовного судопроизводства. Данное нарушение уголовно-процессуального закона повлекло неправильную квалификацию действий осужденного, а в соответствии с положениями ч.3 и 4 ст.14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, должны толковаться в пользу обвиняемого. Приговор суда не может быть основан на предположенияхКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: Кассационное определение СК ВС РФ от 11 февраля 2013 года N 5-013-2 // СПС.
     
     

Комментарий к статье 15. Состязательность сторон

1. Правовая основа реализации данного принципа нашла свое отражение в ст.123 Конституции РФ. Кроме того, некоторые положения состязательности сторон связаны с ч.1 ст.6 ЕКПЧ. При этом ЕСПЧ определяет состязательность как один из элементов справедливого правосудияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Так, в деле "Galich v. Russia" постановлением от 13 мая 2008 года определено, что справедливость подразумевает наличие состязательности процедуры, которая, в свою очередь, требует, чтобы суд не основывал свое решение на доказательствах, которые не стали доступными одной из сторон // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 25.05.2015).
     
     

2. Положения ч.1 комментируемой статьи носят императивный характер и свидетельствуют об осуществлении всего уголовного судопроизводства по уголовным делам на основе состязательности.
     

3. Содержание данного принципа состоит из трех основных положений. Первое положение, раскрывающее содержание принципа состязательности, связано с выделением функций уголовного судопроизводства и их разделением. При этом все функции уголовного судопроизводства разделены друг от друга и независимы друг от друга. Регламентация содержания данного положения принципа состязательности свидетельствует о выделении процессуального равенства сторон уголовного процесса. Кроме того, все функции в уголовном судопроизводстве проявляются посредством реализации соответствующих уголовно-процессуальных полномочий участников процесса. В соответствии с критерием разделения функций в уголовном судопроизводстве различают функцию обвинения, защиты и разрешения уголовного делаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) В соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы" определено, что согласно ст.123 (ч.3) Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Применительно к уголовному судопроизводству, как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, это означает, что функция разрешения уголовного дела отделена от функций обвинения и защиты и осуществление каждой из них возлагается на различных субъектов уголовного судопроизводства.
     
     
     Сама по себе функция обвинения осуществляется от имени государства, за исключением дел частного обвинения, где обвинителем выступает частный обвинитель. Содержание функции обвинения связано, в первую очередь, с уголовным преследованием по уголовным делам, которое осуществляется с целью изобличения подозреваемого, обвиняемого в свершении преступления (п.55 ст.5 УПК РФ). Кроме того, в постановлении Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П отмечено, что функция обвинения должна подчиняться предусмотренному УПК РФ порядку уголовного судопроизводства (ч.2 ст.1), следуя назначению и принципам уголовного судопроизводства, закрепленным данным Кодексом: они обязаны всеми имеющимися в их распоряжении средствами обеспечить охрану прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (ст.11), исходить в своей профессиональной деятельности из презумпции невиновности (ст.14), обеспечивать подозреваемому и обвиняемому право на защиту (ст.16), принимать решения в соответствии с требованиями законности, обоснованности и мотивированности (ст.7), в силу которых обвинение может быть признано обоснованным только при условии, что все противостоящие ему обстоятельства дела объективно исследованы и опровергнуты стороной обвиненияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: п.3 постановления Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П // СПС.
     
     
     Содержание функции защиты полностью расходится с функцией обвинения. Кроме того, являясь противоположностью функции обвинения, функция защиты сводится к защите от обвинения. Прежде всего она связана с защитой от уголовного преследования при производстве по уголовным делам. Реализуют данную функцию, в пределах соответствующих полномочий, участники уголовного судопроизводства со стороны защиты. Функция защиты не предполагает обязанность доказывать невиновность подозреваемого, обвиняемого в уголовном судопроизводстве. Речь в данном случае идет о дискреции защиты, которая предполагает выбор средств и способов защиты по собственному усмотрению стороной защиты. Кроме того, дискреция функции защиты в той или иной степени помогает реализовать принцип презумпции невиновности (ст.14 УПК РФ)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Разрешение уголовного дела - ключевая функция уголовного судопроизводства - по своему содержанию представляет собой реализацию судом правосудия по уголовным делам как одну из составных частей разрешения уголовных дел, прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования, применения к лицу принудительных мер медицинского характера, применения к лицу принудительных мер воспитательного воздействия и т.д. В соответствии с позицией Конституционного Суда РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты и создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ч.3 ст.15), а также устанавливает правовой статус лиц, представляющих в уголовном процессе стороны обвинения и защиты, исходя из существа возлагаемых на каждую из этих сторон процессуальных функций (гл.6 и 7), обеспечивая тем самым их реальное разделениеКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) На данной позиции стоит и Конституционный Суд РФ. Так, в своем постановлении от 29 июня 2004 года N 13-П он отмечает, что подозреваемый, обвиняемый не обязаны доказывать свою невиновность. Однако это не означает, что в случае отказа обвиняемого от участия в доказывании или неспособности по каким-либо причинам осуществлять его доказательства невиновности могут не устанавливаться и не исследоваться. То обстоятельство, что обвиняемый воспользовался названным конституционным правом, не может служить основанием ни для признания его виновным в инкриминируемом преступлении, ни для наступления каких-либо неблагоприятных последствий, связанных с применением процессуальных санкций, в том числе с ограничением возможности реализации им своих процессуальных прав.
     
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года N 13-П // СПС.
     
     

4. Второе положение принципа состязательности сторон связано с уголовно-процессуальной деятельностью суда как основного участника уголовного судопроизводства, который при реализации функции разрешения уголовного дела должен создать необходимые условия для исполнения сторонами обвинения, защиты и иными участниками уголовного судопроизводства своих процессуальных полномочий при производстве по уголовным делам. При реализации функции суда по разрешению уголовного дела и созданию необходимых условий сторонам для исполнения ими своих полномочий существенным положением является соотношение активизации роли суда в сфере доказывания по уголовным делам с ее реализуемыми функциями и полномочиями при производстве по уголовным делам. В первую очередь, активная роль суда при реализации своей функции и полномочий связана с участием в процессе доказывания по уголовным делам. Действующим уголовно-процессуальным законодательством (ст.86-88 УПК) суду предоставляется возможность наравне с участниками уголовного судопроизводства со стороны обвинения (следователем, дознавателем, прокурором, защитником) участвовать в собирании, проверке доказательств по уголовному делу. Кроме того, суд также по правилам ст.88 УПК оценивает доказательства. Хотя в силу ст.15 УПК, определяющей состязательную форму российского уголовного судопроизводства, суд должен только создать условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Но в судебном разбирательстве по уголовному делу модель активности сторон и пассивности суда, в чистом и последовательном виде, не характерна для континентального европейского уголовного процесса. Кроме того, ЕСПЧ ни разу в своих решениях не указал, что при производстве по уголовному делу суд должен играть пассивную роль в установлении истины по уголовному делу. Более того, ст.13 ЕКПЧ предполагает использовать эффективно все средства правовой защиты в государственном органе (судебный орган также является государственным органом). Кроме того, данная норма не позволяет суду пассивно участвовать в процессе доказывания по уголовному делу. Из обязанности государства обеспечить эффективное расследование с тем, чтобы были обнаружены и наказаны виновные, следует и обязанность суда эффективно произвести судебное следствие (с целью обнаружения виновных и их наказания) как способ установления доказательств при производстве по уголовному делу. Действующее уголовно-процессуальное законодательство как раз и предусматривает, что суд, участвуя в процессе доказывания в рамках состязательной формы уголовного судопроизводства, собирает, проверяет и оценивает доказательства как по собственной инициативе, так и по ходатайству сторонКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, Конституционный Суд РФ также подтвердил, что функция правосудия в уголовном процессе предполагает право суда по своей инициативе собирать доказательства в целях проверки доводов и доказательств сторонКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Более подробно об этом см.: Уголовно-процессуальное право: учебник / под общ.ред. В.М.Лебедева. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2014. С.311-313 (автор Качалов В.И.).
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Так, Конституционный Суд РФ отмечает, что для суда в публичном по своему характеру уголовном процессе предполагается законодательное наделение его правом проверять и оценивать с точки зрения относимости, допустимости и достоверности представленные сторонами обвинения и защиты доказательства как путем установления их источников и сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле либо представляемыми сторонами в судебном заседании, так и путем получения и исследования - в рамках обвинения, предъявленного подсудимому либо измененного в соответствии с уголовно-процессуальным законом, - иных доказательств, подтверждающих или опровергающих доказательство, проверяемое судом. См.: определение КС РФ от 20 ноября 2003 года N 451-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гр. Веккера С.В. на нарушение его конституционных прав положениями ст.86, 87, 235, 252, 253, 283 и 307 УПК РФ" // СПС.
     
     

5. Третьим элементом, который раскрывает содержание принципа состязательности сторон, является положение равноправия сторон обвинения и защиты при производстве по уголовным делам перед судом. Данное равноправие связано с предоставлением сторонам обвинения и защиты равных процессуальных прав и равных возможностей по выполнению своих процессуальных функций, которые реализуются посредством своих полномочий. Кроме того, равноправие сторон в уголовном судопроизводстве означает, что ни одна из сторон не может иметь перед судом преимуществ в доказывании, заявлении и удовлетворении ходатайств, никакие доводы сторон не могут иметь заранее установленной силы и т.д. При этом в практике Европейского Суда по правам человека равноправие и состязательность сторон означает, что обвинение и защита должны получать доступ к информации и иметь возможность комментировать приобщенные к делу замечания и представленные другой стороной доказательстваКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), доказательства могут оспариваться в присутствии обвиняемого на публичном слушании в ходе состязательной процедурыКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), каждой стороне предоставляются соответствующие возможности изложения своих доводов - включая доказательства - на условиях, которые не представляют сторону в более невыгодном свете, чем оппонентаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, положение равноправия сторон, по мнению ЕСПЧ, предписывает одинаковое обращение со свидетелями защиты и свидетелями обвинения в ходе уголовного разбирательства.Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный)
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: позицию ЕСПЧ в деле "Брандстетер против Австрии" (1991 год). // Право на справедливый суд в рамках Европейской конвенции о защите прав человека (статья 6) Interights. Руководство для юристов.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: позицию ЕСПЧ в деле "Барбера и другие против Испании" (1998 год) // Право на справедливый суд в рамках Европейской конвенции о защите прав человека (статья 6) Interights. Руководство для юристов.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: позицию ЕСПЧ в деле "Неумейштер против Австрии" (1968 год) // Право на справедливый суд в рамках Европейской конвенции о защите прав человека (статья 6) Interights. Руководство для юристов.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: позицию ЕСПЧ в деле "Бонич против Австрии 1985, Сара Линд Эгертсдоттир против Исландии 2007" // Право на справедливый суд в рамках Европейской конвенции о защите прав человека (статья 6) Interights. Руководство для юристов.
     
     

6. Из содержания принципа состязательности сторон вытекает положение о том, что все не доказанное стороной обвинения считается доказанным стороной защиты. Так, например, в соответствии с п.20 ст.5 УПК РФ под непричастностью понимается неустановленная причастность либо установленная непричастность лица к совершению преступления.
     
     

Комментарий к статье 16. Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту

1. Правовую основу действия данного принципа в уголовном судопроизводстве составляют ст.48, 49 Конституции РФ, которые гарантирует каждому право на получение квалифицированной юридической помощи, а в случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно (ч.1 ст.48 Конституции РФ). Кроме того, положения данного принципа провозглашаются и в международно-правовых актах: Международном пакте о гражданских и политических правах (подп."d" п.3 ст.14) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (подп."c" п.3 ст.6), в соответствии с которыми каждый при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения вправе защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника, а если он не имеет защитника, то вправе быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае, когда того требуют интересы правосудия, безвозмездно для него, когда у него недостаточно средств для оплаты этого защитника.
     

2. Все положения, которые регламентируют право подозреваемого, обвиняемого в уголовном судопроизводстве, касаются не только данных участников уголовного процесса, но и в соответствии с родовым понятием "обвиняемый", а также положениями ч.1 ст.47 УПК РФ подсудимого, осужденного. При этом весь спектр, составляющий право на защиту в отношении данных участников уголовного судопроизводства, может действовать как в совокупности, так и в отдельности при производстве по уголовным делам.
     

3. Обеспечение права на защиту в уголовном судопроизводстве является универсальным, сквозным принципом, который действует на всех частях и стадиях уголовного судопроизводстваКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, нарушение данного положения при производстве по уголовному делу представляет собой одну из судебных ошибок, связанную с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона (п.4 ч.2 ст.389_17 УПК РФ). Данное нарушение УПК РФ влечет за собой отмену либо изменение процессуального решения, которое реализуется в форме приговора, постановления или определения соответствующих участников уголовного процесса. Так, например, постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 17 октября 2012 года N 209-П дело об убийстве передано на новое кассационное рассмотрение, так как уголовное дело в отношении осужденного рассмотрено в кассационном порядке без адвоката, при этом данных о том, что осужденный письменно отказался от услуг защитника, в материалах дела не имеетсяКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение о действии принципа обеспечения права на защиту на всех стадиях уголовного судопроизводства нашло отражение в решениях Конституционного Суда РФ. Так, Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 26 декабря 2003 года N 20-П отметил, что "...данное право должно обеспечиваться ему на всех стадиях уголовного процесса, в том числе при производстве в надзорной инстанции, а также при исполнении приговора" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) СПС.
     
     

4. Нарушение принципа обеспечения подозреваемому, обвиняемому, подсудимому, осужденному права на защиту, влечет за собой отмену либо изменение итогового судебного решения вышестоящей судебной инстанцией при производстве по уголовным делам. Так, к примеру, в соответствии с п.4 ч.3 ст.389_17 УПК РФ безусловным основанием к отмене или изменению судебного решения является рассмотрение уголовного дела без участия защитника, если его участие является обязательным, или с иными нарушениями права обвиняемого пользоваться защитой с помощью защитника. Так, определением Судебной коллегии ВС РФ от 26 июля 2012 года N 53-Д12-14 дело о покушении на организацию незаконного сбыта наркотических средств, приготовлении к незаконному сбыту наркотических средств направлено на новое судебное рассмотрение, так как судом надзорной инстанции нарушено право осужденного на защитуКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Там же.
     
     

5. Содержание принципа обеспечения права на защиту включает в себя ряд положений, которые сами составляют определенные критерии институциональности (инструментальности) в уголовном судопроизводстве. Кроме того, некоторые положения состоят из самого содержания принципа обеспечения права на защиту, другие корреспондируются в нормах УПК РФ, а некоторые регламентируются Конституцией РФ и международными нормативными правовыми актами. Содержание принципа обеспечения подозреваемому и обвиняемому права на защиту включает в себя следующее:
     
     1) обязанности обеспечить право на защиту подозреваемому, обвиняемому в уголовном судопроизводстве. В силу публичности уголовно-процессуальных отношений обязанность на обеспечение права на защиту возлагается на государство;
     
     2) право на защиту подозреваемого, обвиняемого в уголовном судопроизводстве может быть осуществлено лично подозреваемым, обвиняемым; с помощью защитника; с помощью законного представителя;
     
     3) право на защиту, которое связано с оказанием квалифицированной юридической помощи при производстве по уголовному делу;
     
     4) обязанность суда, прокурора, следователя, дознавателя разъяснить подозреваемому, обвиняемому их право защищаться всеми не запрещенными нормами УПК РФ способами и средствами;
     
     5) из вышеназванного элемента содержания права на защиту вытекает одна из составляющих права на защиту - осознание подозреваемым, обвиняемым наличия у них права защищаться всеми способами и средствами, не запрещенными нормами УПК РФ;
     
     6) наделение подозреваемого, обвиняемого всеми процессуальными правами, которые позволяют обеспечить не только реализацию права на защиту, но и нормальное положение подозреваемого, обвиняемого в случае избрания и применения в отношения них мер уголовно-процессуального принуждения при производстве по уголовному делу;
     
     7) обеспечение реальной возможностью пользоваться помощью защитника, в том числе и бесплатно, а в случаях, предусмотренных законом, - также законного представителя, которые наделены процессуальными правами и обязанностями, обеспечивающими достижение целей их участия в уголовном судопроизводстве. Участие защитника и (или) законного представителя подозреваемого, обвиняемого обеспечивается должностными лицами, ответственными за производство по делу;
     
     8) действие презумпции невиновности при производстве по уголовным делам.
     
     Практика ЕСПЧ с учетом положений ЕКПЧ в качестве дополнительных элементов, которые составляют содержание принципа права на защиту, выделяет следующие элементы:
     
     а) стандарты "добросовестного, сознательного и разумного отказа" от защитникаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как дело "Talat Tunc v. Turkey", постановление от 27 марта 2007 года; дело "Jones v. the United Kingdom", постановление от 9 сентября 2003 года; дело "Rishcalnikov v. Russia", постановление от 24 сентября 2009 года; и др. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 27.05.2015).
     
     
     б) право на беспрепятственную коммуникацию обвиняемого с выбранным или назначенным защитникомКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как дело "Moiseev v. Russia", постановление от 9 октября 2008 года; дело "S. v. Switzerland", постановление от 28 ноября 1991 года; дело "Castravet v. Moldova", постановление от 13 марта 2007 года; и др. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 27.05.2015).
     
     
     в) конфиденциальность коммуникации адвоката-защитника с обвиняемым и сведений, полученных защитником в ходе такого общения (адвокатская тайна)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как дело "Smirnov v. Russia", постановление от 7 июля 2007 года; дело "Kempers v. Austria", постановление от 27 февраля 1997 года; дело "Lantz v. Austria", постановление от 21 января 2002 года; и др. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 27.05.2015).
     
     
     г) право обвиняемого и его защитника на доступ к материалам уголовного дела и на получение необходимых копий процессуальных документовКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как дело "Foucher v. France", постановление от 18 марта 1997 года; дело "Kremzow v. Austria", постановление от 27 февраля 1997 года; дело "Mirialashvili v. Russia", постановление от 11 декабря 2008 года; и др. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 27.05.2015).
     
     
     д) право на своевременность встреч с защитникомКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный);
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как дело "Mayzit v. Russia", постановление от 20 января 2005 года; дело "Bogumil v. Portugal", постановление от 7 октября 2007 года; и др. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 27.05.2015).
     
     
     е) право подозреваемого, обвиняемого на свободный выбор защитникаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как дело "Popov v. Russia", постановление от 13 июля 2006 года; дело "Groissant v. Germany", постановление от 25 сентября 1992 года; и др. // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 27.05.2015).
     
     
     При этом некоторые положения дополнительных элементов, которые составляют содержание принципа права на защиту, нашедшие свое отражение в решениях ЕСПЧ, определены в действующем уголовно-процессуальном законодательстве РФ.
     

6. Одним из существенных положений, регламентирующих право подозреваемого, обвиняемого на защиту является получение квалифицированной юридической помощи. В соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 1997 года N 2-П право пользоваться помощью адвоката (защитника) является одним из проявлений более общего права - на получение квалифицированной юридической помощи. Данный элемент права на защиту гарантирован государством. Кроме того, это право корреспондируется с ч.1 ст.48 Конституции РФ. Данный элемент права на защиту обязывает государство реализовывать как организационные, так и собственно процессуальные действия по уголовным делам, направленные на достижение этого положения. Кроме того, обязательства государства по реализации данного положения права на защиту и составляют ее содержательную часть. Во-первых, право на получение именно квалифицированной юридической помощи обязывает государство создать соответствующие условия, которые способствовали бы подготовке квалифицированных юристов для оказания гражданам различных видов юридической помощи, в том числе в уголовном судопроизводстве, и во-вторых, установить с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерииКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, оно позволяет суду, следователю, дознавателю заменить защитника-адвоката по назначению, в случае если он не оказывает квалифицированную помощь подозреваемому, обвиняемому по уголовному делу либо уголовно-процессуальная деятельность защитника противоречат позиции подозреваемого, обвиняемогоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме всего, сама юридическая помощь по уголовным делам должна осуществляться подозреваемым, обвиняемым на конфиденциальной, доверительной основе в форме консультаций и конкретных действий по отстаиванию его прав и законных интересовКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло отражение в решении Конституционного Суда РФ. См.: постановление Конституционного Суда РФ от 28 января 1997 года N 2-П // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Аналогичная позиция была высказана и Конституционным Судом РФ в постановлении от 28 января 1997 года N 2-П. Так, Конституционный Суд отмечает, что "участие в качестве защитника в ходе предварительного расследования дела любого лица по выбору подозреваемого или обвиняемого может привести к тому, что защитником окажется лицо, не обладающее необходимыми профессиональными навыками, что несовместимо с задачами правосудия и обязанностью государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 27 марта 1996 года N 8-П // СПС.
     
     

7. Реализация права на защиту в уголовном судопроизводстве может осуществляться лично обвиняемым (подозреваемым), подсудимым, осужденным, с помощью защитника либо с помощью законного представителя. При этом в качестве защитника подозреваемого, обвиняемого, а также подсудимого или осужденного в соответствии с положениями ч.2 ст.49 УПК РФ могут выступать: адвокат, при наличии ордераКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) и удостоверения личности адвокатаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный); один из близких родственников обвиняемого по определению суда или постановлению судьи, о допуске которого ходатайствует обвиняемый, но наряду с адвокатом; иное лицо по определению или постановлению суда, о допуске которого ходатайствует обвиняемый, но наряду с адвокатом. Если защитник - адвокат участвовал в суде первой инстанции, ему принадлежит право принесения апелляционной жалобы без дополнительного ордера. В этих случаях защитник пользуется правом на принесение апелляционной жалобы независимо от того, просит об этом осужденный или нет. Данное положение вытекает из анализа нормы п.10 ч.1 ст.53 УПК РФ. Но во всех случаях защитник осужденного или оправданного, обладая своим правом на апелляционное обжалование, должен согласовать свою позицию с лицом, права и интересы которого он защищает, т.е. осужденным или оправданным. При производстве по уголовному делу в суде апелляционной инстанции участие защитника в судебном заседании обязательно в случаях, указанных в ст.51 УПК РФ (п.4 ч.1 ст.389_12 УПК РФ). Кроме того, суд апелляционной инстанции при назначении судебного заседания должен проверить наличие защитника у осужденного (оправданного), и в случае его отсутствия назначить защитника и обеспечить его участие в суде апелляционной инстанцииКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). При этом обвиняемый (подозреваемый), подсудимый, осужденный имеет право на самостоятельный выбор защитникаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Все полномочия защитника определены в ст.53 УПК РФ. (Более подробно см. об этом комментарий к ст.53 настоящего Кодекса). В соответствии с п.2, 3 Кодекса поведения для юристов в Европейском сообществеКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) адвокатской деятельностью будут являться условия, при которых клиент может свободно сообщать адвокату сведения, которые не сообщил бы другим лицам, и сохранение адвокатом как получателем информации ее конфиденциальности, поскольку без уверенности в конфиденциальности не может быть доверия; требованием конфиденциальности определяются права и обязанности юриста, имеющие фундаментальное значение для его профессиональной деятельности; юрист должен соблюдать конфиденциальность в отношении всей информации, предоставленной ему самим клиентом или полученной им относительно его клиента или других лиц в ходе предоставления юридических услуг; при этом обязательства, связанные с конфиденциальностью, не ограничены во времени.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Понятие, форма ордера на ведение уголовного (гражданского, арбитражного, гражданского или административного) дела определены приказом Минюста России от 10 апреля 2013 года N 47 "Об утверждении формы ордера" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Понятие, форма удостоверения адвоката определены приказом Минюста России от 5 февраля 2008 года N 20 "Об утверждении Административного регламента исполнения территориальными органами Федеральной регистрационной службы государственной функции по ведению реестра адвокатов субъекта РФ и выдаче адвокатам удостоверений" // РГ. 2008. N 4648. 25 апр.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данная позиция отражена и в ч.10 постановления Пленума ВС РФ N 26 от 27 ноября 2012 года "О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 27 марта 1996 года "По делу о проверке конституционности статей 1 и 21 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года "О государственной тайне" в связи с жалобами граждан В.М.Гурджиянца, В.Н.Синцова, В.Н.Бугрова и А.К.Никитина", а также определение Конституционного Суда РФ от 6 июля 2000 года N 128-О // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Принят 28 октября 1988 года Советом коллегий адвокатов и юридических сообществ Европейского союза в Страсбурге // СПС.
     
     
     Согласно Основным принципам, касающимся роли юристовКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный), правительствам надлежит признавать и обеспечивать конфиденциальный характер любых консультаций и отношений, складывающихся между юристами и их клиентами в процессе оказания профессиональной юридической помощи. Еще одним из критериев, связанных с осуществлением права на защиту с помощью защитника, является положение, которое регламентирует бесплатную юридическую помощь при производстве по уголовным делам в предусмотренных законом случаях. При этом в УПК РФ регламентирован порядок и условия обеспечения обвиняемому права на помощь защитника (адвоката), в том числе по назначению (ст.16, 47, 49-52 УПК РФ), возможность освобождения обвиняемого (подозреваемого) от возмещения расходов на оплату труда адвоката в случаях отказа от его помощи, реабилитация обвиняемого или его имущественной несостоятельности (ч.4-6 ст.132 УПК РФ), отнесение расходов на оплату труда адвоката в случае его участия в уголовном судопроизводстве по назначению к процессуальным издержкам (п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ), которые могут быть взысканы с осужденного по решению суда после разрешения уголовного дела по существу, о чем указывается в резолютивной части приговора (ч.2 ст.132, п.13 ч.1 ст.299 и п.3 ч.1 ст.309 УПК РФ).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Приняты 7 сентября 1990 года восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями // СПС.
     
     

8. Сам процессуальный порядок разъяснения судом, прокурором, следователем и дознавателем прав подозреваемому, обвиняемому, подсудимому, осужденному регламентирован нормами УПК РФ. Время и порядок разъяснения прав данным участникам уголовного судопроизводства предусматривается ч.6 ст.47, ч.1 ст.92, ст.172 и др. (см. подробнее комментарий к данным статьям).
     

9. Во всех случаях судам надлежит реагировать на каждое выявленное нарушение или ограничение права обвиняемого на защиту. При наличии к тому оснований суд, в частности, вправе признать полученные доказательства недопустимыми (ст.75 УПК РФ), возвратить уголовное дело прокурору в порядке, установленном ст.237 УПК РФ (ч.3 ст.389_22, ч.3 ст.401_15 УПК РФ), изменить или отменить судебное решение (ст.389_17, ч.1 ст.401_15 УПК РФ) и (или) вынести частное определение (постановление), в котором обратить внимание органов дознания, предварительного следствия, соответствующей адвокатской палаты или нижестоящего суда на факты нарушений закона, требующие принятия необходимых мер (ч.4 ст.29 УПК РФ)Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: п.18 постановления Пленума ВС РФ от 30 июня 2015 года N 29 "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве" // СПС.
     
     

Комментарий к статье 17. Свобода оценки доказательств

1. Свободная оценка доказательств в уголовном процессе представляет собой собственно процессуальный принцип, который закрепляется только нормами УПК РФ, но при этом часть положений данного принципа нашла свое отражение и в ч.2 ст.50 УПК РФ - относительно доказательств, использование которых при осуществлении правосудия не допускается, если они получены с нарушениями федерального закона.
     

2. Существенным положением содержания данного принципа является метод, на основании которого оцениваются доказательства в уголовном судопроизводстве, - внутренне убеждение. Сам по себе метод (греч. methodos), как способ познания, который связан с внутренним убеждением, представляет собой личностное, внутреннее явление, соответствующее мнение по поводу имеющихся в уголовном деле доказательств. Мнение основывается на убеждении лица, которое позволяет соответствующему участнику уголовного судопроизводства (судье, присяжным заседателям, прокурору, следователю и дознавателю) принять соответствующие процессуальные решения либо совершить соответствующие процессуальные действия в уголовном судопроизводстве. Кроме того, данное убеждение основывается не на отвлеченном мнении, а на оценке каждого из доказательств, а также и всей их совокупности в целом при производстве по уголовным делам. Данное положение согласно определению Конституционного Суда РФ от 12 июля 2005 года N 323-О "...должно исключать принятие произвольных, необоснованных решений"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: п.2 определения Конституционного Суда РФ от 12 июля 2005 года N 323-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шейченко Владислава Игоревича на нарушение его конституционных прав статьями 17, 88, 234 и 235 Уголовно-процессуального кодекса РФ" // СПС.
     
     

3. Ключевыми факторами, которые влияют на внутреннее убеждение судьи, присяжных заседателей, прокурора, следователя и дознавателя, являются закон и совесть. Ссылка на закон позволяет сформировать внутреннее убеждение о том, что любое доказательство в уголовном деле, побуждающее судью, присяжных заседателей, прокурора, следователя и дознавателя к принятию процессуального решения или совершения процессуального действия, уже в соответствии со ст.88 УПК РФ оценено с точки зрения их соответствия относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства - с точки зрения их достаточности. (Более подробно см. комментарий к ст.88 настоящего Кодекса). При этом, по мнению Конституционного Суда РФ, согласно Определению от 18 июля 2006 года N 289-О, такое нормативное закрепление оценки доказательств "направлено на обеспечение действия провозглашенного в ст.120 Конституции РФ принципа независимости судей при осуществлении правосудия, исключение какого бы то ни было незаконного воздействия на суд, следователя и других лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, с целью понуждения их к принятию определенного решения"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, закон, который формирует внутреннее убеждение при оценке доказательств, изначально предполагает, что доказательства, полученные с нарушением требований норм УПК РФ, будут признаны недопустимыми должностными лицами, ответственными за производство по делу, и не будут приниматься во внимание. Положения ст.17 в совокупности со ст.75, 88 УПК РФ не содержат положений, которые позволяли бы при проведении предварительного расследования и при рассмотрении уголовного дела в суде основываться на доказательствах, полученных с нарушением закона, и освобождали бы суд от обязанности исследовать доводы участников судебного разбирательства о признании тех или иных доказательств не имеющими юридической силы ввиду того, что они были получены с нарушением закона, а при возникновении сомнений в относимости, допустимости или достоверности этих доказательств - отвергнуть их, как того требует ч.2 ст.50 Конституции РФ.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: п.2 определения Конституционного Суда РФ от 18 июля 2006 года N 289-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Слепухина Андрея Юрьевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 17 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" // СПС.
     
     

4. Другим фактором, влияющим на формирование внутреннего убеждения, является нравственный критерий - совесть.
     

5. Судья, прокурор, следователь, дознаватель, в производстве которых находится уголовное дело, исходя из принципа свободной оценки доказательств, не связаны с той оценкой доказательств, которая была до этого дана другими участниками уголовного судопроизводства, в производстве которых находилось уголовное дело. Исключение составляют правила о преюдиции. Преюдиция означает, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки, если эти обстоятельства не вызывают сомнений у суда. (Более подробно см. комментарий к ст.90 настоящего Кодекса).
     

6. Оценка доказательств реализуется в процессе всего производства по уголовному делу, на всех частях и стадиях уголовного судопроизводства. Принцип свободной оценки доказательств един на всех стадиях, методом которой является внутреннее убеждение.
     

7. Существенное положение свободной оценки доказательств - положение о том, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. В этой связи нормы УПК РФ не регламентируют правила о преимуществах одних доказательств над другими и нормативно не устанавливают требования о количестве доказательств, необходимых для разрешения дела. Но при этом в описательно-мотивировочной части приговора суд в соответствии с п.4 ст.305 и п.2 и 4 ст.307 УПК РФ обязан дать оценку исследованным им доказательствам и указать, почему он принимает за основу своего решения одни доказательства и отвергает другие. Невыполнение данного положения на основании п.3 ст.389_16 УПК РФ и в соответствии с п.1 ст.389_15 УПК РФ влечет за собой отмену или изменение судебного решения. Кроме того, в соответствии с п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года N 1 "О судебном приговоре" в приговоре необходимо привести всесторонний анализ доказательств, на которых суд основал выводы, при этом должны получить оценку все доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого. В случаях когда в деле имеется несколько заключений экспертов, содержащих различные выводы по одним и тем же вопросам, суду следует дать в приговоре оценку каждому из них в совокупности с другими доказательствами по делу и привести мотивы, по которым он согласился с одним из заключений и отверг другиеКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Так, например, определением Судебной коллегии ВС РФ от 7 ноября 2007 года N 34-О07-32 дело о мошенничестве, фальсификации доказательств направлено на новое судебное разбирательство, так как в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни из доказательств и отверг другие; выводы суда содержат существенные противоречия, которые повлияли на правильность применения закона и определение меры наказанияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Пленума ВС РФ от 29 апреля 1996 года N 1 "О судебном приговоре" // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) СПС.
     
     

Комментарий к статье 18. Язык уголовного судопроизводства

1. Принцип языка уголовного судопроизводства по своей сущности определен в ч.1 ст.68, ч.2 ст.26 Конституции РФ. Кроме того, некоторые положения данного принципа корреспондированы в п.4 ч.1 ст.3 Федерального закона от 1 июня 2005 года "О государственном языке Российской Федерации", а также Закона РФ от 25 октября 1991 года "О языках народов Российской Федерации". В международных нормативно-правовых актах положения, регламентирующие содержание принципа языка уголовного судопроизводства, нашли свое отражение в ч.2 ст.5, п."е" ч.3 ст.6 ЕКПЧ и в ее протоколах.
     

2. Схожий по своей юридической природе с принципом охраны прав и свобод человека в уголовном судопроизводстве, комментируемый принцип имеет свою правовую природу, сущностное назначение и содержание. Как и все принципы, он действует на все части, стадии уголовного судопроизводства и имеет прямое действие на всей территории России. Являясь одной из составных частей неотъемлемого права и свободы человека и гражданина, в соответствии со ст.18 Конституции РФ данный принцип является непосредственно действующим. Поэтому несоблюдение положений данного принципа при производстве следственных и иных процессуальных действий как на досудебной, так и на судебной части уголовного судопроизводства представляет собой нарушение гарантированных Конституцией РФ прав человека и гражданина. В этой связи в соответствии с ч.2 ст.50 Конституции РФ, а также ч.3 ст.7 и ст.75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением уголовно-процессуального законодательства, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ. Данное положение нашло отражение и п.16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года N 8: "...доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, несоблюдение положений данного принципа влечет за собой отмену либо изменение судебного решения на основании п.2 ст.389_15 УПК РФ и в соответствии с п.1 ст.389_17 УПК РФ. Так, осужденному А. были разъяснены его права, предусмотренные ч.2 ст.18 УПК РФ. При этом он заявил, что русским языком владеет и в услугах переводчика не нуждается. В связи с таким заявлением А. переводчик к участию в деле не был привлечен. После окончания прений сторон председательствующим было предоставлено А. последнее слово, и он заявил, что с последним словом он желает выступить на родном (ингушском) языке. При рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания суд удостоверил, что А. в последнем слове выступал на ингушском языке. Предоставив А. возможность выступить с последним словом на ингушском языке, суд фактически признал, что тот нуждается в переводчике, и поручил перевод его выступления секретарю судебного заседания, нарушив тем самым право А. на защиту. Допущенное нарушение, как лишающее гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, влечет отмену приговораКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Пленума ВС РФ от 31 октября 1995 года N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" (в ред. постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 года N 5; от 16 апреля 2013 года N 9; от 3 марта 2015 года N 9) // СПС.
     

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Судебной коллегии ВС РФ от 9 февраля 2011 года N 26-Д10-10 // СПС.
     
     

3. Положения ч.1 комментируемой статьи устанавливают, что существует альтернатива языка ведения уголовного судопроизводства. Производство по уголовным делам на всей территории России ведется на русском языке. Кроме того, согласно с ст.1 и п.4 ч.1 ст.3 Федерального закона "О государственном языке Российской Федерации" обязательному исполнению подлежит производство на государственном языке, которым является русский, при осуществлении: уголовного судопроизводства, делопроизводства в федеральных судах, судопроизводство и делопроизводство у мировых судей и в других судах субъектов РФ. В качестве альтернативы в уголовном судопроизводстве возможно производство на государственных языках республик, входящих в Российскую Федерацию, но только в случаях, предусмотренных ч.2 ст.68 Конституции РФ. Речь в данном случае идет о 22 республиках, которые входят в состав России. Кроме того, положения комментируемой статьи регламентируют обязательные требования к языку ведения уголовного судопроизводства. В этой связи уголовное судопроизводство по уголовным делам должно вестись только на русском языке в Верховном Суде РФ, а также в военных судах (гарнизонных военных судах, окружных (флотских) военных судах).
     

4. Положения ч.2 ст.26 Конституции РФ о том, что каждому гарантируется право на пользование родным языком, конкретизированы в ч.2 комментируемой статьи. Нормы данной статьи носят императивный характер в уголовном судопроизводстве и возлагают на государство в лице суда, прокурора, следователя, дознавателя, осуществляющих производство по уголовному делу, обязанность реализовать положения комментируемой статьи. В этой связи суд, прокурор, следователь, дознаватель, осуществляющие производство по уголовному делу, должны в отношении участников уголовного судопроизводства, которые не владеют или недостаточно владеют языком, на котором ведется производство по уголовному делу, разъяснить и обеспечить право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика в порядке, установленном нормами УПК РФ. При этом и документы, подлежащие обязательному вручению обвиняемому, должны быть переведены на его родной язык или на язык, которым он владеет.
     

5. Существенной проблемой при реализации положений ч.3 и 2 комментируемой статьи является определение у соответствующего участника уголовного судопроизводства степени достаточности владения языком, на котором ведется уголовное судопроизводство. Законодатель критериев владения языком уголовного судопроизводства не устанавливает. Как правило, основным критерием, позволяющим установить степень владения языком, является мнение самого участника уголовного процесса по поводу восприятия им как письменной, так и устной речи уголовного судопроизводства, а также возможности изъясняться на этом языке. В проблемную группу входят и немые, глухонемые, глухие. Не владеющими языком судопроизводства традиционно признаются лица, которые не могут изъясняться на данном языке и не понимают устную речь на языке судопроизводства. Кроме того, нередко при производстве по уголовным делам возможны случаи, связанные со злоупотреблением правом, предоставленным УПК РФ данным участникам уголовного судопроизводства. В этой ситуации в соответствии с определением Конституционного Суда от 20 июня 2006 года N 219-О "...органы предварительного расследования, прокурор и суд своими мотивированными решениями вправе отклонить ходатайство об обеспечении тому или иному участнику судопроизводства помощи переводчика, если материалами дела будет подтверждаться, что такое ходатайство явилось результатом злоупотребления правом"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 20 июня 2006 года N 219-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мухаметшина Аниса Нигматулловича на нарушение его конституционных прав частями второй и третьей статьи 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" // СПС.
     
     

6. Положения комментируемой статьи коррелируют с соответствующими положениями Федерального закона "О государственном языке Российской Федерации", Закона РФ "О языках народов Российской Федерации" об обязанности по обеспечению лицам, не владеющим государственным языком Российской Федерации, права на пользование услугами переводчиков. Понятие переводчика определено в ст.59 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.59 настоящего Кодекса). Кроме того, положения комментируемых норм определяют, что лица, участвующие в деле и не владеющие языком, на котором ведутся судопроизводство и делопроизводство в судах, а также делопроизводство в правоохранительных органах, вправе выступать и давать объяснения на родном языке или на любом свободно избранном ими языке общения, а также пользоваться услугами переводчика. При этом важнейшей гарантией прав лиц, не владеющих языком уголовного судопроизводства, является правило о том, что они пользуются помощью переводчика бесплатно. Это правило находит свое отражение в ч.2 комментируемой статьи, п.7 ч.2 ст.42, п.6 ч.4 ст.44, п.7 ч.4 ст.46, п.7 ч.4 ст.47 и др. Процессуальные издержки, связанные с участием в уголовном деле переводчика, возмещаются за счет средств федерального бюджета и не могут быть взысканы даже с осужденного.
     

7. Переводу на родной язык или язык, которым владеет соответствующий участник уголовного судопроизводства, подлежат не все материалы уголовного дела, а лишь те, которые подлежат обязательному вручению данному участнику уголовного судопроизводстваКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как дело "Камасинский против Австрии" 1989 года // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 28.05.2015).
     
     

8. Согласно правовым позициям ЕСПЧ в обязанности судьи входит обязанность удостовериться в том, что отсутствие переводчика не нанесло ущерб полноценному участию обвиняемого в решении вопросов, имеющих для него ключевое значениеКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, обязанности ответственных органов власти не ограничиваются одним лишь назначением переводчика - они могут распространяться на осуществление определенного контроля над последовательной адекватностью перевода. Это может включать в себя, например, замену несоответствующего требованиям переводчика.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данное положение нашло свое отражение в таких решениях ЕСПЧ, как дело "Кускани против Соединенного Королевства" 2002 года // http://europeancourt.ru/uploads/ (дата обращения 28.05.2015).
     
     

Комментарий к статье 19. Право на обжалование процессуальных действий и решений

1. Принцип права на обжалование процессуальных действий и решений в уголовном судопроизводстве определен в положениях ст.45 Конституции РФ. Содержательная часть данной конституционной нормы свидетельствует о гарантии права каждого на судебную защиту. Закрепленное в этой конституционной норме положение предполагает, что заинтересованным лицам предоставляется возможность добиваться исправления допущенных судами ошибок и что в этих целях вводится порядок процессуальной проверки вышестоящими судами законности, обоснованности и справедливости приговоров, а также законности, обоснованности и мотивированности иных решений, принимаемых нижестоящими судебными инстанциями, поскольку правосудие признается таковым лишь при условии, если оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правахКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). В международных нормативно-правовых актах положения, регламентирующие содержание комментируемого принципа, нашли свое отражение в ст.2 протокола N 7 к ЕКПЧ.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Содержание данного положения нашло отражение и в постановлении Конституционного Суда РФ от 2 июля 1998 года N 20-П // СПС.
     
     

2. Основной целью наделения правом на обжалование процессуальных действий и решений является защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, допущенных вследствие нарушения или неправильного применения судом норм права, УПК РФ. В этой связи в уголовном судопроизводстве предусматриваются различные формы проверки процессуальных решений по уголовным делам, которые осуществляются в специальных, установленных процессуальным законодательством процедурах. Речь в данном случае идет о рассмотрении уголовного дела в апелляционных, кассационных и надзорных инстанциях, а также о возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. Исправление судебной ошибки при помощи таких процедур направлено на восстановление законности и справедливостиКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данная позиция была высказана в п.3 Определения Конституционного Суда РФ от 18 января 2011 года N 47-О-О // СПС.
     
     

3. Исходя из буквального толкования положений ч.1 комментируемой статьи, принцип права на обжалование предусматривает критерий свободы обжалования процессуальных действий и решений. Критерий свободы обжалования распространяется на соответствующие процессуальные решения и действия (бездействие) суда (судьи), прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания и дознавателя; соответствующий круг субъектов уголовно-процессуальных отношений, обладающих правом на обжалование.
     

4. В части свободы обжалования, которая связана с соответствующими процессуальными решениями и действиями (бездействием) суда (судьи), прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания и дознавателя, существуют определенные ограничения, которые предусмотрены в действующем УПК РФ. Данные ограничения в основном распространяются только на процессуальные решения и действия (бездействие), которые принимаются либо совершаются на досудебной части уголовного судопроизводства и касаются прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания. Эти ограничения в сфере свободы обжалования, по мнению Конституционного Суда РФ, фактически означали бы подмену установленной законодателем в пределах его компетенции процедуры принятия и контроля решений по уголовному делу на различных стадиях уголовного судопроизводства, включая надзорную инстанцию, путем проведения параллельного разбирательстваКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). В этой связи законодатель в ч.1 ст.125 УПК РФ предусмотрел ограничения в сфере свободы обжалования. Так, процессуальные решения и действия (бездействие) прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания и дознавателя, которые только способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд. Само процессуальное решение районного суда, в части причинения ущерба конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо в части затруднения доступа граждан к правосудию, в соответствии с ч.1 ст.127 УПК РФ подлежит обжалованию в апелляционную, а также кассационную инстанцию.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: п.2 определения Конституционного Суда РФ от 18 ноября 2004 года N 369-О // СПС.
     
     

5. Кроме того, ограничения в сфере свободы обжалования распространяются и на процессуальные решения и действия (бездействие), которые принимаются либо совершаются на судебной части уголовного судопроизводства и касаются суда (судьи).
     

6. Для определения сферы свободы обжалования на соответствующие процессуальные решения суда (судьи), прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания и дознавателя п.53_2 и 53_3 ст.5 УПК РФ предусмотрены итоговые и промежуточные решения. (Более подробно см. комментарий к п.53_2 и 53_3 ст.5 настоящего Кодекса).
     

7. Критерий свободы обжалования, который распространяется на соответствующий круг субъектов уголовно-процессуальных отношений, обладающих правом на обжалование, определен соответственно ч.1 ст.119 и ч.1 ст.123 УПК РФ. Ими, в частности, являются подозреваемый, обвиняемый (подсудимый, осужденный, оправданный), его защитник, потерпевший, его законный представитель и представитель, частный обвинитель, эксперт, гражданский истец, гражданский ответчик, их представители, представитель администрации организации и иное лицо, права и законные интересы которых затронуты в ходе досудебного или судебного производства. Существенным положением, которое определяет соответствующий круг субъектов уголовно-процессуальных отношений, обладающих правом на обжалование, является позиция Конституционного Суда РФ. Так, Конституционный Суд РФ определил, что "обеспечение гарантируемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве обусловлено не формальным признанием лица тем или иным участником производства по уголовному делу, а наличием определенных сущностных признаков, характеризующих фактическое положение этого лица как нуждающегося в обеспечении соответствующего права"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 года N 11-П "По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 47 и части второй статьи 51 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина В.И.Маслова" и определение Конституционного Суда РФ от 22 января 2004 года N 119-О // СПС.
     
     

8. В соответствии с ч.2 комментируемой статьи правом на пересмотр приговора имеет осужденный. При этом в системном толковании положений, предусмотренных п.53_1, ч.1 ст.389_1, ч.1 ст.401_1, ч.1 ст.412_1 УПК РФ, данное право на пересмотр приговора принадлежит и оправданному. Кроме того, сфера свободы обжалования оправданного на приговор имеет определенные ограничения. Во-первых, эти ограничения в соответствии с ч.2 ст.47 УПК РФ связаны с обжалованием только оправдательного приговора. Поэтому если суд первой инстанции вынес оправдательный приговор недостаточно категорический или указал в нем обстоятельства, которые порочат подсудимого, то такой приговор может быть обжалован оправданным. Нормы УПК РФ не определяют, в какой части оправдательный приговор суда первой инстанции может быть обжалован. Но при этом суд апелляционный инстанции обладает полномочиями по изменению оправдательного приговора только в части, касающейся основания оправдания. По нашему мнению, оправданный приговор может быть обжалован и в части мотивов оправдания. Дело в том, что в соответствии со ст.305 УПК РФ определено, что в п.4 и 5 описательно-мотивировочной части оправдательного приговора необходимо указать мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения, и мотивы решения в отношении гражданского иска. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что оправдательный приговор может быть обжалован не только в части основания его оправдания, но и его мотивовКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Не совсем определена ситуация, когда оправданный по этому же уголовному делу может обжаловать обвинительный приговор в отношении уже осужденного. На наш взгляд, в данной ситуации, если обвинительный приговор не затрагивает права и законные интересы оправданного, то оправданный не обладает правом обжалования обвинительного приговора в отношении осужденного по данному уголовному делуКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) В ч.4 ст.325 УПК РСФСР и ч.4 ст.44 Основ уголовного судопроизводства, лицо, которое было оправдано, имело право обжаловать приговор и в части мотивов оправдания.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Более подробно об этом см.: Апелляция в уголовном судопроизводстве: научно-практич.пособие / под ред. В.В.Ершова. М.: Право, 2013. С.68 (автор Качалов В.И.).
     
     

9. Исходя из буквального толкования ч.2 комментируемой статьи, пересмотр приговора осуществляется вышестоящим судом. Как правило, вышестоящим судом, по сравнению с судом первой инстанции, который в соответствии с п.52 ст.5 УПК РФ имеет право вынести приговор, признается суд второй инстанции, которым является суд апелляционной инстанции. Над судом первой и апелляционной инстанции вышестоящим судом признается кассационный суд. А над судом первой, апелляционной и кассационной инстанции вышестоящим судом признается суд надзорной инстанции. Понятие "вышестоящий суд", в части пересмотра приговора, связано с полномочиями судебной инстанции, которая позволяет изменить либо отменить соответствующий приговор. Пересмотр приговора осуществляется в порядке апелляционного производства (гл.45_1 УПК РФ), кассационного производства (гл.47_1 УПК РФ), надзорного производства (гл.48_1 УПК РФ), а также возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств (гл.49 УПК РФ).
     

10. Пересмотр приговора в порядке надзорного производства, а также возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств являются экстраординарными производствами.
     

11. По мнению Конституционного Суда РФ, пересмотр вступивших в законную силу приговоров в порядке надзора является дополнительным способом исправления возможной судебной ошибки и обеспечения законности судебных решений. При этом, имея резервное значение, он используется, когда неприменимы или исчерпаны все обычные средства процессуально-правовой защитыКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Кроме того, Конституционный Суд РФ в своих постановлениях от 11 мая 2005 года N 5-П и от 16 мая 2007 года N 6-П указал, что "...пересмотр вступившего в законную силу судебного решения в порядке надзора как средство исправления судебных ошибок имеет место в тех случаях, когда выявляются допущенные в ходе досудебного производства или при рассмотрении уголовного дела судом нарушения закона, которые повлияли или могли повлиять на всесторонность и полноту исследования обстоятельств дела, правильность уголовно-правовой оценки содеянного, обеспечение прав участников уголовного судопроизводства; в таких случаях отмена приговора или иного завершающего производство по уголовному делу решения в надзорном порядке позволяет органам уголовного преследования и суду устранить свои собственные нарушения - как намеренные, так и явившиеся результатом заблуждения, хотя подобные нарушения могли и должны были бы быть предотвращены или исправлены еще до вступления соответствующего решения по уголовному делу в законную силу"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 2 ноября 2011 года N 1469-О-О // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) СПС.
     
     

12. Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств является разновидностью пересмотра вступивших в законную силу судебных решений. Кроме того, оно образует самостоятельную стадию уголовного судопроизводства, в которой сочетаются элементы досудебного производства и непосредственного рассмотрения уголовного дела судом ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. В связи с этим постановления, принимаемые прокурором по результатам досудебного производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, являются лишь предпосылкой для судебного разрешения вопроса о наличии или отсутствии оснований для пересмотра приговора по уголовному делу, в силу чего они не могут носить окончательный характер. Поэтому только суд, в конечном счете, вправе делать выводы относительно того, имело ли место новое или вновь открывшееся обстоятельство и необходимо ли новое рассмотрение уголовное делаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). При этом согласно определению Конституционного Суда РФ от 24 мая 2005 года N 257-О "...само по себе установление уголовно-процессуальным законом конечной судебно-надзорной инстанции, решения которой не подлежат пересмотру в порядке надзора, не влечет отказ в праве на судебную защиту для граждан, чьи права и законные интересы нарушены в результате судебной ошибки, поскольку наряду с обычными предусмотрены и дополнительные способы защиты этих прав - в процедуре возобновления дел ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. В случае исчерпания возможностей судебного надзора именно эта процедура может быть использована для исправления допущенной судебной ошибки и восстановления прав незаконно осужденного"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 9 апреля 2002 года N 28-О // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановления Конституционного Суда РФ от 2 февраля 1996 года N 4-П "По делу о проверке конституционности пункта 5 части второй статьи 371, части третьей статьи 374 и пункта 4 части второй статьи 384 УПК РСФСР" и от 11 мая 2005 года N 5-П "По делу о проверке конституционности статьи 405 УПК Российской Федерации" // СПС.
     
     

Комментарий к главе 3. Уголовное преследование

Комментарий к статье 20. Виды уголовного преследования

1. Уголовное преследование является одной из функций уголовного судопроизводства, которая имеет свою собственную правовую природу и отделена, при реализации своих полномочий, от функции защиты и разрешения уголовного дела. Из анализа п.22 и п.55 ст.5 УПК РФ видно, что понятие "уголовное преследование" рассматривается в уголовном судопроизводстве более широко, чем понятие "обвинение". Кроме того, уголовное преследование можно определить как уголовно-процессуальную деятельность соответствующих государственных органов и должностных лиц по привлечению к уголовной ответственности лиц (лица), совершивших преступления, включающую и возбуждение процесса расследования, и само расследование обстоятельств преступления, розыск и поимку лица, совершившего преступление, утверждение лица о виновности в совершенном преступлении, путем выдвижения тезиса о его виновности перед судебными органами, а также доказывание его виновности в судебном заседании, и т.д.Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) При этом уголовное преследование направлено и на прекращение деятельности по привлечению к уголовной ответственности лица (лиц) посредством прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования в случаях, предусмотренных ст.24-28_1 УПК РФ. Согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года N 22-П уголовное преследование ".является одной из форм реализации государством своей обязанности по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина, обеспечению защиты других конституционно значимых ценностей (статья 2; статья 52; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации) в тех случаях, когда эти ценности становятся объектом преступного посягательства"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Более подробно об этом см.: Качалов В.И. И снова - к вопросу о государственном обвинении в уголовном судопроизводстве. Перспективы развития уголовно-процессуального права и криминалистики. Ч.2. М.: РАП, 2013. С.77-82.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года N 22-П "По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В.А.Тихомировой, И.И.Тихомировой и И.Н.Сардыко" // СПС.
     
     

2. На уголовное преследование при производстве по уголовным делам существенным образом влияют диспозитивность и (или) публичность. В зависимости от степени действия диспозитивности и публичности на уголовное преследование различают три самостоятельных вида уголовного преследования: публичное, частно-публичное и частное. При этом уголовное преследование в пределах своих компетенций осуществляют прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания в лице начальника органа дознания, начальника подразделения органа дознания, дознавателя, частный обвинитель и его представитель либо законный представитель, потерпевший и его представитель либо законный представитель, гражданский истец и его представитель либо законный представитель. Кроме того, гражданский истец и его представитель либо законный представитель вправе осуществлять уголовно-процессуальную деятельность по осуществлению уголовного преследования в части гражданского иска по уголовному делу.
     

3. Действие диспозитивности в уголовном преследовании представляет собой право лица, потерпевшего от преступления, распорядиться самостоятельно своим правом на уголовное преследование. По своей сущности диспозитивность в уголовном судопроизводстве не меняет ни характера публично-правовых отношений, порождаемых фактом совершения преступления, ни природы принимаемых в связи с этим судебных решений как государственных правовых актов, выносимых именем Российской Федерации и имеющих общеобязательный характер, ни существа применяемых на основании этих решений мер государственного принужденияКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Права и законные интересы лица, потерпевшего от преступления, в полной мере защищаются от преступлений, и тем самым достигается цель уголовного судопроизводства. Кроме того, не будет отменена и обязанность государства - в лице прокурора, руководителя следственного органа, следователя и дознавателя - обеспечивать уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения в случае, когда неизвестно лицо, совершившее преступление, предусмотренное ч.1 ст.115, ч.1 ст.116, ч.1 ст.128_1 УК РФ. В отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данная позиция было определена в постановлении Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года N 22-П "По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В.А.Тихомировой, И.И.Тихомировой и И.Н.Сардыко" // СПС.
     
     

4. По делам частного обвинения уголовное преследование осуществляется от имени государства только в случаях, когда неизвестно лицо, совершившее преступления, предусмотренные ч.1 ст.115, ч.1 ст.116, ч.1 ст.128_1 УК РФ. Кроме того, уголовное преследование осуществляется и в случаях, когда руководитель следственного органа, следователь, а также с согласия прокурора дознаватель возбуждают уголовное дело о преступлениях, предусмотренных ч.1 ст.115, ч.1 ст.116, ч.1 ст.128_1 УК РФ при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы.
     

5. В случаях, когда в ходе судебного разбирательства по уголовному делу суд приходит к выводу о необходимости изменения ранее предъявленного обвинения подсудимому за преступления, дела по которым возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего (ст.115, 116 и 128_1 ч.1 УК РФ), суд должен выяснить позицию потерпевшего либо его законного представителя, в части их волеизъявления по вопросам привлечения подсудимого к уголовной ответственности. В п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 29 апреля 1996 года сказано: "При отсутствии в деле жалобы суд выясняет в судебном заседании у потерпевшего, желает ли он привлечь подсудимого к уголовной ответственности. В случае заявления потерпевшего, что он этого не желает, а также в случае, когда жалоба в деле имеется, но потерпевший заявляет о примирении с подсудимым, суд своим определением (постановлением) прекращает дело производством на основании п.5 ч.1 ст.24 УПК РФ, за исключением случаев, предусмотренных ч.4 ст.20 УПК РФ. При этом вступление в уголовное дело прокурора не является препятствием для прекращения дела за примирением потерпевшего с подсудимым (ч.4 ст.318 УПК РФ)"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Пленума ВС РФ N 1 от 29 апреля 1996 года "О Судебном приговоре" // СПС.
     
     

6. Правило, при котором по уголовным делам частного обвинения уголовно-процессуальная деятельность прекращается в связи с примирением сторон до удаления суда в совещательную комнату, исходит из того, что данные категории преступлений не представляют значительной общественной опасности и их раскрытие обычно не вызывает трудностей, а потерпевший сам может осуществлять уголовное преследование. Потерпевший обращается за защитой своих прав и законных интересов непосредственно в суд и доказывает как факт совершения преступления, так и виновность в нем конкретного лица, минуя обязательные в ситуациях по делам частно-публичного и публичного обвинения процессуальные стадии досудебного производства. При этом выдвижение обвинения и поддержание его в суде являются не обязанностью, а правом потерпевшего, которое вытекает из ст.22 и ч.3 ст.246 УПК РФ. (Более подробно см. об к ст.22 и ч.3 ст.246 настоящего Кодекса).
     

7. Уголовное преследование по делам частно-публичного обвинения, диспозитивность действует только на начальной стадии уголовного преследования. Поэтому, по уголовным делам частно-публичного обвинения уголовное преследование может быть начато только при наличии заявления потерпевшего (потерпевшей) или законного представителя потерпевшего (потерпевшей). При этом заявление законного представителя потерпевшего (потерпевшей) имеет юридическую силу о начале уголовного преследования только в случае, когда сам потерпевший (потерпевшая) в силу возраста, психического состояния или иных обстоятельств (находится в больнице, отсутствует физическая возможность написать заявление и т.д.) не в состоянии соответствующее заявление составить либо направить для начала уголовного преследования. Данное положение касается и преступлений, предусмотренных ст.159-159_6, 160, 165 УК РФ. Положения диспозитивности прекращают действовать по делам частно-публичного обвинения в случаях, когда потерпевший или его законный представитель находятся в беспомощном состоянии (находятся в больнице, отсутствует физическая возможность написать заявление и т.д.) либо находятся в зависимости от лица, который совершил преступление против них (в финансовой зависимости, является работодателем для потерпевшего или его законного представителя и т.д.). В этих случаях по уголовным делам частно-публичного обвинения, а также по делам частного обвинения уголовное дело возбуждается в пределах своей компетенции, установленной положениями ст.151 УПК РФ, руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем, но с согласия прокурора.
     
     

Комментарий к статье 21. Обязанность осуществления уголовного преследования

1. Положения комментируемой статьи свидетельствуют о публичности уголовного преследования при производстве по уголовным делам. Публичность уголовного преследования свидетельствует об обязанности государства, в пределах своей компетенции, в лице прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания - начальника органа дознания, начальника подразделения органа дознания, дознавателя, осуществлять уголовно-процессуальную деятельность по реализации данной функции. Кроме того, публичный характер уголовного преследования возникает в связи с совершением общественно опасных деяний, который и характеризует особенности механизма осуществления судопроизводства по данным категориям уголовных дел, в рамках которого уголовное преследование лица, предполагаемого виновного в совершении такого деяния, его привлечение к уголовной ответственности и возложение на него мер уголовно-правового воздействия принимает на себя государство в лице специально уполномоченных органов. Поэтому и уголовное преследование по делам публичного и частно-публичного характера осуществляется от имени государства.
     

2. Осуществляя уголовное преследование по делам частно-публичного и публичного обвинения государство, кроме того, гарантирует эффективную защиту прав и свобод человека в качестве высшей ценности, в связи с реализацией целей уголовного судопроизводства.
     

3. Осуществление уголовного преследования по уголовным делам является обязанностью соответствующих государственных органов и должностных лиц. Во исполнение данной обязанности в УПК РФ установлен определенный порядок уголовного судопроизводства, который и регламентирует соответствующую процедуру уголовного преследования. Данная процедура распространяется как на досудебную, так и судебную часть уголовного судопроизводства. Кроме того, для реализации данной обязанности государства в отношении тех участников уголовного судопроизводства, которые осуществляют данную деятельность, в УПК РФ предусмотрены соответствующие полномочия. Речь в данном случае идет о полномочиях прокурора, следователя, дознавателя, предусмотренных ст.37, 38 и 41 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.37, 38 и 41 настоящего Кодекса). Характер этих полномочий по своему содержанию - властный, обязательный для реализации другими участниками правоотношений. Действующее законодательство не предусматривает какого-либо вида юридической ответственности за невыполнение либо ненадлежащее выполнение требований следователя, дознавателя в части выполнений поручений, запросов, осуществляемых при уголовном преследовании. Исключением является административное законодательство России, которое предусматривает административную ответственность в отношении лиц, которые умышленно не выполняют требований прокурора, вытекающих из его полномочий, предусмотренных ч.4 комментируемой статьи (ст.17_7 КоАП РФ).
     

4. Начало осуществления уголовного преследования по делам публичного обвинения осуществляется по правилам ст.144 УПК РФ, в соответствии с которой принимаются, проверяются сообщения о любом совершенном или готовящемся преступлении. При этом на основе оценки совокупности полученных доказательств орган дознания - начальник органа дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель, следователь, руководитель следственного органа, в пределах своей компетенции, принимают по данным сообщениям соответствующие процессуальные решения, которые должны быть законными, обоснованными и мотивированными (ст.7 и 17 УПК РФ).
     
     

Комментарий к статье 22. Право потерпевшего на участие в уголовном преследовании

1. Положения комментируемой статьи свидетельствуют о диспозитивных началах в уголовном судопроизводстве. Прежде всего они касаются потерпевшего, законного представителя и (или) представителя потерпевшего. Положения, связанные с диспозитивностью, позволяют свободно реализовывать полномочия данных участников уголовного судопроизводства, но в пределах, установленных УПК РФ. Пределы, которые позволяют участвовать в уголовном преследовании, определены полномочиями данного участника, установленными ст.42 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.42 настоящего Кодекса). Кроме того, диспозитивность в уголовном судопроизводстве выступает в качестве дополнительной гарантии прав и законных интересов потерпевших и как таковая не может приводить к их ограничению. По мнению Конституционного Суда РФ, защита прав потерпевших от преступлений должна осуществляться не только путем предотвращения и пресечения преступлений, но и путем обеспечения пострадавшему от преступления возможности отстаивать свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способамиКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление от 24 апреля 2003 года N 7-П "По делу о проверке конституционности положения пункта 8 Постановления Государственной Думы "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" // СПС.
     
     

2. Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью (принята Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1985 года) и Рекомендации N R (85) 11 Комитета Министров Совета Европы "О положении потерпевшего в рамках уголовного права и процесса" (приняты 28 июня 1985 года) свидетельствует о том, что жертвам преступлений государство обеспечивает предоставление надлежащей помощи на всем протяжении судебного разбирательства и право просить о пересмотре компетентным органом решения о непреследовании или право возбуждать частное разбирательство.
     

3. Дискреционные полномочия потерпевшего существенным образом проявляются по делам частно-публичного и частного обвинения. Поэтому по делам частно-публичного обвинения решение вопросов о возбуждении уголовного дела и его дальнейшем движении зависит в основном от волеизъявления потерпевшего. По делам частного обвинения возбуждение уголовного дела, его дальнейшее движение, а также прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования зависит только от волеизъявления потерпевшего.
     

4. Законный представитель потерпевшего, а также его представитель участвуют в уголовном преследовании только в интересах потерпевшего. При этом уголовное преследование по делам частного обвинения в основном осуществляется не от имени государства. Поэтому осуществление уголовного преследования от имени государства по уголовным делам публичного обвинения является задачей прокурора, следователя и дознавателя, а потерпевший по данным категориям дел выступает лишь в качестве субсидиарного участника на стороне обвинения. По делам частного обвинения потерпевший, его законный представитель либо представитель выступают в качестве частного обвинителя.
     

5. Потерпевший и его представитель вправе участвовать в уголовном преследовании обвиняемого только после официального вынесения постановления о возбуждении уголовного дела и признании лица потерпевшим.
     
     

Комментарий к статье 23. Привлечение к уголовному преследованию по заявлению коммерческой или иной организации

1. Положения комментируемой статьи свидетельствуют о распространения диспозитивности на деяния, которые предусмотрены гл.23 УК РФ ("Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях"). По своей конструкции, порядок осуществления уголовного преследования по преступлениям, предусмотренным гл.23 УК РФ, схож с порядком осуществления уголовного преследования по делам частно-публичного обвинения, предусмотренного ч.3 ст.20 УПК РФ. Положения комментируемой статьи выделяют две существенные особенности уголовного преследования по преступлениям, предусмотренным гл.23 УК РФ. Данные особенности связаны с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования соответствующего юридического лица. При этом не имеет значения, является юридическое лицо коммерческой или некоммерческой организацией.
     

2. В том случае, если в коммерческой или некоммерческой организации отсутствует уставной (складочный) капитал (паевой фонд) государства или муниципального образования, то для осуществления уголовного преследования по преступлениям, предусмотренным гл.23 УК РФ, необходимо два условия. Первое условие связано с тем, что преступлением причинен вред исключительно юридическому лицу, в котором отсутствует уставной (складочный) капитал (паевой фонд) государства или муниципального образования. Во-вторых, должно быть заявление руководителя соответствующей организации либо его согласие на осуществление уголовного преследования. Речь в данном случае идет конкретно об органе юридического лица, которое определяется законом или учредительными документами. В соответствии с гражданским законодательством оно может быть как коллегиальным, так и единоличным. Существенным положением для определения органа юридического лица, в соответствии с ч.1 ст.53 ГК РФ, являются сведения об органе юридического лица, которым предоставляются полномочия выступать от имени юридического лица и которые включены в Единый государственный реестр юридических лиц. При этом, как правило, органом юридического лица должны выступать те должностные лица, которые в данном юридическом лице осуществляют руководство текущей деятельностью. Так, в ООО, в соответствии со ст.40, 41 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" и учредительными документами (уставом) общества органом юридического лица может быть единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) либо коллегиальный исполнительный орган общества (правления, дирекции и другие). Поэтому и уголовное преследование в ООО по преступлениям, предусмотренным гл.23 УК РФ, должно осуществляться при наличии заявления указанных должностных лиц либо с их согласия. Согласие может быть указано в отдельном документе, в объяснениях этих лиц, отобранных на этапе доследственной проверки уголовного судопроизводства.
     

3. В тех случаях, когда в результате злоупотребления полномочиями руководителем коммерческой или иной организации вред причинен исключительно этой организации, в котором отсутствует уставной (складочный) капитал (паевой фонд) государства или муниципального образования, уголовное преследование в отношении руководителя осуществляется по заявлению или с согласия органа управления организации, в компетенцию которого входит избрание или назначение руководителя, а также с согласия члена органа управления организации или лиц, имеющих право принимать решения, определяющие деятельность юридического лицаКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Данная позиция определена в п.12 постановления Пленума ВС РФ от 16 октября 2009 года N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий" // СПС.
     
     

4. В тех случаях, когда у соответствующего юридического лица имеется уставной (складочный) капитал (паевой фонд) государства или муниципального образования, то по преступлениям, предусмотренным гл.23 УК РФ, уголовное преследование осуществляется в общем порядке, как по уголовным делам публичного обвинения.
     
     

Комментарий к главе 4. Основания отказа в возбуждении уголовного дела, прекращения уголовного дела и уголовного преследования

Комментарий к статье 24. Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела

1. Положения комментируемой статьи определяют основания прекращения уголовного дела либо основания отказа в возбуждении уголовного дела при производстве по уголовным делам. При этом основания, связанные с прекращением уголовного дела, действуют на всех частях, стадиях уголовного судопроизводства. Это связано с тем, что гл.4 УПК РФ находится в общей части УПК РФ. Кроме того, в соответствии со ст.254 УПК РФ суд прекращает уголовное дело в ходе судебного разбирательства, если установит некоторые из указанных оснований, предусмотренные комментируемой статьей. Пункт 2 ст.389_15 УПК РФ, в соответствии с п.1 ч.2 ст.389_17 УПК РФ, определяет для суда апелляционной инстанции основания отмены или изменения судебного решения суда первой инстанции. Данные основания принятия процессуального решения, сводятся к тому, что суд первой инстанции не прекратил уголовное дело по одному из оснований, которые установлены в комментируемой статье. Кроме того, непрекращение уголовного дела по данным основаниям признается существенным нарушением УПК РФ. Данное положение позволяет отменить или изменить в соответствии с ч.1 ст.401_15 УПК РФ и ч.1 ст.412_9 УПК РФ судебное решение при рассмотрении уголовного дела в суде кассационной или надзорной инстанции.
     

2. Исходя из системного толкования положений ст.24, 254 и 389_17 УПК РФ прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным положениями комментируемой статьи, является не правом для соответствующих участников уголовного судопроизводства, а обязанностью принять процессуальное решение о прекращении уголовного дела либо отказать в возбуждении уголовного дела по данным основаниям. Дело в том, что в случаях, когда охраняемые государством при помощи УК РФ ценности становятся объектом преступного посягательства, то осуществляется уголовное преследование лиц, преступивших уголовный закон, и возможно применение уголовного наказания за их нарушение. А при наличии определенных оснований, предусмотренных положениями комментируемой статьи, недопустимо постановление обвинительного приговора суда, установление вины лица, которому оно инкриминировалось, отсутствует необходимость подтверждения его виновности в совершении деяния и, соответственно, недопустимо дальнейшее уголовное преследование такого лица. При этом доказывание в предусмотренном Федеральным законом порядке его вины, а тем более - подтверждение судом его виновности в совершении деяния, в силу данных оснований, не предоставляется возможным. Кроме того, по мнению Конституционного Суда РФ: "...Необоснованное уголовное преследование - это одновременно и грубое посягательство на человеческое достоинство, а потому возможность реабилитации, т.е. восстановления чести, доброго имени опороченного неправомерным обвинением лица, а также обеспечение проверки законности и обоснованности уголовного преследования и принимаемых процессуальных решений (в случае необходимости - в судебном порядке) являются непосредственным выражением конституционных принципов уважения достоинства личности, гуманизма, справедливости, законности, презумпции невиновности, права каждого на защиту, в том числе судебную, его прав и свобод"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 года N 16-П // СПС.
     
     

3. Правом принятия процессуального решения об отказе в возбуждении уголовного дела либо о прекращении уголовного дела при наличии оснований, предусмотренных положениями комментируемой статьи, в пределах своей компетенции на досудебной части уголовного судопроизводства, обладают: руководитель следственного органа, в производстве которого находятся материалы проверки либо уголовное делоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный); следователь, в производстве которого находятся материалы проверки либо уголовное дело; дознаватель, в производстве которого находятся материалы проверки либо уголовное дело; начальник подразделения органа дознания, в производстве которого находятся материалы проверки либо уголовное дело; начальник органа дознания, в производстве которого находятся материалы проверки либо уголовное делоКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Прокурор не обладает полномочиями по прекращению уголовного дела либо об отказе в возбуждении уголовного дела. Но, в силу наличия элемента процессуального контроля прокурором за дознавателем, определенного в ст.37, 41 УПК РФ, прокурор вправе давать указания дознавателю, которые являются обязательными для реализации. (Более подробно см. комментарий к ст.37, 41 настоящего Кодекса). Это касается и вопросов принятия процессуального решения об отказе в возбуждении уголовного дела или вопросов прекращения уголовного дела. Кроме того, в соответствии с ч.6 ст.148 УПК РФ прокурор вправе принять процессуальное решение об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. (Более подробно см. комментарий к ч.6 ст.148 настоящего Кодекса). В ходе судебного производства по уголовному делу соответствующее процессуальное решение принимает суд (судья). Это касается рассмотрения уголовного дела в суде первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанции, а также при рассмотрении уголовного дела ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. При этом в соответствии с ч.7 ст.246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования. (Более подробно см. комментарий к ст.246 настоящего Кодекса).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) В соответствии с ч.4 ст.11 Федерального закона от 28 декабря 2010 года N 403-ФЗ "О Следственном комитете РФ" в случае, если в ходе проверки обращения о правонарушении будет установлено отсутствие в деянии состава преступления, но наличие в нем признаков административного правонарушения, руководитель следственного органа СК направляет соответствующие материалы в орган, должностному лицу, в компетенцию которых входит решение вопроса о привлечении к ответственности лица, совершившего такое правонарушение // СПС.
     
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) Начальник органа дознания вправе прекратить уголовное дело в соответствии со ст.157 УПК РФ при производстве неотложных следственных действий.
     
     

4. Принятие процессуального решения об отказе в возбуждении уголовного дела или прекращении уголовного дела, при наличии соответствующих оснований, предусмотренных в комментируемой статье, порождает перед соответствующими участниками уголовного судопроизводства обязанности. Эти обязанности возникают в отношении тех лиц, по которым принимаются данные процессуальные решения. Кроме того, данные обязанности связаны с разъяснением оснований отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела, права возражать против отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела. Прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям не допускается, если лицо, в отношении которого принимается данное процессуальное решение, против этого возражает.
     

5. Перечень оснований отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела, предусмотренный в комментируемой статье, не является исчерпывающим. УПК РФ предусматривает еще и другие основания для прекращения уголовного дела. Так, в соответствии ч.2 ст.20 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Кроме того, в соответствии с ч.5 ст.319 УПК РФ уголовное дело также подлежит прекращению мировым судьей в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым, если имеется заявление о примирении сторон.
     

6. Все основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела, предусмотренные в комментируемой статье, делятся на реабилитирующие и нереабилитирующие. Нереабилитирующие основания прекращения уголовного дела, как правило, свидетельствуют о том, что было уже возбуждено уголовное дело, но его прекращают при наличии нереабилитирующих оснований. Кроме того, прекращение уголовного дела в данном случае порождает последствия, неблагоприятные для лица, в отношении которого прекратили уголовное дело. Речь идет об ограничении при приеме на государственную службу и т.д. Нереабилитирующие основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела предполагают наличие факта совершения преступления данным лицом. Законодатель связывает эти основания с истечением сроков давности уголовного преследования; смертью подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.
     

7. К реабилитирующим основаниям отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела следует отнести такие, которые исключают совершение лицом общественно опасного деяния. Кроме того, они не порождают негативных последствий для лиц, в отношении которых уголовное дело прекращается. К ним в соответствии с п.3 ч.2 ст.133 УПК РФ относят: отсутствие события преступления; отсутствие в деянии состава преступления; отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе, как по его заявлению (за исключением случаев, когда следователь, руководитель следственного органа или дознаватель с согласия прокурора возбуждают уголовное дело и при отсутствии заявления потерпевшего, если данное преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами); отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п.2 и 2_1 ч.1 ст.448 УПК РФ, либо отсутствие согласия соответственно СФ, ГД РФ на возбуждение уголовного дела или на привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в п.1 и 3-5 ч.1 ст.448 УПК РФ; в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом.
     

8. Основание отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела в связи с отсутствием события преступления не связано с фактом невиновности лица в совершении преступления. Наличие данного основания, в первую очередь, связано с объективными обстоятельствами, исключающими сам факт наличия преступного деяния. Отсутствие события преступления предполагает, что определенное событие было ошибочно воспринято как преступление (например, лицо заявляет о факте кражи какой-то вещи, в то время как она утеряна самим хозяином; в процессе расследования убийства выясняется, что лицо умерло естественной смертью и т.д.).
     

9. Отсутствие в деянии состава преступления означает отсутствие в деянии хотя бы одного из признаков состава преступления (объекта преступного посягательства, объективной стороны преступления, субъекта преступления, субъективной стороны преступного деяния). Объект преступного посягательства отсутствует тогда, когда совершенное деяние не причинило вреда и не создало угрозу причинения вреда охраняемым уголовным законом интересам, т.е. когда деяние не предусмотрено уголовным законом в качестве преступления. Признаки объективной стороны преступления отсутствуют в деянии тогда, когда отсутствуют внешние признаки деяния, причинная связь между совершенным деянием и наступившими общественно опасными последствиями и т.д. Кроме того, к данному критерию отсутствия признаков объективной стороны состава преступления относят следующее: наличие в деянии лишь формальных признаков преступления, предусмотренных УК РФ, которые в силу малозначительности не причинили вреда, которые охраняются УК РФ; деяние не содержит признаков преступления, а является составом правонарушения и т.д. Отсутствие субъекта преступления означает недостижение лицом, совершившим общественно опасное деяние, возраста уголовной ответственности; невменяемость лица, совершившего общественно опасное деяние; отсутствие признаков специального субъекта преступления там, где они являются необходимыми для квалификации преступления. Отсутствие субъективной стороны преступления предполагает отсутствие вины лица в совершении общественно опасного деяния в виде умысла или неосторожности. Уголовное преследование лица ввиду отсутствия в деянии состава преступления прекращается также, если имеются обстоятельства, исключающие преступность общественно опасного деяния (необходимая оборона, крайняя необходимость, обоснованный риск, физическое или психическое принуждение и др.). Уголовное дело по делам частного обвинения будет прекращено по данному же основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, и в случае, когда потерпевший (частный обвинитель) без уважительных причин не явился на судебное заседание. Уголовное дело подлежит прекращению по данному основанию (п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ) в соответствии с ч.7 ст.246 УПК РФ при полном или частичном отказе государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства.
     

10. Уголовное дело подлежит прекращению за отсутствием в деянии состава преступления (п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ), также и в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом. По мнению Конституционного Суда РФ, "...такое решение констатирует отсутствие преступности и наказуемости деяния по смыслу нового уголовного закона и, соответственно, не влечет для лица каких-либо уголовно-правовых последствий; напротив, оно направлено на защиту прав этого лица и само по себе не может рассматриваться как причинение ему вреда, а потому - учитывая, что вопрос об уголовной ответственности за деяние, утратившее качество преступности, исключается в принципе, - и уголовное преследование в отношении подозреваемого, обвиняемого подлежит прекращению"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Процессуальное решение может быть принято на любой из частей, стадий уголовного судопроизводства соответствующими участниками уголовного процесса, обладающими на это данным правом.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Конституционного Суда РФ от 19 ноября 2013 года N 24-П // СПС.
     
     

11. Истечение сроков давности уголовного преследования, как основание отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела, означает прекращение действия сроков, текущих с момента совершения преступления, в течение которых лицо может быть привлечено к уголовной ответственности. Эти сроки регламентированы ст.78 УК РФ, предусматривающей освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности. Лицо не может быть подвергнуто уголовному преследованию, если со дня совершения преступления истекли следующие сроки: два года после совершения преступления небольшой тяжести; шесть лет после совершения преступления средней тяжести; десять лет после совершения тяжкого преступления; пятнадцать лет после совершения особо тяжкого преступления. Так, в соответствии с ч.2 ст.9 УК РФ днем совершения преступления, с которого начинается течение и исчисление сроков давности привлечения к уголовной ответственности, следует понимать день совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий. В соответствии с п.18 Пленума Верховного Суда РФ сроки давности привлечения к уголовной ответственности оканчиваются по истечении последнего дня последнего года соответствующего периода (например, если преступление небольшой тяжести было совершено 12 августа 2010 года в 18 часов, то срок давности в данном случае начинает течь 12 августа 2010 года, последний день срока давности - 11 августа 2012 года, по истечении которого, т.е. с 00 часов 00 минут 12 августа 2012 года, привлечение к уголовной ответственности недопустимо). При этом не имеет значения, приходится ли окончание сроков давности на рабочий, выходной или праздничный деньКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Течение сроков давности уголовного преследования приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В этом случае течение сроков давности возобновляется с момента задержания указанного лица или явки его с повинной. Вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, за которое возможно наказание в виде пожизненного лишения свободы или смертная казнь, решается судом. Если суд не сочтет возможным освободить указанное лицо от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, то пожизненное лишение свободы не применяется. К лицам, совершившим преступления против мира и безопасности человечества (планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны; применение запрещенных средств и методов ведения войны, геноцид, экоцид), сроки давности не применяются.
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Пленума ВС РФ N 19 от 27 июня 2013 года // СПС.
     
     

12. Одним из оснований отказа в возбуждении уголовного дела и прекращения возбужденного уголовного дела является смерть лица, подлежащего уголовному преследованию, - подозреваемого или обвиняемого. Однако производство по делу даже в случае смерти подозреваемого и обвиняемого может быть продолжено, если этого требуют задачи реабилитации умершего, восстановления его доброго имени, чести и достоинства, иных законных интересов. Его право на реабилитацию может быть признано в порядке ст.134 УПК РФ судом, прокурором, следователем и дознавателем.(Более подробно см. об этом комментарий к ст.246 настоящего Кодекса). Производство по делу в отношении умершего может быть продолжено только в том случае, когда имеющиеся в деле данные дают основания сделать вывод об отсутствии события преступления, состава преступления, виновности умершего в совершении преступления и т.д.
     

13. Отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, делает уголовное преследование невозможным и влечет за собой отказ в возбуждении уголовного дела и прекращение возбужденного уголовного дела. По заявлению потерпевшего возбуждаются дела частного обвинения - дела о преступлениях, предусмотренных ст.115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью), 116 (побои) и ч.1 ст.128_1 (клевета без отягчающих обстоятельств) УК РФ; а также дела частно-публичного обвинения, перечень которых определен ч.3 ст.20 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст.20 настоящего Кодекса). Исключение составляют случаи, когда следователь или дознаватель с согласия прокурора возбуждают уголовное дело и при отсутствии заявления потерпевшего, если данное преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами. В данном случае отсутствие заявления потерпевшего не является основанием для прекращения возбужденного прокурором, следователем или дознавателем уголовного дела.
     

10.* Процессуальный порядок отказа в возбуждении уголовного дела и прекращения уголовного дела регламентирован соответственно ст.148 и гл.29 настоящего Кодекса. (Более подробно см. комментарий к ст.148 и гл.29 настоящего Кодекса).
________________
     * Нумерация соответствует оригиналу. - Примечание изготовителя базы данных.
     
     

11. Положения ч.3 комментируемой устанавливают, что прекращение уголовного дела влечет за собой одновременно и прекращение уголовного преследования. Речь идет о прекращении уголовного преследования применительно к конкретному уголовному делу, производство по которому прекращено. Если лицо совершает другое преступление, о котором возбуждается другое уголовное дело, уголовное преследование лица, его совершившего, осуществляется в общем порядке. Но при этом прекращение уголовного преследования в отношении конкретного лица не влечет за собой прекращения уголовного дела.
     

12. При производстве по уголовному делу как на досудебной, так и судебной ее части дознаватель, следователь, суд (судья) при наличии обстоятельств, которые позволяют освободить подозреваемого, обвиняемого, подсудимого от уголовной ответственности, в соответствии со статьями Особенной части УК РФ, принимают процессуальное решение об освобождении лица от уголовной ответственности на основании примечания к той или иной статье уголовного закона. Положения, предусмотренные ст.24, 27 УПК РФ, в данных случаях не используются. Так, постановлением Пленума Верховного Суда РФ "О судебном приговоре" N 1 определено, что "при установлении в судебном заседании обстоятельств, влекущих освобождение лица от уголовной ответственности в случаях, предусмотренных примечаниями к соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса (например, к ст.291, 222 УК РФ), дело прекращается на основании примечания к той или иной статье уголовного закона"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: постановление Пленума ВС РФ от 29 апреля 1996 года N 1 // СПС.
     
     

13. Существенным элементом, регламентирующим положения данной статьи, является наличие процессуальных гарантий у потерпевшего, гражданского истца, предусмотренных ч.4 ст.213 УПК РФ и связанных с разъяснением им права на предъявление гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства. Данное право возникает в случае прекращения уголовного дела, а также в случае прекращения уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого, по основаниям, предусмотренным п.2-6 ч.1 ст.24, ст.25, п.2-4 ч.1 ст.27 и ст.28 УПК РФ. В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ следователь (дознаватель) должен указать суд, в который вправе обратиться потерпевший, срок, в течение которого потерпевший вправе обратиться в этот суд, вред, о возмещении которого может ходатайствовать потерпевший, и статьи ГК РФ, которыми он при этом должен руководствоватьсяКомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный).
________________
     Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) См.: определение Конституционного Суда РФ от 18 января 2005 года N 11-О // СПС.
     
     

14. Вопросы, связанные с прекращением уголовного дела или прекращения уголовного преследования на досудебной части уголовного судопроизводства регламентированы приказами Председателя Следственного комитета РФ от 15 января 2011 года N 1 "Об организации процессуального контроля в Следственном комитете РФ", N 2 "Об организации предварительного расследования в Следственном комитете РФ", N 3 "Об организации процессуального контроля при возбуждении ходатайства о продлении срока предварительного следствия, избрания и продления срока меры пресечения в виде заключения под стражу", указанием Председателя Следственного комитета РФ от 25 марта 2011 года N 3/224 "О дополнительных мерах по усилению процессуального контроля в досудебном производстве", а также приказом Генерального прокурора РФ от 2 июня 2011 года N 162 "Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия".
     
     

Комментарий к статье 25. Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон

1. Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон законодатель связывает с одним из видов освобождения от уголовной ответственности, регламентированным ст.76 УК РФ (освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим). Единство норм уголовного и уголовно-процессуального права обеспечивает единое понимание соответствующих материальных и процессуальных институтов, единые основания для освобождения от уголовной ответств